Чтение онлайн

Рассмотрев знакомую всему миру схему, Графитов вопросительно взглянул на разведчика, тот усмехнулся:

— Это фальшивка.

Подумав ученый возразил:

— Сотни репортажей из разных стран, фотографии астрономов любителей, все соответствуют этой схеме. Если она фальшивка, то только касательно внутреннего устройства корабля.

— Вы совершенно правы, мы не хотели афишировать истинные масштабы проекта, поэтому, внешняя компоновка осталась без изменений, это добавило нам трудностей, но к счастью преодолимых.

Волин, обновил схему на экране, внешние обводы остались те же, но начинка изменилась. Машинально приблизившись к экрану Графитов принялся изучать новый чертёж.

— Это ошеломляюще, — наконец прошептал он, — Это, это…

Вдруг на экране появилась Арина:

— Простите, что прерываю, — деловито, но с извиняющейся интонацией, начала она, — однако токмач гостя уже готов, я немного обогатила рецепт французскими, итальянскими и венгерскими нотками, очень важно попробовать блюдо горячим, пока лапша имеет особую пикантную упругость!

— Да, конечно, будет невежливо заставлять гостя есть размякшую лапшу, — немного рассеяно согласился хозяин, указывая рукой в направлении столовой, — Прошу меня простить, но за едой я не обсуждаю работу и политику, — по пути к столу предупредил Графитов.

— Похвальная привычка, — согласился Прокоп, занимая свое место, — как аппетитно пахнет! Ваша Арина просто волшебница! — на экране в центре столовой улыбающийся аватар Арины сделал изящный книксен.

Между блюдами, когда первый голод был утолён, хозяин дома завёл беседу:

— Вот я на днях смотрел сериал о разведчиках, занятное зрелище, помогает отвлечься, но у меня возникло несколько вопросов относительно современных шпионских приёмов, — вдруг он запнулся, — О! Я профан! Мы же уговорились не обсуждать работу! Простите мою оплошность!

— Извинения излишни, — успокоил довольный ужином гость, — уверяю вас, всё, что вы могли увидеть в сериале не имеет никакого отношения к моей работе. Смело спрашивайте!

После трапезы мужчины вернулись в гостиную, сервисные манипуляторы ловко орудуя с потолка, подливали в небольшие бокалы дижестивный саперави, тягучее сладкое вино было превосходным комплиментом ужину. Пока гостиная была пуста, Арина успела разжечь в ней камин, языки пламени приглашали любоваться собою, но тщетно, вниманием присутствующих завладела обновлённая схема корабля «Восток-7».

— Насколько я могу судить, — начал академик, — то, что раньше было топливным модулём, теперь стало вакуумной капсулой, основой вакуумного привода. Судя по размерам, двигатель разработали довольно давно, года два тому я вывел преобразование группового наложения, которое в теории позволяет снизить оптимальный размер вакуумной камеры с пятисот метров до двухсот, — размышлял учёный, — впрочем у прямого привода, без наложения, есть свои преимущества, он надёжнее. Кстати, двигатель испытан?

— Верно заметили, но это лишь вершина айсберга, между прошлым проектом и сегодняшним пролегла технологическая пропасть, это не только вакуумный привод, который, к слову, работает великолепно, но и реакторы, плетельщики, фабрикаторы, стазис камеры. Семь лет работы тысяч учёных и сотен тысяч инженеров! Позвольте отметить, всё это благодаря вам, ваш вклад неоценим! — здесь Волин в признательном жесте дружески качнул бокалом в сторону учёного, его глаза блеснули, — Знаете каков итог?!

Польщённый Графитов, качнул своим бокалом, как того требует риторический ответ.

— Ранее мы планировали исследовательскую станцию на сотню космонавтов, но теперь это будет настоящее космическое поселение на четыре тысячи человек, самое большое на сегодняшний день и самое удалённое от Земли, у поселенцев будут ресурсы на три года, за которые вполне реально выйти на автономность, даже на автаркию! Задумайтесь, это ведь реальная резервная копия человечества! Небольшая деревня в масштабах страны, новый мир для всего человечества! — в словах разведчика звучала убеждённость прогрессора.

— Это создаст соблазн окончательно решить вопрос с человечеством здесь, на Земле, — вглядываясь в отблески огня на красном вине, парировал Максим.

