Эквилибрист[СИ]
Шрифт:
– Что? – настроение слишком расслабленное, чтобы спорить.
– Что-нибудь. Только не такое, как твоя последняя песня. Спой о своей стране. Кем ты был дома? Воином?
– Нет. – Как бы объяснить? Подберу аналог – писарем.
– Быть не может! – Альвин удивлен, – ты, конечно, груб, невоспитан. Но благороден и образован. Я видел, что ты читал во время плавания.
– Образованные люди – редкость? – не хочется мне поддерживать разговор о прошлом, – о благородстве мы уже говорили.
– Я научился читать только за полгода до поступления в академию, – поддержал командира Гален, – в нашей деревне грамотными были всего двое. И так почти везде. К тому же ты не трус и всегда готов отвлечь противника на себя. Большинство крестьян не такие.
– Я горожанин, – мрачно бросаю я.
– Ладно, давайте лучше спою, – проще уступить просьбе, чем придумывать легенду на ходу, – Кристина, ты слушать будешь?
Та смотрит непонимающе, но кивает. Протянуть к ней канал связи несложно. Она огненная а не менталист.
Средь оплывших свечей и вечерних молитв, Средь военных трофеев и мирных костров Жили книжные дети, не знавшие битв, Изнывая от мелких своих катастроф…"Баллада о борьбе" Высоцкого. Приведу ее полностью, уж больно хороша.
Детям вечно досаден Их возраст и быт, – И дрались мы до ссадин, До смертных обид. Hо одежды латали Нам матери в срок, Мы же книги глотали, Пьянея от строк. Липли волосы нам на вспотевшие лбы, И сосало под ложечкой сладко от фраз, И кружил наши головы запах борьбы, Со страниц пожелтевших слетая на нас. И пытались постичь Мы, не знавшие войн, За воинственный клич Принимавшие вой, Тайну слова "приказ", Назначенье границ, Смысл атаки и лязг Боевых колесниц. А в кипящих котлах прежних боен и смут Столько пищи для маленьких наших мозгов! Мы на роли предателей, трусов, иуд В детских играх своих назначали врагов. И злодея следам Hе давали остыть, И прекраснейших дам Обещали любить, И, друзей успокоив И ближних любя, Мы на роли героев Вводили себя. Только в грезы нельзя насовсем убежать: Краткий век у забав – столько боли вокруг! Постарайся ладони у мертвых разжать И оружье принять из натруженных рук. Испытай, завладев Еще теплым мечом И доспехи надев, Что почем, что почем! Разберись, кто ты – трус Иль избранник судьбы, И попробуй на вкус Настоящей борьбы. И когда рядом рухнет израненный друг, И над первой потерей ты взвоешь, скорбя, И когда ты без кожи останешься вдруг Оттого, что убили его – не тебя, – Ты поймешь, что узнал, Отличил, отыскал По оскалу забрал: Это – смерти оскал! Ложь и зло – погляди, Как их лица грубы! И всегда позади – Воронье и гробы. Если мяса с ножа Ты не ел ни куска, Если руки сложа Наблюдал свысока, И в борьбу не вступил С подлецом, с палачом, – Значит, в жизни ты был Ни при чем, ни при чем! Если, путь прорубая отцовским мечом, Ты соленые слезы на ус намотал, Если в жарком бою испытал, что почем, – Значит, нужные книги ты в детстве читал!По окончании песни глаза горели не только у парней. Музыка все же великая сила!
– Даркин, еще что-нибудь! Ты обещал ожерелье! – вот ведь мелкая капризуля! Это я любя, конечно.
– Ваша очередь.
– У нас даже риттоны нет, – пытается увильнуть Альвин.
– Есть, – смущенно улыбается Кристина.
Вспышка магии и в руках у нее появляется риттона украшенная вычурными узорами.
Хруст. Поворачиваюсь на звук. Лицо Альвина окаменело. А вот в душе бушуют такие страсти, что я тянусь к собственному источнику. Во избежание. Альвин, кстати, уже на ногах.
– Назовите свой род, леди. – Голос Альвина звучит слегка неестественно. Взгляд не отрывается от Кристины.
– Н-но Трам.
– Младшая ветвь рода но-Тремен. – это не вопрос, это утверждение. Девушка кивает.
– Альвин, в чем дело? – теперь и Катарина вскакивает, чувствуя, что что-то неладно. Альвин пропускает вопрос мимо ушей.
