Чтение онлайн

– Здравствуй, папа, – садясь рядом с ним, попытался я сказать как можно мягче. Но что-то, видимо, в голосе проскочило, мужчина вздрогнул и поднял на меня взгляд.

– Эван...– после минутной паузы и прояснения пустого взгляда он меня узнал. – Я тебя искал. Дед Капл сказал, что видел тебя здесь.

– Зачем искал? Как семья?

– Плохо, Эван! После того как тебя выбрали, жизнь рухнула. Тая меня ненавидит, твои братья тоже, только младшая осталась, моя звёздочка. В деревне, когда выяснилось, что ты жив, стали на всю семью коситься и сторониться. А после того как начались пропажи, никто из нас выйти из дома не может. Вся деревня считает, что это леший мстит за то, что не получил жертву.

– Хм… И как ты их оставил?

– Не переживай, их не тронут. А я скоро вернусь.

– От меня ты чего хочешь? Чтоб я к лешему вернулся?

– Нет, Эван. Я действительно рад, что ты жив! Я извиниться хотел, мучит меня всё это, но не мог по-другому. Я надеялся, извинюсь, в глаза тебе посмотрю, и, может, хоть чуть-чуть легче станет, – у него в глазах блеснула влага, он поспешил отвернуться.

– Почему не мог? Не мог защитить и не отдать?

– Ты думаешь, у нас такого раньше не было? Ты просто маленький, не знаешь. Отцы пытались воспротивиться, не отдать детей, не получилось ни у кого. Леший всё равно забирал выбранного, а семьям потом жилось очень плохо. Ты же знаешь, как это в деревне делается?

– Почему не увёз семью?

– Куда, Эван? Ты молодой не понимаешь.

– Что тебя в деревне держит?

– Ничего.

– Бери и езжай куда угодно.

– На что? Нет денег, чтоб уехать. Если продать всё, то за бесценок, а после жребия вообще никто ничего не купит. Даже разговаривать не будут.

– Что ты там сказал о пропажах?

– Неделю назад пропали два охотника в лесу. Я уезжал, пропал ещё один, наш сосед дядько Петр.

– Интересно. Помнится мне, у нас какие-то родственники под Курмачом живут, вези семью к ним. Не приютят?

– Эх, Эван, ну поживём мы с ними. Сколько? Месяц, ну два, а потом кто столько ртов кормить будет? Нас-то вон много. А потом зима, и куда мы?

– Старосты ж могут выкупать дома? – обдумывая ситуацию, задал уточняющий вопрос.

– Да, могут, но не купит он и за полмедяка. Я же тебе объяснил.

– Сколько за наш дом можно получить? В хорошие времена.

– Не больше тридцати.

Замолчали, каждый думал о своём. Мне принесли еду, и я с жадностью накинулся на неё. Отец потянулся за кружкой, но наткнулся на мой взгляд и убрал руку. Влезать не хотелось, но бросить биологическую родню моего тела я не мог. Просто сказать, что это их проблемы, меня коробило. Тем более проблемы так себе, скорее неприятности. То, что рядом с деревней в лесу безобразничает не леший, это понятно. Как бы, мне всё равно, что там происходит, если бы не семья. Вспомнились лица братьев и сестры, Эван их любил. Я, понятное дело, нет, чужие абсолютно дети. Но просто отвернуться и сделать вид, что меня не касается, не могу. Карма, опять же.

– Сколько от деревни до Курмача на телеге?

– Если через мост, то дня три, через переправу чуть дольше.

– Ладно, – доел мясо, отодвинул тарелку и поднялся с лавки, – пошли покажешь, где остановился.

Папа молча поднялся. А он высокий, надеюсь, в него пойду. Мы вышли, уже стемнело. Он повёл меня по пустынной базарной улице, пару раз свернул на перекрёстках и нырнул в тёмный переулок, в конце которого над дверью горел фонарь. Отец нашёл, где остановиться, злачное местечко. Перед дверью стоял бугай, вышибала, что ли.

