Чтение онлайн

Значит, она была права с самого начала. Ловушка все-таки есть.

— Вы что, предлагаете мне бросить Ричарда?

— Только на время нашего спектакля. Вот когда утвердитесь в Уэст-Энде, можете выбирать себе в любовники кого угодно.

— А до тех пор?

— А до тех пор придется обойтись. — Он помолчал. — В случае необходимости я могу помочь, если позволите.

— Послушайте, — терпеливо заговорила она, — вы прекрасный режиссер. Лучший из всех, с кем мне когда-либо приходилось работать. Вы научили меня думать и чувствовать так, как я никогда раньше не умела. Но любовь… Да что вы можете о ней знать?

— Гораздо больше, чем вы предполагаете.

Наконец она поняла, к чему ведет весь этот разговор.

— Значит, вы решили заняться моим образованием не только на сцене, но и в постели.

— Ну, зачем так грубо…

— А к чему деликатничать? Все ведь сводится именно к этому. Вы предлагаете мне ведущую роль в уэст-эндском мюзикле, и за это я должна заплатить вам натурой.

— Вы что, собираетесь оповестить об этом весь ресторан?

Рэчел осознала, что почти кричит, и на какое-то мгновение почувствовала себя полной идиоткой. Никогда до этого она не устраивала шума по поводу секса. С другой стороны, раньше никто и не предлагал ей расплачиваться своим телом.

— Я вижу, вы не понимаете. Я люблю Ричарда. И не хочу отказываться от своих чувств по вашему желанию. Ни ради вас, ни ради пьесы, ни ради карьеры в Уэст-Энде. Ничего не выйдет.

Подошел официант с ликером. На этот раз Джереми сделал знак не зажигать спичку. Он едва дождался, пока официант отойдет.

— Ричард так много для вас значит?

— Да.

Какое-то время Пауэрс молчал.

— Поверьте, он вас не стоит. Пустышка. Он, конечно, красив, ничего не скажешь. Но таких, как он, вокруг полно. Обаятельный, честолюбивый, слабовольный. Да он вас предаст при первой же возможности. На вашем месте он бы сейчас не задумался ни на минуту и не стал бы рассуждать ни о любви, ни о каких-то там высоких чувствах.

— Вы в этом так уверены?

— Да, потому что у меня большой опыт. Слишком большой.

Она пристально смотрела на него:

— Вы просто бессердечный подонок. Меня вы не убедили.

Он улыбнулся:

— Посмотрим.

Когда она вернулась в свою гостиницу, Ричард уже лег. Он оставил лишь свет в ванной, для нее. Она зашла почистить зубы и увидела надпись на зеркале: «После того как ты ушла, за кулисы приходил Десмонд Френч. Позвони ему». Внизу Ричард написал лондонский номер телефона.

У нее даже дух захватило. Дэсмонд Френч! Самый влиятельный агент Голливуда! И мюзикл в Уэст-Энде — все в один вечер! Неплохое начало…

Мысленно она стала перебирать свой гардероб. И сразу почувствовала, как улетучивается эйфория. Ей не в чем показаться Десмонду Френчу. Он такой элегантный, такой блестящий, такой знаменитый…

Сзади в зеркале она увидела Ричарда.

— Извини, я тебя разбудила.

— Да нет, я не спал. Я так волновался, не мог тебя дождаться.

Она обняла его.

— Десмонд Френч! Это так неожиданно. Что он говорил?

— То же, что и все остальные. Ты великолепна, неподражаема, восхитительна. И все такое. По-моему, он хочет сделать из тебя звезду.

— Он это сказал?!

— Нет, конечно. Но он хочет пообедать с тобой, в Лондоне, так что, я думаю, все ясно.

Рэчел оглядела маленькую, тесную комнату отеля в Ньюкасле, где они прожили последнюю неделю. Голая лампочка, свисающая с потолка, выцветший потрескавшийся линолеум…

Она улыбнулась Ричарду:

— Не уверена, что смогу соответствовать людям такого уровня, как Десмонд Френч. Он работает с Софи Ватсон и Кэтрин Карлайл, не говоря уже о десятках кинозвезд. Я не из их обоймы.

Ричард прижал ее к себе, повел к кровати.

— Может, ты сделаешь нам всем одолжение и предоставишь ему самому судить об этом. А кстати, Джереми предложил тебе что-нибудь интересное?

У нее появилось искушение рассказать ему обо всем. О предложенной роли, об условии, которое ей при этом поставили. Потом она вспомнила, что Пауэрс сказал о Ричарде, и передумала. Ни к чему хорошему это не приведет. И вообще… лучше не будить спящую собаку.

Десмонд Френч пригласил ее на обед. Рэчел взяла выходной на сутки, так чтобы остаться на ночь в Лондоне. Они договорились встретиться в «Плюще». Стоя у входа в ресторан, напротив театра «Амбассадор», она почувствовала, как ее охватывает паника. Со времени Найджела, Рэчел не бывала в таких шикарных местах. Она от них отвыкла. И одежда ее была бы более уместна на каком-нибудь промозглом полустанке или в гостиничном номере с газовой горелкой. Она даже не знала, что сейчас в моде.

Рэчел это поняла, едва войдя в большой переполненный зал ресторана. Господи, как же она, оказывается, глупа! Что сейчас в моде? И сейчас, и всегда в моде — выглядеть дорого. И это как раз то, чего у нее нет.

Она оставила пальто в маленькой гардеробной, подошла к официанту и спросила Десмонда Френча. Он еще не приехал. Официант предложил ей пройти пока в бар. Рэчел огляделась. Справа от нее за большим круглым столом сидел Майкл Кейн с какой-то компанией. Чуть подальше она увидела Патрика Лихфилда. Бар был заполнен до отказа. И все ее там смогут увидеть. Нет, только не в этом костюме. В ее маленькой лондонской квартирке блузка с жилетом выглядели аккуратно и по-деловому, здесь же, в этом зале, полном блестящих женщин, Рэчел казалась себе жалкой провинциалкой. Деревенщина, решившаяся выйти в свет.

Официант усадил ее за столик, и она стала дожидаться Десмонда Френча, чувствуя себя здесь совершенно чужой.

Он опоздал на десять минут. Она его сразу же узнала, как только он появился в дверях. Его яркий ровный загар наводил на мысли о яхтах на Ривьере и бассейнах в Лос-Анджелесе. Черные как смоль волосы с серебристо-седыми висками… Во всей его внешности было что-то театральное. Несмотря на теплую погоду, он был в шерстяном пальто с ярко-красной подкладкой и каракулевым воротником. «Ему, наверное, за пятьдесят, — подумала Рэчел. — Интересно, не «голубой» ли он? Скорее всего, да. Иначе не стал бы так ярко одеваться».

Он подошел, представился, с достоинством уселся за столик, заказал шампанского, даже не спросив ее согласия. Она почувствовала неловкость и легкое раздражение. Наверное, среди знаменитостей принято пить шампанское перед обедом. У нее, однако, это еще не вошло в привычку.

— Вы об этом даже не подумали, правда?

— Не подумал о чем?

— Хочу ли я выпить. Люблю ли я шампанское. Он стал извиняться, и в следующий момент она почувствовала, что ведет себя невежливо. Нет, так не годится, надо взять себя в руки. Она же бывала в таких местах. Надо вспомнить об этом. Вспомнить Найджела.