– Альвин но-Рох к Вашим услугам, – изящный поклон. И уже Катарине, – наши семьи кровные враги.
Ого, тут еще и кровная месть существует! То-то я смотрю, такая буря эмоций в ауре!
Кристина бледнеет, судорожно прижимая риттону к груди. Даже в лучшей форме она Альвину не противник, а уж сейчас… Судя по тому, что даже сердобольная Катарина не вмешивается – но-Рох в своем праве. Буря эмоций чуть стихает, Альвин ловит мой взгляд. И что он от меня хочет? Чтобы девчонку убил я? Или что? Вмешиваться не буду, даже не просите.
– Это твой враг и твоя месть, – произношу как можно более безразлично.
Еще минуту Альвин изображает из себя соляной столб, потом кулаки медленно разжимаются.
– Флягу дай, – поворачивается ко мне. Развожу руками.
– Держи, – флягу передает Гален. Не один я такой запасливый!
Альвин делает изрядный глоток.
– Я, Альвин но-Рох, обещаю не причинять Вам вреда и прошу разделить со мной огонь и пищу, – рыцарь протягивает флягу девушке. Похоже, убийства не будет! Кристина сначала нюхает, потом уже аккуратно глотает. Поза становится более расслабленной.
– Я, Кристина но-Трам, обещаю не причинять Вам вреда, Альвин но-Рох. – девушка передает флягу обратно.
Ритуал закончен, Альвин садится и снова прикладывается к горлышку. Жестом намекаю, что неплохо бы и поделиться.
– Альвин, как ты узнал, что она младшая ветвь кого-то там? – задаю мучающий меня вопрос.
– Двенадцать первых родов хранят фамильные умения со времен Империи.
– Как твоя способность парить? И почему двенадцать? Мне казалось, высших родов намного больше.
– Не высших, а первых. На повышение статуса может претендовать и рыцарский род в пятом поколении.
– И ты можешь достать так любой предмет? – теперь мое любопытство направлено на Кристину.
– Нет, на "нить" можно подвесить только один предмет.
– И ты выбрала риттону?! – интонацией выражаю все, что думаю о подобной непрактичности. Девушка слегка краснеет. Да, такое комнатное растение даже убивать стыдно.
– Она ведь пригодилась, – примирительно улыбается Катарина.
– Точно, Альвин, ты ж хотел сыграть! – Гален тоже успел приложиться к фляжке.
– Да, пожалуйста, – все, парень пропал. Катарине он точно не откажет.
Выжить и жить, взлететь, не пасть, Суметь удержаться на лезвии слова, Тропою эпохи сквозь тысячелетнюю грязь, Потом по стерне да по иглам сосновым…Чего, спрашивается, говорил, что играть не умеет? И голос вполне неплохой.
…Идти – не дойти, и петь – не допеть На лютом ветру, на последнем пределе. Все лишнее прочь, ты обязан успеть Зажечь свой огонь в самом сердце метели. Ты легче, чем пух, ты прозрачен, как звук, Не знает никто, где сегодня ты бродишь, И голос струны оживает в тепле твоих рук, И поет бесконечные гимны свободе. Странники, эхо миров, Летящие в воздухе искры небесных костров…Текст тоже очень неплох. Надо будет запомнить.
…Странники, в мире года, Мы пленники века, сказавшие вечности "да" [6]– У вас отлично получается! – хлопает в ладоши Элеонора, – кто следующий?
– Я, если позволите. – Кристина смущена.
Пальцы перебирают струны, и я понимаю, что Альвин действительно играет весьма средненько.
Вся наша жизнь – отныне без остатка – Холодный блеск, стальное острие. Не отступить – мной брошена перчатка, Не отступить – вы подняли ее. Не отступить – вы подняли ее. Не отступить – хоть правил я не знаю, Смертельный финт придержан до поры. Ах, ради Вас – хоть я и не играю, Я принимаю правила игры. И каждый день – без права на ошибку, И не прервать проклятую дуэль. Как Вы милы, как вежлива улыбка… Что ж, выпад точен – Вы попали в цель. Был выбор мой – безумье за отвагу, Был вызов мой – Вы приняли его. У Ваших ног – изломанная шпага, Несбывшейся победы торжество. Приходит час случайного прозренья, За краткий миг – высокая цена. Никто из нас не верит в отступленье, Но никому победа не нужна… [7]6
Шмендра "Странники"
7
Йовин "Романс"