Экспроприатор
Шрифт:
— В смысле по пьяни не считается?! — ударила неровно, куда-то в скулу и опять скривилась от боли. — В смысле, блять, измена по пьяни не считается?! С кем, падла?! С кем ты трахался?!
Руслан под моим весом не удержался и мы рухнули в ледяную пыль, он закрылся руками, но впечатать ему еще раз я не успела — зрители включились в спектакль. Ко мне подскочил какой-то мужик сзади, схватил за плечи и оттащил. Я брыкалась и орала, зло и с ужасом глядя на Руслана, которому помогали подняться на ноги явно веселый мужичок-понятой и еще один гаишник.
Мой взгляд упал на абсолютно растерявшуюся Марину, мысль пришла неожиданно:
— Ты от кого беременна?! — она смотрела на меня в абсолютном ужасе. — От кого-о-о?!
Не иначе как с перепугу Марина оперативно тыкнула рукой в сторону растерянного донельзя Руслана. И тут в спектакль включился Спасский. С размаху ударив Руслана кулаком в ухо и взревев:
— Ты мою сестру обрюхатил?!
Я аж обмерла. Как и все. На мгновение. Потому что Руслану явно надоело, что его все бьют и он кинулся на Спасского с громким, неразличимым ругательством. Они сцепились так, что свалили с ног гаишника, и покатились на дорогу, вынуждая ехавшую по ней машину уйти в сторону. К ним кинулись все — двое понятых, гаишники, в том числе и тот, что держал меня. Марина громко воскликнула и пошатнулась я рванула к ней, не осознавая, что этим сама порчу свое же представление. Схватила за плечи и глядя в глаза приказала идти к машине. Сказала что все будет хорошо, просто иди к машине. Она смотрела на меня вообще в шоке.
— Иди к машине! — рявкнула я. — Сейчас же!
Она кивнула и резко повернувшись почти бегом кинулась к машине Спасского.
Я, обернулась, глядя на битву на дороге, уже принявшую массовый характер, потому что в военные действия каким-то макаром оказались вовлечены и двое понятых. Кто кого за что бил было непонятно, разнимались все с трудом, хотя орущие уже благим матом гаишники очень старались.
Продолжалось это еще с полминуты, не больше, их все-таки растащили. Стали выяснять на повышенных тонах. Понятые грозились написать заявление.
— Ты. Сука. В машину. — Такой злой рык у меня над ухом, что я аж подпрыгнула.
Испуганно оглянулась. Влад. Бледный, настолько зло глядящий на меня, что все внутри перевернулось. Если я несколькими минутами ранее думала, что мне было страшно, то сейчас поняла, что ничего не знаю о страхе. Чувство, как будто на краю бездны и земля под ногами осыпается.
— Быстро. — Бросил резко, звучно, без права на возражение. Взглядом указал в сторону машины Спасского.
Я инстинктивно попятилась назад, глядя на него исподлобья, но он уже на меня не смотрел, направившись к группе все так же громко орущих друг на друга людей. Быстро затихающих когда он к ним подошел, а я на ватных ногах уже садилась на заднее сидение, где плакала перепуганная жена Руслана.
Откинула голову назад и прикрыла глаза, чувствуя, как дрожат колени. И все нутро. Почему-то тяжело дыша повернула голову, глядя как там, у другого автомобиля стоят люди. И понимая. Что не одну сейчас меня так кошмарит.
Несколько минут и все стали расходиться. Быстро, почти незаметно полились деньги. Краткие передачи от одного к другому.
В эту машину сел Руслан и мы поехали. Марина плакала, он молчал, а у меня было очень отчетливое чувство, что вот точно ничего не закончилось, и это только начало пиздеца.
Глава 6
— …Марина, пожалуйста, успокойся. Доедем, останемся с тобой наедине и поговорим…
— …Марина, успокойся, все хорошо…
— …Марина, прекрати. Господи, пожалуйста, прекрати, мы с тобой обязательно поговорим. Я все тебе расскажу. Просто давай доедем до дома…
— … Нет, ничего не случится, все закончилось. Я все тебе объясню позже, пожалуйста, успокойся…
Но Марина была истеричкой.
Он говорил ровно, немного гундосил. Говорил правильные и важные вещи, но…
Но Марина была истеричкой.
Я бы тоже от такой в проституточную переехала. Или ее переехала.
— Да успокойся ты, блядь. — Не выдержав, резко бросила я, тяжело глядя на нее, аж замолкшую от неожиданности. — Ты беременная, если себя не жалко, то о ребенке подумай, дебилка. Он не должен страдать из-за того что мужик накосячил, пусть и твой вот… этот, короче. — Зло кивнула в сторону напряженного Руслана. — Перестань создавать головняк, все закончилось тебе сказали. Сейчас наистеришься и спровоцируешь преждевременные, я у тебя роды принимать не буду, а мы уже далеко от города, если что. Вывод сама сделай.
Она хоть и была из разряда беременяшек головного мозга, считающих что положение им дает право вести себя как заблагорассудиться, но последний мой аргумент ее убедил и она наконец заглохла. Отлично. Есть свет в конце туннеля, Казаков рано руки опустил.
Подумала так и мрачно усмехнулась. Я знала — что-то будет. Не понимала за что, но знала точно, что мне прилетит. Он там одним взглядом железобетонный гарант дал. И факт того, как он ударил Руслана о руль, наказывая за вес, вот нихуя хорошего мне не прогнозировал.
И это вот мое напряженное ожидание подтвердилось.
Мы въехали в загородной поселок с элитной недвижимостью, медленно ехали по красивым широким улицам огражденные по обеим сторонам рядами архитектурного великолепия, почти замков.
Въехали в закрытый сектор, ехали долго. Здесь уже не было такого тесного расположения псевдозамков, просто улица с ползущими в стороны аллеями. Повернули на тринадцатой, ехали по обсаженной липами и раскидистыми плакучими ивами дороге не долго. Впереди особняк в классическом стиле в три этажа. На подъездной дороге у линии высоких белоснежных колонн восемь машин в два ряда. Номера у всех… три тройки. Только буквы и регионы разные.
«…серебристый Мерседес у входа, номер три тройки».
Я могла жизнью поклясться, что у той машины, у машины Руслана, в которой поехал Казаков и Спасский номер тоже три тройки, хотя я и не обратила на него внимания. Но я была уверена. Не знаю почему, но меня прошиб холодный пот. Затем в голову пришла всякая ересь, что если сложить то получишь число демонских чинов и князь третьего это Велиал, и три тройки это явно третий…а у Казакова с ним даже имена с одной буквы… Еб твою мать, о чем я вообще думаю! Человек с высшим образованием, блять! Крайне пересравшийся, когда увидел просто одинаковые номера на машинах.
Пока я там херней занималась у себя в голове, то пропустила момент, что из дома высыпали около десятка человек.
— Рус, что за херня? — когда мы вышли из машины и подошли к группе мужчин, потрясенно спросил Владимир, тот самый поджарый высокий блондин, что был ответственен у Казакова за финансы и иногда смешно шутил, пытаясь флиртовать со мной. — Что у тебя с лицом? Почему так задержались? Где Влад с Вано?..
Он сыпал еще вопросами, пока я скользила настороженным взглядом по лицам остальных. Всем от тридцати до сорока пяти примерно, одеты хорошо, почти все по деловому стилю. Акценты, что были в одежде заставляли сердце ускориться — состоятельность. В часах, в отличительных чертах брендов одежды, в их глазах. Но они молчали — слово молвил приближенный Велиа… Казакова. Пиздец. Вот я и приехала на загородные шашлыки. Лучше бы реально с операми тусила.