Чтение онлайн

«Веселья будет много»? — навеяла Нуэ слуховую галлюцинацию на шпиона и тотчас получила ответ.

«Больше, чем кто-либо может ожидать!»

«А вы не боитесь активно действовать, друзья мои, когда людям на помощь пришла самая настоящая богиня с пушистым золотым хвостом?!»

Шпион жителей тьмы и хозяйка проклятого острова одновременно навеяли друг на друга слуховую галлюцинацию, полностью состоящую из продолжительного гомерического хохота.

Волнения в лагере шиамов мало-помалу утихли. Информация о нападении и потерях была донесена до всех, капитаны перераспределили командные посты, и вся огромная армия снова замерла. Нападение? Жертвы? Гибель командования? Война есть война…

Хруст снега и каменного крошева под латными сапогами проходивших мимо солдат заставлял Кицунэ замирать от страха и теснее вжиматься в тень от полуразбитого дома. Она прекрасно понимала, что шиамы не причиняли ей вреда до сих пор только по прихоти капитана Масаясу. Что же теперь будет с малолетними чужаками, когда их грозный покровитель погиб? Не сочтут ли взбешенные шиамы, что эти двое были шпионами чудовищ, убивших так много их братьев по оружию?

Гибель человека, что был добр к ней. Страх от угрозы расправы. Ужас перед чудовищами, что внезапно нападают на людей и устраивают кровавую резню, не щадя ни врагов, ни своих собратьев. Все это обращалось в слезы, падающие из глаз маленького оборотня и скользящие по его щекам. Та жуткая безликая бестия, что командовала демонами, она оказалась здесь случайно и напала только для того, чтобы убивать шиамов? Едва ли. Такасэ Мей, злая синяя мурена, рассказала Черной Тени, где последний раз видела Кицунэ, и чудовища устремились в погоню. Так же как те двое монстров, что напали на группу путников, пробирающихся лесами к замку принца Кано, эта тварь приходила за Кицунэ. Шиамы просто оказались у нее на пути, так же как в прошлый раз на пути Алых Теней оказались шиноби группы Бенджиро и стражи леди Хикари. Вот только в прошлый раз чудовища не были так разъярены, как сейчас. Капитана Масаясу и сотни его солдат погибли. Их захватила смерть, которую Кицунэ несет на своих плечах.

Несчастная девчонка с трудом подняла трясущуюся руку и провела грязной ладонью себе по лицу, размазывая слезы по щекам.

Хруст снега стал громче, и темная, массивная фигура встала перед забившейся в угол Кицунэ. Великан-храмовник сквозь прорези стальной маски смотрел на маленького оборотня и девочку-крестьянку.

— Каннуси-сама? — Кицунэ с трудом подняла голову.

— Я искал тебя. Один ты погибнешь.

Кицунэ словно не слышала его слов.

— Каннуси-сама, можно попросить вас о еще одном одолжении? — спросила оборотница. — Посмотрите… посмотрите, нет ли на мне проклятия? Я… я проклят. Все, кто подходит ко мне близко… погибают.

Жрец мгновение помедлил, а затем поднял руку и… погладил Кицунэ по голове.

— Уже потерял немало близких в этой страшной и бесконечной войне? — сказал великан, присаживаясь к стене рядом с оборотницей. — При нашей первой встрече я сразу понял, почему капитан Масаясу вместо того, чтобы казнить подозрительную личность, проявил о ней заботу. Убить вражеского шпиона просто. Но очень тяжело, знаешь ли, поднять руку на того, кого жизнь уже пропустила через мясорубку. Особенно если твои собственные дети не старше этого бедолаги. Проклятие? Без глубокого сканирования памяти не смею судить, что тебе пришлось пережить, но вижу, что хлебнул горя ты немало. Многие, кого ты любил, погибли. Но не твоя в том вина, и лорд Масаясу пал в бою с демонами не от того, что подошел к тебе близко. Виноват ли ты в начале эпохи Войн? Виноват ли ты в том, что демоны набрали сил и начали обретать материальные воплощения в мире людей? Прости, но не похож ты на чудовище такого масштаба. Никаких отрицательных силовых схем на тебе нет, и единственное твое проклятие такое же, как у всех остальных людей. Оно в том, что вокруг слишком много подонков.

Кицунэ громко шмыгнула носом, пытаясь проглотить душащие ее слезы.