– Здесь, – сказал папа.

– Забирай вещи, я тут подожду.

– Но…

– Давай быстрее, – скривился я.

Он помолчал, пару секунд пристально смотрел мне в глаза и зашёл внутрь. Бугай безучастно стоял в сторонке. Я прислонился к стенке напротив двери и принялся ждать. Из здания вывалилась пьяная компашка и уставилась на меня. Один из них порывался подойти ко мне, но ещё двое, покосившись на бугая, зашикали и утащили его по переулку в темноту. Что хотел, не понятно.

– Малец, ты бы шёл отсюда, пока цел, – прогудел мужик.

– Отца дождусь и сразу.

Амбал безразлично пожал плечами. Через пару минут вышел папа с вещами, всего пара тощих сумок через плечо. Я молча развернулся и потопал из этой подворотни. Возле самого выхода стояла недавняя троица. Ну никак тихо и мирно ночью по городу не пройти. Ощущение, что в лесу безопаснее. Приближаясь к выходу, не оборачиваясь, сказал родителю:

– Ничего не делай, я сам.

Поравнялся с мужиком, который пытался ко мне подойти возле двери. Он преградил мне путь и положил руку на плечо:

– Пошли со мной, ты мне понравился.

Офигеть. Я резко ударил его открытой ладонью по левому уху. Левой рукой схватил его запястье, которое меня держало за одежду. Правой продолжил движение ударом локтя сверху по его руке. Вывернул её в правую сторону, заведя свою руку ему под мышку, пальцами сдавил горло. Левая отпустила его кисть и упёрлась в правое ухо, растянув и зафиксировав дурачка. Получилось, я вывернул его правую руку в локте и в любой момент мог сломать, плюс держал его горло. Мне было не очень удобно из-за его роста, и я ударил стопой в его колено, чтоб он опустился, подогнув ноги.

Мужик с вывернутой в сторону рукой и пережатым горлом мог только шипеть. Его дружки выхватили короткие мечи, но топтались на месте. Чмо в моих руках начало обмякать, я немножко ослабил пальцы, ещё не хватало его придушить.

– Оставили оружие у стеночки и ушли, иначе все тут ляжете, – видя, что эффекта нет, надавил на вывернутую руку, мужик засипел от боли. – Быстро.

Эти идиоты закивали и прислонили оружие к стенке, стали, оглядываясь, удаляться по улице. Я посмотрел на жертву моего произвола, ослабил хватку на горло.

– Ты кто?

– Тебе не жить, молокосос, – прошипел мужик.

– Ты дурак? Не отвечай, мне неинтересно, – я отпустил горло и положил большой палец на его нижнее веко, надавил. Это очень больно, когда глаз выдавливают, он завыл на всю улицу. Ослабил нажим.

– Надеюсь, ты всё понял? Если мы ещё раз пересечёмся, ты будешь умирать очень неприятно.

– Я всё понял, – прохрипел он.

– Надеюсь, – сказал и немного придушил мужика, чтоб он потерял сознание.

В его кармане нашёлся кошелёк, пригодится. Подхватил оружие и вышел из подворотни. Сзади слышались шаги отца. Я потопал к трактиру, где встретил родителя, по пути выбросив мечи извращенцев.

Пока шли, думал, что мой отец странный. Уехал, бросил семью в сложной ситуации. Что людям в голову стукнет? Ещё сожгут дом в жертву лешему. Эти тёмные идиоты на всё способны. Первоначальный план у меня был поехать к родственникам в деревню под Курмачом. Там купить дом или заказать строительство, нанять мужиков с телегами и перевезти семью. После раздумий начал сомневаться. В трактире снял комнату, обошлась в полтора золотых. Хорошо, что у извращенца в кошельке оказалось целых восемь, не успел всё спустить. Когда мы поднялись в номер, я сказал: