Чтение онлайн

«Монастырь прыгающих кошек» — одна из туристических достопримечательностей на озере Инле, местные монахи от скуки обучили многочисленных кошек прыгать по команде через обруч. Пару лет назад, правда, эта практика прекратилась — кто-то из иерархов посчитал, что монахам лучше уделять время медитации, а не клоунаде, так что кошек теперь никто особо не беспокоит. В глубине главного холла монастыря видны несколько плакатов НДЛ и фотографии Аун Сана и Аун Сан Су Чжи. «Мы не любим китайцев, они просто используют нас в своих интересах», — говорит мне один из монахов.

Таблица:

По большинству экономических показателей Мьянма занимает в АСЕАН последнее место

«Проблема в том, что соглашения были достигнуты еще при военных. Китайцы заплатили все, что нужно, но до жителей деньги не дошли», — объясняет информированный собеседник в Мьянме. Китайцев недолюбливают во всех странах Юго-Восточной Азии, но в Мьянме эта нелюбовь смешивается со страхом — КНР слишком близко. С одной стороны, Китай был чуть ли не единственным союзником Мьянмы в годы ее изоляции от остального мира, с другой — это позволило ему занять в стране ключевые позиции, иногда за счет местных интересов. «Сегодня в Мьянме предпочитают японцев китайцам. Китай просто выкачивает ресурсы, Япония же оставляет что-то внутри страны», — говорит «Эксперту» японский сотрудник консалтингового агентства Bagan Capital Шигео Хаяши .

Изменение отношения к себе в Китае почувствовали почти сразу же после смены власти в Мьянме. Уже в октябре 2011 года Тейн Сейн объявил о замораживании 4-миллиардного проекта строительства дамбы на главной реке Ирриварди, в подготовку которого КНР уже вложила значительные средства. «Устранение зависимости от Китая — один из главных стратегических приоритетов руководства Мьянмы, они будут стараться балансировать между интересами всех крупных держав, не отдавая никому явного предпочтения», — говорит «Эксперту» вице-президент российского Общества дружбы и сотрудничества с Мьянмой Александр Островский .

Столица-призрак

В новую столицу Мьянмы Нэйпиду я въезжаю в лучших местных традициях — в огромном черном наглухо тонированном джипе, некоторые полицейские отдают ему честь. «Они же не знают, кто там, вполне может быть, какой-нибудь генерал, они как раз на таких машинах ездят», — говорит мне водитель Нэй Лин .

Нэйпиду — последний и самый масштабный проект военных властей Бирмы. За несколько лет втайне от всех они выстроили новую столицу и проложили к ней единственное скоростное шоссе в стране. В народе, правда, этот хайвей называют хайвейвом (высокая волна) — дорога проложена без соблюдения правил дорожного строительства, из-за чего аварии здесь происходят постоянно. «Говорят, несколько генералов разбились, послы, — рассказывает Нэй Лин. — Строили местные инженеры — секретно. Зарубежных консультантов не приглашали, дорога вся прямая, нет наклонов на поворотах, вот и вылетают машины». На шоссе через каждые несколько километров стоят плакаты с фотографиями разбившихся машин, одну свежую аварию мы застаем уже почти на подъезде к столице. Сам Нэйпиду (Королевская столица) в Янгоне прозвали Нэйпуду (Жаркий город): летом здесь намного жарче, чем на побережье, что, понятно, тоже не нравится многим.

Главная причина переноса столицы — безопасность: Янгон слишком близок к океану, который бороздят американские авианосцы (дважды в момент внутриполитических потрясений — в 1988-м и в 2007-м — они находились в непосредственной близости от берегов Мьянмы), и генералы никогда не чувствовали себя там в полной безопасности. Кроме того, Нэйпиду находится ближе к географическому центру страны, что в теории должно улучшить коммуникацию между столицей и разными районами Мьянмы. В ближайшие три года город должен принять спортивные игры ЮВА и саммит АСЕАН, под них здесь строятся гигантские спортивные объекты и десятки отелей.