— Скептично и пессимистично, — усмехнулся разведчик, — но не прагматично, практика показывает, что человечество не способно на самоубийство, слишком велика совокупная тяга к жизни.

— Простите, меня занесло, — ответил хозяин дома, — уверенность в будущем это великолепно, но зачем такую весть хранить в тайне, к чему эта конспирация?

— Открыто и наивно, — снова усмехнулся разведчик, — но не прагматично. Позвольте дать вам небольшую лекцию о природе власти, это как раз по моей специальности…

Чуть более четверть века тому назад в мире была установлена гегемония, которая пыталась навязать нам авторитарный глобализм, цинично называя его демократией. Властное ядро было сосредоточено в США, но в маскараде бурной политической жизни той Америки хребет власти было сложно разглядеть, это давало повод для иллюзий. На сцене постоянно давали один и тот же мюзикл под названием «Сменяемость власти», никого не смущало, что в представлении всегда играли одни и те же актёры, ведь по сюжету их роли периодически менялись. Ущербность действа была очевидна всем зрителям, поэтому разумно возникает вопрос: почему весь мир полвека подыгрывал убогому балагану?

Кто-то скажет про сильную экономику, финансы, культурное влияние или авианосцы, в конце концов, это сейчас очевидна их нелепость, но тогда они казались грозной силой. Нет, всё это вторично, преходяще, не даёт стабильности. Что же тогда даёт?

Если вглядеться в историю, то ответ очевиден — религия. Не спешите возражать, мол, в мире атеистов влияние веры ничтожно. Размахивая пугалом атеизма, место религии заняла наука, ведь реальная суть религии, не в мифах о седовласых богах, а в мировоззрении прихожанина. Пока все классические веры агрились на до безобразия примитивный атеизм, наука полностью завладела умом и сердцем современного человека, ведь обывателю для веры нужны чудеса. Присмотритесь к науке: жрецы в белых халатах читают с кафедры священные тексты, которые простому человеку не понять, даже не всякий учёный может их проверить, остаётся только верить этим текстам, верить в науку. А затем является чудо: лампочка загорается, автомобиль едет, самолёт летит. Обыватель не может объяснить, как работает процессор его смартфона, ведь чудо не нуждается в объяснениях, оно служит для укрепления веры. Модель: вера — чудо — ещё большая вера, проста как условный рефлекс. Так наука стала религией, стала формировать мировоззрение.

Заметьте, веру в науку укоренили точные науки, такие как математика, физика, химия, а их авторитетом воспользовались спекулятивные науки, вроде политологии или климатологии. В чём-то вроде климатологии можно навести наукообразный туман, чтобы формировать нужное манипулятору мировоззрение, с метеорологией такое провернуть намного сложнее, а с метрологией совсем невозможно. С ракурса климатологии наука и религия неотличимы.

В благоприятной момент США смогли сосредоточить у себя цвет мировой науки, всё её жречество, более того, используя науку они смогли создать обыкновенное обывательское чудо, с тех пор сердца всего человечества были в их карманах, именно это стало фундаментом их лидерства, остальное приложилось. К счастью, правители Америки не смогли вовремя понять религиозную суть науки, когда их гегемония оформилась, стала явной, они расслабились. Подумать только, несколько десятилетий Америка не была способна запустить американца в космос, а ведь это один из столпов веры в науку! Такой компрометации никакая религия не прощает, святость можно потерять лишь один раз, с тех пор их величие стало неизбежно угасать. Уже потом проявились проблемы в экономике, финансах и авианосцах, но, впрочем, сейчас речь не о них. Добила Америку банальная жадность, Запад не спешит менять технологический уклад, пока не получил всю прибыль с предыдущего, с термоядом они затормозили процесс почти на полвека.

Эстафету научного лидерства подхватили наши друзья — китайцы, но сделали это в своей манере, осторожно, постепенно, незаметно. С наукой так можно, с религией нельзя, в итоге никто не спорит относительно их лидерства в науке, но никто и не верит в него. Понимание есть, а веры нет. Китайская наука, так и осталась наукой, не стала религией, не явила чуда. Поэтому, когда Китай начал свой проект глобализации, никто не стал ему противодействовать, но никто и не пошёл за ним. Вернее сказать, шли конечно, шли, пока им за это платили, это не вера, это бизнес. Такая схема не работает, власть сначала консолидирует ресурсы, а затем распределяет, не наоборот.