Чтение онлайн

Однако, по мнению Юрия Шичалина, реальное восстановление Платоновской академии произошло лишь с конца IV века благодаря активным усилиям новой яркой плеяды последователей платоновского учения — Плотина, Порфирия, Плутарха Афинского, Сириана и, наконец, Прокла, во время 50-летнего руководства которого (435–485 годы) она вновь стала одним из самых мощных интеллектуальных центров античного мира.

Плотин получил образование в философских кружках Александрии, где господствовал платонизм и откуда вышел и великий христианский философ Ориген. В 242 году, желая познакомиться с философией персов и индийцев, Плотин сопровождал императора Гордиана III в персидском походе. В 243-м или в 244 году он вернулся в Рим, где основал собственную школу и начал преподавать.

Это была эпоха, которую сторонники традиционных римских ценностей воспринимали как время решительного боя с набравшим силу христианством. И Плотин предложил систему, которая собрала вместе все то, что тогда считалось языческой философией. Писания Плотина, которые не выходили за пределы кружка его учеников, были отредактированы его учеником Порфирием примерно в 305 году — будто бы, как пишет американский философ и социолог Рэндалл Коллинз , специально для того, чтобы пустить их в ход в период смертельной схватки с христианством. Неоплатонические школы стали центром политической оппозиции христианству и вели кампании за реставрацию традиционных культов. Особенно во времена императора Юлиана Отступника, запретившего христианам преподавать в философских школах, финансируемых государством. Как заметил Юрий Шичалин, «потому что это было государственное дело. А всякий государственный служащий должен почитать признаваемых императором богов и его самого почитать как бога». Хотя многие выдающиеся христианские деятели и философы учились в этих школах.

По Плотину, мировой процесс начинается с непостижимого и невыразимого божественного первоединого начала, которое проявляется вовне через своего рода истечение (эманацию) — сначала как мировой ум, затем как душа мира, далее как единичные души, как единичные тела, вплоть до материи, под которой Плотин разумеет небытие. Цель человеческой жизни, по Плотину, — восхождение к первоединому. Достигается она посредством сдерживания и обуздания телесных влечений, а также развитием духовных сил, в том числе познавательных. На высшей, экстатической ступени восхождения душа воссоединяется с богом.

Последним великим мыслителем языческой философии был последователь Плотина Прокл, возглавивший Платоновскую академию в Афинах около 450 года. Занимая еще более антихристианские позиции, он был истово религиозен и соблюдал все священные дни и ритуалы египетского и греческого календарей, а также всех мистерий начиная с халдейских и заканчивая орфическими.

Как отмечает Светлана Месяц, «Прокл представляет Платона как пророка, который пришел на Землю, чтобы облагодетельствовать человечество, и принес некое откровенное учение. В его диалогах мы можем вычитать учения о богах, чего, конечно, мы не найдем ни у Платона, ни у ранних его учеников. Афинская школа времен Прокла характеризуется уже полным отсутствием интереса к политике, потому что все подчиняется божественной необходимости, человеческая сфера деятельности очень резко сужена, и свобода воли тоже резко сужена. Но есть представление о каком-то высшем мировом законе, который регулирует все».

«Прокл сделал все, — отмечает Юрий Шичалин, — что можно было сделать для сохранения традиционной Платоновской академии: во многом заново создал инфраструктуру и библиотеку, которая позволяла держать весь круг философского знания в одном месте».

Проклу удалось наладить очень четкую организацию всего учебного процесса. Вот как описывает ее распорядок Светлана Месяц: «Учебный день в Академии Прокла был четко поделен на две части: утренние лекции и послеобеденные лекции. Утренние были эзотерические, для внутреннего узкого круга, ближайших учеников, то есть более сложные, а вторые, послеобеденные, читались для всех желающих. Обеденную трапезу Прокл обычно проводил со своими друзьями и учениками и, кроме того, осуществлял в это время отправление различных религиозных обрядов. Причем, поскольку он считал, что философ — это иерей всего мира, он отправлял обряды всех религий, за исключением христианства, которое у неоплатоников религией не считалось. Наконец, вечернее время, на закате, при светильнике, Прокл посвящал записи своих лекций: по свидетельству его биографа, Прокл отличался завидной трудоспособностью и в день писал до 700 строк. При этом на сон оставлял всего два часа.