Центральное место в Нэйпиду занимает колоссальный комплекс парламентских зданий: кажется, он мог бы вместить парламенты всех азиатских стран, и еще место останется. Вокруг парламента разбросаны различные министерства, на которые указывают соответствующие таблички, самих зданий обычно не видно за буйной растительностью. Все это разнообразие форм государственной жизни связывают широченные дороги, иногда до четырех-пяти полос в одну сторону. По официальным данным, Нэйпиду сегодня третий по численности город в Мьянме с населением около миллиона человек, однако верится в это с трудом — опрошенные «Экспертом» местные жители говорят максимум о нескольких десятках тысяч. Большинство чиновников, вынужденных переехать в новую столицу вслед за министерствами, оставили семьи в Янгоне, поэтому в выходные жизнь в новой столице совсем замирает.

Новый зверь

Несмотря на перенос столицы в Нэйпиду и масштабные планы по международному пиару нового столичного города, центром Мьянмы еще долго будет оставаться Янгон. Здесь базируются все футбольные клубы местного чемпионата вне зависимости от официального места приписки (они вылетают на «домашние игры»). Здесь ночуют самолеты всех местных авиалиний, разлетаясь утром сложными маршрутами по другим городам с многочисленными остановками. При этом цены на недвижимость в Янгоне сравнимы с сингапурскими — сказывается дефицит качественного предложения, неэластичный рынок и растущий спрос со стороны иностранных компаний.

«Вести бизнес в Мьянме далеко не так дешево, как в соседнем Лаосе или Камбодже. Это нужно учитывать при принятии решения о начале работы здесь. Цена номеров в отелях выросла за последний год в два-три раза, — говорит “Эксперту” один из иностранных консультантов. — Даже девушки легкого поведения здесь уже дороже, чем в Таиланде!» Консервативной Мьянме пока далеко до Таиланда, но правозащитники уже говорят об опасности для страны стать еще одним направлением «секс-туризма» — сегодня клубы соответствующей направленности стыдливо называют свою деятельность «показом мод».

Вести бизнес в Мьянме далеко не так дешево, как в соседнем Лаосе или Камбодже. Например, цена номеров в отелях выросла за последний год в два-три раза

Фото: Chien-Chi Chang / Magnum / Grinberg Agency

Модель экономического развития Мьянмы, очевидно, будет отличаться и от схемы, сработавшей для «азиатских тигров», и от экономического чуда китайского образца. Страна вряд ли сможет стать экспортной фабрикой, высокий курс национальной валюты уже сделал неконкурентоспобными местных производителей риса, да и зарплаты в Мьянме не стоят на месте. «Заработная плата моих работников за год выросла в два раза, и я ожидаю дальнейшего повышения», — говорит президент химической компании Awba Тадое Хэйн . Иностранные компании, которые сегодня пытаются открыть в Мьянме свои производства, ориентируются на внутренний спрос — 60 миллионов жителей, по меркам АСЕАН, представляются очень привлекательным рынком, потенциально вторым по размерам после Таиланда. Нужно также учесть, что в Мьянме уже есть платежеспособный спрос, обеспеченный слой здесь шире, чем в соседних Камбодже и Лаосе, речь идет как минимум о миллионе довольно состоятельных граждан.

Наконец, в отличие от большинства своих соседей, Мьянма богата ресурсами, на разработку которых у страны пока нет ни средств, ни технологий. «Нам сейчас нужнее всего иностранные технологии для разработки полезных ископаемых, в том числе и российские», — говорит «Эксперту» совладелец одного из нефтяных месторождений До Эй Эй Со . Так что у Мьянмы сегодня, с одной стороны, есть все, а с другой — вообще ничего нет. Сочетание, которое заставляет учащенно биться сердце любого инвестора. Нужно лишь верно оценить возможные риски.

Янгон — Нэйпиду — Мандалай — озеро Инле — Гонконг

Николай Силаев

Реформа образования открывает возможности для расширения его платности. Но не создает площадки для обсуждения того, сколько, кому и за что будут платить родители

В новом учебном году на айпады может не хватить