Чтение онлайн

Увеличению числа рождений на протяжении последнего десятилетия способствовала благоприятная возрастная структура населения – число женщин основного детородного возраста (до 35 лет) находилось в фазе роста. Однако, как свидетельствуют расчеты, положительное влияние фактора структуры исчерпало себя. В 2010 г. роль возрастной структуры в изменении числа рождений стала отрицательной, сократился прирост числа рождений. Негативные структурные сдвиги будут играть отрицательную роль в динамике числа рождений не менее двух десятилетий, считает С. Захаров [Захаров C., 2012, с. 1].

Продолжительность жизни. Наиболее сильное влияние на удельный вес пожилого населения оказывает увеличение продолжительности жизни.

За период с 1950 по 2010 г. средняя длительность жизни в мире увеличилась более чем на 20 лет (почти в 1,5 раза) [Кудрин А., Гурвич Е., 2012, с. 60]. В отличие от других стран, Россия в последние полвека «топталась на месте»: продолжительность жизни увеличилась лишь на три года. Если в середине ХХ в. мы были близки к наиболее развитым странам и по значению этого показателя, и по темпам его роста, то уже во второй половине 1960-х годов продолжительность жизни перестала расти. На рубеже столетий Россия сравнялась по этому показателю со среднеразвитыми странами.

Сопоставление показателя ожидаемой продолжительности жизни в России с показателями большинства развитых стран говорит о том, что ситуация со смертностью в России не может считаться благополучной. В 2011 г. соответствующий показатель равнялся 70 годам против 84 лет в Японии, 83 в Швейцарии, 82 в Израиле, 82 в Испании, Италии, Франции и Швеции, 81 год в Австрии, Германии, Нидерландах и Норвегии и т.д. [Вишневский А., 2012, с. 18]. Разрыв между Россией и многими европейскими и другими развитыми странами сейчас больший, чем он был в начале ХХ в.

Россия вступила в постсоветский период своей истории с очень низкой продолжительностью жизни. Это стало результатом кризиса смертности, который развивался в СССР с середины 1960-х годов и был одной из наиболее характерных черт «эпохи застоя», считает Вишневский [Вишневский А., 2012]. В период «перестройки» (вторая половина 1980-х годов) наблюдалось некоторое улучшение показателей смертности, именно тогда был достигнут исторический максимум ожидаемой продолжительности жизни советского периода – 70,13 лет в 1987 г. (для обоих полов), в том числе для мужчин в 1987 г. 64,83 года и для женщин в 1989 г. 74,5 года [Вишневский А., 2012, с. 17]. В 1990 г. все эти показатели были уже ниже достигнутого максимума. Хотя они оставались относительно неплохими на фоне провальных 1970-х годов и первой половины 1980-х годов, но по мировым стандартам того времени являлись весьма низкими.

В последующие два десятилетия борьба за снижение смертности велась с переменным успехом. Некоторые скромные успехи наблюдались в 2004–2011 гг. В частности, в 2009–2011 гг. удалось немного превысить прежний максимум ожидаемой продолжительности жизни у женщин, достигнутый в 1989 г. У мужчин до сих пор не достигнут максимум 1987 г., а потому не был превышен исторический максимум для обоих полов, зафиксированный в 1987 г. [Вишневский А., 2012, с. 17].

Хотя в начале 2012 г. российский президент В. Путин заявил, что средняя продолжительность жизни в России для обоих полов превысила 70 лет, по данным Росстат, опубликованным в начале 2013 г., ожидаемая средняя продолжительность жизни при рождении в России в 2012 г. составила 69,70 года [Лялякина А., 2013]. Таким образом, по предварительным данным статистического ведомства, в минувшем году этот демографический показатель пошел на убыль впервые с 2003 г. В течение десятилетия ожидаемая продолжительность прибавляла от 0,06 до 1,32 пункта в год и выросла с 64,84 в 2003 г. до 69,83 года в 2011 г. В прошлом году был зафиксирован небольшой спад, и эксперты-демографы считают, что он обозначил тенденцию падения ожидаемой продолжительности жизни при рождении.

Российские власти ставят задачу увеличить продолжительность жизни населения до уровня развитых стран. В частности, Министерство здравоохранения и социального развития страны планирует увеличение ожидаемой продолжительности жизни к 2015 году до 70 лет, к 2025 году – до 75 лет [Демографическая политика Российской Федерации на период до 2025 года].