Центром же всей Академии, как и в платоновские времена, вновь служил жилой дом ее руководителя (схоларха), который, в свою очередь, достался Проклу в наследство от предшествующих схолархов — Плутарха и Сириана».

От Августина до Петрарки

Академия успешно работала вплоть до ликвидации в VI веке по решению императора Юстиниана, который распорядился закрыть вообще все языческие философские школы. И не только закрыть, но и изгнать за пределы империи последних платоников.

Судьба их примечательна. Вероятно, в конце 531 года последний схоларх Платоновской академии Дамаский и другие знаменитые философы отправились из Афин ко двору персидского царя Хосрова I, который, заключив «вечный мир» с Юстинианом, добился для философов-язычников разрешения находиться в пределах Византийской империи, не подвергаясь преследованиям за свои убеждения. По версии французского ученого Мишеля Тардье , после этого платоники обосновались в Харране (в тридцати километрах от византийской Эдессы): существовавшая здесь до 1081 года философская школа была одним из важных источников влияния платонизма на мусульманскую философию.

Любопытно, что в то время, когда академики вели арьергардные бои с победоносным христианством, сами христиане вели диспуты с представителями различных ересей: монархиан, ариан, монофизитов и пелагианцев — используя аргументы, разработанные их оппонентами платонистами. Христиане присваивали интеллектуальный капитал, остававшийся от язычников: св. Иеремия был связан с фракцией средних платоников; его доктринальный оппонент св. Августин вышел из неоплатонической линии. По мнению современных философов, успех Августина был обусловлен его энциклопедически полным представлением языческого культурного капитала в христианском контексте.

Как отмечает Юрий Шичалин, «христиане чувствовали свою силу и понимали, в чем основание этой силы. Это Откровение. Римский историк-христианин Евсевий объясняет, что языческая философия была “евангельским приготовлением”. Бог всегда всем открывал все, и самые мудрые из язычников это поняли. Поэтому на стороне христиан и Платон, и Плотин, и Порфирий».

И хотя платонизм и неоплатонизм в дальнейшем были преданы анафеме на двух Поместных Соборах в Византии (1076-й и 1351 годы), христианский неоплатонизм получил большое распространение в византийской философии благодаря деятельности представителей каппадокийской школы — Василия Великого, Григория Назианзина и Григория Нисского, ставших на путь христианизации неоплатонизма. В отличие от Византии, знавшей и читавшей Платона и всю греческую «премудрость» в подлинниках, западноевропейский средневековый платонизм, как отмечает известный российский исследователь Возрождения Александр Горфункель , был платонизмом без Платона и античных неоплатоников. И только в эпоху Возрождения Петрарка провозгласил Платона знаменем в борьбе со схоластической традицией и обратился к изучению античного, особенно греческого, философского наследия. Вдохновленные Петраркой флорентийские философы во главе с Марсилио Фичино создают Platonica Familia, с которой начинается история всех современных академий.

Схема

Античные философы от Сократа до Августина

Карта

Афины в эпоху Академии

Александр Попов

Назначение Юрия Трутнева вице-премьером и полпредом президента на Дальнем Востоке — свидетельство не только очередной попытки усилить «восточный вектор» федеральной политики, но и непонимания центром того, как обеспечить быстрый рост на далекой и депрессивной окраине

Деградация Дальнего Востока продолжится, если Юрию Трутневу не удастся добиться позитивных сдвигов в развитии региона — пусть минимальных, но заметных людям

Фото: РИА Новости

Информационные сводки о ходе паводка на Дальнем Востоке в последние недели напоминали военную хронику. А потому кадровое решение, обнародованное президентом Владимиром Путиным во Владивостоке 31 августа, произвело сильный эффект, но быстро утонуло в информационных сообщениях о новых связанных с паводком бедах. Однако от главы государства, который лично проинспектировал регионы, пострадавшие от буйства воды, уже давно ждали жестких кадровых решений. Таковым и стало назначение Юрия Трутнева , бывшего главы Минприроды, последние полтора года работавшего помощником президента, на должность полпреда главы государства на Дальнем Востоке и одновременно вице-премьера правительства России. Виктор Ишаев , бывший полпредом с 2009 года, а с мая прошлого года и главой Министерства РФ по развитию Дальнего Востока, был уволен со всех постов. Из уст президента он, правда, услышал слова благодарности и обещание задействовать «на других участках работы» (кстати, у Ишаева есть варианты трудоустройства и как у академика РАН).