Чтение онлайн

Первые две лекции каким-то образом выдерживаю, даже умудряюсь пообщаться без напряга с подругой, а вот третья пара у нас последняя, и она по дипломатическому праву. Идти совершенно не хочется, но я понимаю, что обратной дороги нет. Сама себя втянула в этот спектакль и мне придется определенным образом дотянуть до конца семестра. Затем, надеюсь мы не будем часто видеться с Иваном. По крайней мере, хочется в это верить.

Пытаюсь отвлечься на болтовню моих одногруппников, но ничего не выходит, все что я делаю, это смотрю на дверь и гипнотизирую ее. Внутри все переворачивается, меня потряхивает от нервов так, что ничего не помогает. Зря я пришла, нужно было дать пару дней себе передышки. Столкнуться с ним так скоро я не готова, как всегда переоценила свои возможности.

Спустя минут десять после звонка, решаю все же уйти, мне все равно, что подумает каждый из двадцати человек моей группы, я не выдержу этой пытки. Но не успеваю подняться с места, как открывается дверь и Колесников входит в аудиторию. Красивый гад, в черном тонком свитере и в темно-синих джинсах, он выглядит намного моложе своих лет, в таком виде его особенно легко спутать со студентом, а не доцентом кафедры международного права. На лице как обычно холодная отстраненность, будто одолжение делает, что приходит на работу. Ненавижу его, но все равно люблю… люблю, в него невозможно не влюбиться, особенно после наших качель.

Преподаватель оглядывает присутствующих и тут взглядом находит меня. Как бы не старалась спрятаться на задней парте, меня все равно видно. Иван Юрьевич дольше, чем требуется задерживается на моей персоне и еще больше хмурится. Не ожидал милый, что я приду? А вот она я, мучайся.

Поздоровавшись со всеми, он проходит к преподавательскому столу и берет в руки журнал. Быстро делает перекличку, и как бы случайно или нарочно пропускает мою фамилию, а я очень даже не против. Думаю посижу остальной час, и никто меня не будет трогать, самый лучший вариант из всех.

Преподаватель начинает опрашивать потихоньку студентов, а я вся в своих мыслях. Уставившись в окно, мечтаю о Париже, о «Нуар» и о том, как я никогда не вернусь в этот университет. Мне становится мерзко от того, что я просиживаю штаны, и ничего не делаю для своего будущего. Была бы возможность, бросила бы все к чертям и занималась тем, что приносило мне удовольствие, но нет же, я должна еще слушать о вещах, которые никогда не пригодятся мне в жизни.

– Хорошо, Лапин, можете присаживаться на свое место, а следующий кто нам расскажет об установлении дипломатических отношений между субъектами международного права будет… Миронова.

Может мне показалось, я же еще ни разу не выходила к кафедре и не отвечала на его практических занятиях, с чего вдруг я должна делать это именно сегодня?

– Миронова, вам особое приглашение нужно?
– смотрю на это красивое до безумия лицо и хочу ему врезать, даже с учетом того, что вокруг полно свидетелей.

– Нет, - откашливаюсь, пытаясь быстро сообразить, чего он этим хочется добиться?

– Если вы не готовились, то так и скажите, не стоит попусту тратить время, - этот гад смотрит на меня в упор, удерживая мой взгляд и я сначала - где-то первые секунды - ведусь на это, заметно нервничая, но злость ураганом поднимается.

Так просто я не сдамся. Поэтому быстро взяв себя в руки, встаю со своего места и медленным шагом иду к кафедре, убивая глазами единственного человека, кого смогла полюбить. Он обращает внимание: на мое узкое черное платье, которое облегает как вторая кожа, на мои ботинки на высоком каблуке, что делают задницу еще круглее, на мои распущенные длинные волосы, что перекатываются по моей спине. И только с шумом выдыхает.

Иван смотрит на меня, не так как безразличный преподаватель на студентов. Нет. В его глазах, я вижу тот же оценивающий мужской взгляд, что был при нем с самого начала нашего знакомства.

– Дипломатические отношения – это форма поддержания официальных отношений между суверенными государствами в соответствии с нормами международного права и практикой международного общения, – начинаю уверенно и с надрывом отвечать по теме, мне нужно побыстрее рассказать все что я знаю по этому вопросу и уйти со сцены, ведь находясь за кафедрой, мое тело слишком близко к Колесникову, а это очень отвлекает. Как бы я не была на него зла и обижена, тело все равно живет своей обычной жизнью и тянется к нему, словно оно не понимает, что, между нами, ничего не может быть и он подонок.

Иван Юрьевич, спокойно слушает, если приглядеться, то точно можно увидеть тень ехидства на его лице, но то, как он вертел ручку в руках, говорит, что его напускное спокойствие - блеф. Внутри он нервничает. Мне приятно, что я произвожу на него такой эффект. Пусть ему будет так же рядом со мной не сладко, как и мне с ним. В конце концов, это он меня сегодня вызвал.

– Что является первостепенным в установлении дипломатических отношений? – под конец моего рассказа, все же спрашивает преподаватель.

– Установлением является, как правило, признание де-юре или де-факто того или иного государства или его правительства другим государством, – недовольно отвечаю я.

– А в результате чего устанавливаются дипломатические отношения?

Он что, нашел способ как со мной пообщаться?

– В результате переговоров двух государств, если они заинтересованы друг в друге.

Колесников удовлетворенно кивает:

– Расскажите мне о разрыве или приостановлении дружеских отношений между двумя государствами.

– Это же следующий вопрос?
– закрываю свой конспект, как бы намекая, что время потехи надо мной закончилось, пусть идет к черту.

Иван ничего не отвечает на это, а лишь повернувшись корпусом, прожигает меня синевой своих глаз. И тут до меня доходит, что мы уже не говорим о дипломатическом праве и злость проходит сквозь все мое тело, посылая заряд в мозг. Ах, ты хочешь спектакля? Ну, держись, красавчик!

– Дружеских? – хлопая ресницами переспрашиваю я.

– Если придумаете какие еще отношения могут быть между ними, я выслушаю ваше мнение, - деловой тон, скучающий вид всезнайки. Ты у меня сейчас допрыгаешься.

– Разрыв или приостановление отношений между государствами может говорить о том, что отношения не являются более дружескими, если были вообще таковыми. Такое может произойти в результате наличия очень серьезных проблем во взаимоотношениях, вследствие вспыхнувшей между государствами войны, к примеру. Существование каких-либо отношений, будто дипломатических или каких-то других всегда свидетельствует о том, что стороны признают друг друга не враждебными, не используют друг друга, не лгут и самое важное, уважают еще чье-то мнение, кроме своего собственного.