— Эпоха Войн, — со вздохом продолжал жрец шиамов, — на самом деле началась не пять веков, а десятки тысячелетий назад, с самого первого момента пробуждения человеческого сознания. Человечество родилось тогда, когда началась борьба добра со злом, как ни банально это звучит. Война разума против инстинктов. Человечности против дикости. Когда общество находит баланс в этой борьбе противоположностей, наступает краткое перемирие, но время покоя не бывает долгим, потому что добрые люди расслабляются и начинают относиться к подонкам как к равным, доверяются им и открываются для удара. А бьют злые люди крепко и наверняка. Так, что на месте цветущих городов остаются одни захламленные, прогнившие руины. Именно это сейчас происходит в землях светлокожих. Добрые люди расслабились, забыли о самообороне, и подонки начали перемалывать их тысячами. Уничтожать духовно и физически. Понимаешь, о чем я говорю, парень? Люди погибают не потому что с ними рядом ты, а потому что гибнет целый мир.

Маленькая оборотница, дрожа и всхлипывая, уткнулась лицом в цельнометаллический бок кирасы великана и с благодарностью позволила себя обнять.

— Не реви, — с совсем уж добрыми нотками в голосе, сказал воин-храмовник. — Как бы ни искалечила нас жизнь, мужчина всегда должен оставаться мужчиной.

Услышав эти слова, Кицунэ даже сквозь все свои мучения не могла не улыбнуться. Ничего-то он не понимает, этот озлобленный добряк, способный исцелить наложением рук и воняющий горелой кровью.

— Не знаю, поможет ли это тебе обрести духовное равновесие, но я скажу тебе еще одно мое личное наблюдение, — шиам взял Кицунэ за плечи и, отстранив ее от себя, заглянул девчонке в глаза. — Как бы ни казались слабы и уязвимы добрые люди, у них есть одно важное преимущество. Они в отличие от злых жизнеспособны. Подонки, уничтожая подкошенный социум, истребляя порядочных людей, неизменно вымирают следом за ними. В этом есть высшая, истинно божественная справедливость, которая позволяет человечеству раз за разом подниматься из праха. Вобрав в себя достижения южных цивилизаций, приняв лучшее из их культуры, мы с благодарностью сохраним великое наследие и возродим человечество. А от подонков… от всех этих самовлюбленных властителей мира, не останется ничего.

Шиам почувствовал, как замер и напрягся хрупкий подросток, которого он держал руками за плечи. Храмовник улыбнулся, ведь именно такой реакции он и ожидал от мальчишки. Вера в то, что еще ничего не закончено, придает силу любому. Холодные расы, чужие ему и этому мальчишке, могут вымереть, но дети огня продолжают борьбу.

Однако причина была другой. Кицунэ почувствовала, как в ней поднимается гнев. Подонки погибнут следом за нормальными людьми? Издохнут от голода, после того как выпьют последнюю кровь из таких людей, как Кано и Мичиэ? После того, как до смерти замучают леди Хикари и добьют грозных стражей, что стеной стоят на пути изуверов? Когда деградировавшие потомки вдоволь насмеются над собственным великим прошлым, радостно слушая бредни новых Черных Теней о том, «как все было на самом деле»?

Ну уж нет!

Переломятся! И все эти бесчисленные социальные паразиты, и черно-алые тени, и шиамы, горделиво взирающие на умирающих. Сколько бы ни погибло стран и народов в прошлом, на этот раз история не повторится! Потому что…

Кицунэ крепко стиснула свои маленькие и слабые кулачки.

…Да хоть тресни со злости сама реальность, потому что рядом с людьми на этот раз есть самая настоящая богиня, увидев тень которой, бесчисленные чудовища впадают в истерику и мечутся, в ужасе поджимая облезлые хвосты! Богиня, на которую настоящая Кицунэ даже не похожа. Богиня, существующая только в мечтах и сказках.

Винтовая лестница уводила вниз, во тьму, рассеиваемую только слабым светом старых электрических ламп, покрытых слоем пыли и пятнами грязи. Многоуровневым катакомбам под столицей страны Камней было уже не менее семи сотен лет. Они служили канализацией, хранилищами, тюрьмами и убежищами. Тайные ходы особняков и замков огромного города неизменно соединялись с сетью катакомб. Здесь была даже собственная транспортная сеть и несколько тысяч жителей, что поднимались на поверхность лишь по исключительным случаям.

Но эта часть подземелий была защищена от вторжения посторонних, и редко кто спускался под землю так глубоко.

— Не могу не отдать должное вашей системе маскировки, Рикуто-сама, — сказал верховный наставник храма Земли, профессор генетики и медицины, Ямамура Масанори. — Ни на одной карте подземелий, периодически составляемых нашими лучшими сенсорами, нет тех путей, которыми мы с вами сегодня прошли.

— Благодарю за высокую оценку нашей работы, Масанори-сама, — ответил четвертый воин-дракон селения Скалы, возглавлявший процессию из одиннадцати человек, что спускались в глубину земных недр. — Высокая степень секретности подразумевает прилежную работу. Без преувеличения скажу, что эта база наших специальных служб — самое надежное и хорошо защищенное место во всей стране Камней. Куда, как не сюда мы могли доставить нашу нежданную добычу?