Согласно прогнозам, в обозримой перспективе показатель ожидаемой продолжительности жизни в России будет повышаться такими же темпами, как и для населения мира в целом и среднеразвитых стран. К середине XXI в. продолжительность жизни в России вырастет до 75 лет, к концу века достигнет 82 лет [Кудрин А., Гурвич Е., 2012, с. 60].

Отношение российского общества и российской власти к проблемам охраны здоровья и снижения смертности остается крайне неудовлетворительным. С 2000 по 2009 г. доля совокупных затрат на охрану здоровья из всех источников повысилась с 3,7% до 6%, а в 2010 г. снова снизилась до 5,5% [Вишневский А., 2012, с. 28]. Но и 6% от ВВП в России с ее накопившимися проблемами в области охраны здоровья – ничтожная величина, считает А. Вишневский. Учитывая, что и сам ВВП в России в расчете на душу населения в абсолютном выражении не особенно высок, низкая доля затрат на здравоохранение в ВВП означает, что реально на охрану здоровья и борьбу за снижение смертности направляются совершенно недостаточные ресурсы. В 2010 г. затраты на охрану здоровья, включая расходы консолидированного бюджета, платные медицинские услуги и расходы населения на приобретение фармацевтических, медицинских и ортопедических товаров, составили в расчете на душу населения 17,3 тыс. руб. (порядка 800 долл.). Если сравнить эту величину с соответствующими затратами в странах с низкой смертностью, то очевидно многолетнее недофинансирование сферы здравоохранения. Так, душевые затраты на здравоохранение из всех источников (по паритету покупательной способности) равнялись в 2009 г. в США – 7960 долл., Норвегии – 5352, Швейцарии – 5144, Канаде – 4363, Германии – 4218, Франции – 3978, Великобритании – 3487, Италии – 3137, Японии – 2878 долл. [Вишневский А., 2012, с. 29].

Последствия старения населения многообразны и охватывают как экономические, так и социальные аспекты: повышение расходов общества на поддержку пожилого населения, изменения условий жизни и структуры семьи, а также отношений между поколениями.

Предстоящие демографические изменения неизбежно будут иметь многочисленные социальные и экономические последствия. Среди них можно выделить следующие [Кудрин А., Гурвич Е., 2012].

1. Смещение структуры спроса из-за изменения возрастной структуры населения. Это коснется спроса на рыночные товары и услуги, но – что важнее, – и спроса на услуги, обеспечиваемые государством. С повышением возраста увеличивается потребность в услугах здравоохранения, а наиболее пожилым часто требуется дополнительная социальная опека. В то же время снижение рождаемости приводит к уменьшению числа учащихся средней школы.

2. Изменение объема и структуры сбережений. Поскольку периоды формирования и использования сбережений чередуются, сдвиги в возрастной структуре населения существенно влияют на их динамику. Отметим, что сокращение удельного веса младших групп снижает нагрузку на работающее население, а рост численности старших групп создает дополнительную нагрузку на государственные финансы, увеличивая потребность в трансфертах из бюджета. Как следствие, изменяются спрос на финансовые активы и их стоимость, а также рыночные процентные ставки.

3. Снижение предложения труда из-за старения населения. В России изменение численности населения при неизменных показателях трудовой активности приведет к сокращению численности экономически активного населения на 20 млн. человек. При той же производительности труда это замедляет рост душевого ВВП, а следовательно, и повышение уровня жизни.

4. Существенное изменение потоков финансовых ресурсов и обязательств между поколениями. «Легкий» способ решения бюджетных проблем, обусловленных демографическими тенденциями, состоит в наращивании государственного долга. Другой канал нарушения баланса межпоколенческих отношений связан с изменением соотношения между численностью работников и пенсионеров в условиях распределительной пенсионной системы.

5. Значительное увеличение потребности в бюджетных ресурсах вследствие роста доли пожилого населения. В настоящее время общепризнано, что старение населения представляет главную долгосрочную угрозу бюджетной стабильности практически во всех странах. Величина ожидаемых сдвигов в возрастной структуре населения в сочетании с повышенными расходами для пожилых определяют масштабность необходимых дополнительных расходов.

Старение населения в Российской Федерации, указывает О.В. Самарина, директор департамента демографической политики и социальной защиты населения Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации, порождает необходимость привлечения во все более возрастающих масштабах значительных финансовых, материальных и трудовых ресурсов для реализации целей государственной политики в отношении пожилых людей, обеспечения достойного уровня и качества их жизни путем материального обеспечения; медицинской помощи и лекарственного обеспечения; социального обслуживания; обеспечения доступности среды жизнедеятельности, в том числе образовательных, социально-культурных и досуговых услуг; содействия занятости [Самарина О.В., 2012].