Чтение онлайн

От дальнейших мыслей по данному невеселому поводу меня отвлек странный мужик. У мужика явно что-то было с глазами, потому что он постоянно моргал… одним глазом. Ненормальный такой рабочий, лохматый. Заметив, что я, наконец, на него обратила внимание, рабочий широко улыбнулся, сверкнув подпиленными по последней моде зубами, и я изумленно выдохнула:

— Дени!

Он демонстративно закатил глаза, демонстрируя, какая я дура, поэтому я тут же сделала вид, что рассматриваю травинки у дерева. Так, Лика, соберись! Вспомни, кто ты, и веди себя естественно!

Я улыбнулась подходящей ближе Аде, которая на прогулках всегда выполняла роль конвоира, и поинтересовалась:

— А что это за виноград здесь?

— Это, — моя провожатая чуть нахмурилась, — это Золотой вейс, столовый виноград, хочешь попробовать?

Я радостно закивала, сорвалась с места, переходя на быстрый бег в шоркающих тапках, и крикнула:

— Догоняй!

Стоит ли говорить, что пробовать виноград я начала именно из ряда, где был Дени? И Ада пока пыталась догнать, а я сделала вид, что выбираю гроздь, и прошептала:

— Что ты здесь делаешь?

— Тебя спасаю, дура! — выдал сквозь зубы Дени, изображая мне поясной поклон.

— Ты чего кланяешься? — прошипела я.

— Тут так положено, курица необразованная. И кстати, — он бросил быстрый взгляд на меня, — твоего котика я Ромычу с Кей отвез. Эта гадина шипит и царапается.

Я возликовала и едва не бросилась обнимать своего котоспасителя, но тут прибежала Ада.

— Лика, — женщина несколько задыхалась после пробежки, — э-э-э… не разговаривай с полевыми рабочими, не стоит.

— А что, есть не полевые рабочие? — удивленно спросила я.

— Конечно, есть, — Ада сорвала самую большую гроздь винограда и, взяв меня за локоток, повела к роще. — В полевые рабочие обычно набирают бывших преступников, не стоит общаться с отбросами общества. Идем, виноград теперь нужно вымыть.

Я, стараясь скрыть счастливую улыбку, позволила отвести себя в усадьбу. То, что Дени спихнул котика Романычу, меня не удивило, Ром был единственным из нашей компании, кто терпел Дени, а с другой стороны, Ромка всех терпел…

Мы неспешно шли по дорожке, выложенной камешками, когда впереди показался обнаженный по пояс Алекс, сажающий какой-то кустик в выкопанную ямку. У меня сердце забилось втрое быстрее.

— Нагулялись? — вместо приветствия спросил самый красивый мужчина во вселенной.

— Ты долго, — Ада приветливо улыбнулась Алексу, подошла, наклонившись, чмокнула его в бритую щеку, — что-то случилось?

— Да, — герой не моего романа поставил кустик в ямку и начал бережно закапывать его рукой, — были трудности с Лестианом, этот змей гнет свою линию… Разберемся! — мрачно пообещал идеальный мужчина. — Придется надавить на Хаерса своими методами.

Алекс поднялся, снял грязные перчатки и потянулся к ведру с чем-то мутным.

— А вы как тут?

Вопрос явно относился ко мне, но я в этот момент все анализировала слово «Лестиан». Лестиан, Лестиан, по прозвищу Ледяной Змей, откуда я знаю это имя?

— Мы нормально, — все же ответила я, когда пауза затянулась.

— Не скучала? — Алекс, видимо, уже разделался с кустиком и решил заняться мной.

— Не особо, — я сделала шаг назад.

Ада внимательно посмотрела на нас и… оставила одних, предательница!

— Лика… — Когда-то я мечтала, чтобы меня вот так взяли за подбородок, стремясь заглянуть в глаза. — Ты все еще злишься?

— Все еще да. — Я вновь мягко отступила. — Слушай, а что у тебя с этим… Лестианом?

— Да так, — Алекс подошел, снова обнял меня и уже шепотом добавил: — Конфликт интересов…

— Он тоже любит похищать молоденьких девушек? — ехидно поинтересовалась я.

Тот, о котором я так долго мечтала, рассмеялся.

— Нет, Лика, он, скорее, предпочитает их убивать на месте.

Я так заинтересовалась новой информацией, что пропустила его поцелуй, но… журналистская интуиция вопила: тут что-то есть!

— Подожди, Алекс, — я увернулась от очередного поцелуя, — а вот чисто гипотетически, этот Лестиан как мог бы использовать девушек, у которых личная трагедия?

Серые глаза заинтересованно взглянули на меня, интерес внезапно утратил половую принадлежность, а через секунду Алекс спросил:

— Что ты знаешь?

Люблю я заключать очень выгодные сделки, именно поэтому ласковая улыбка не сходит с моих губ, когда я произношу:

— А что я получу, если расскажу?

— А что бы ты хотела получить? — его руки плавно движутся вдоль моей спины.

Я точно хотела чего-то другого, но ответила:

— Тебя, — чувствую, что начинаю терять нить рассуждений оттого, что он так прикасается ко мне, — и свободу, естественно.

— Какие, однако, диаметрально противоположные желания у моей журналистки… — прошептал довольный моей реакцией на него Алекс.

Я своей реакцией совсем недовольна, но остановиться уже почему-то не могу. А тут еще на его обнаженной груди поблескивают капельки пота, загорелое тело так и манит прикоснуться, и я не стала отказывать себе в этом удовольствии. Да-а-а, какой бы ни был сволочью Алессандро Девелри, но тело у него роскошное. Я погладила плиты мышц, провела рукой от его шеи до восхитительного живота, чувствуя, как он напрягается…

— Лика, — простонал этот невероятный мужчина, — ты все же меня соблазняешь!

— Я? — искреннее изумление в моих глазах сменяется коварным блеском. — Но ты же от этого просто в восторге.

— Отрицать не буду, — произносит Алекс и тихо стонет, когда мои пальчики касаются застежки на его джинсах.

Это такой кайф, когда мужчина стонет от малейшего твоего прикосновения, когда его дыхание становится таким глубоким, а взгляд затуманенным — и все это дело твоих рук. Я наслаждалась этой игрой и совсем не ожидала, что развлечение так резко закончится… Помните про травку, на которой я мечтала полежать, когда впервые попала в этот сад? Моя мечта исполнилась! Правда, одновременно исполнилась и мечта Алекса полежать на мне, но, с другой стороны, в этот момент траве было хуже всех, так что жаловаться я не стала.

Ровно до тех пор, как:

— Э-э-э, ты что делаешь? — попыталась я возмутиться, едва его рука каким-то образом забралась под юбку и вообще вся юбка внезапно оказалась на уровне пояса.

Алекс зарычал, оторвался от покусывания моей шеи и, раздраженно глядя на меня, с намеком предложил:

— Лика, радость моя, а давай ты помолчишь, а? А то изнасилования у нас до старости не получится!

Вот оно, сексуальное рабство! И мне почему-то уже было не весело и нужно было срочно что-то придумать.