Чтение онлайн

– Виктор прав, – поддержала Леренна. – Да, а ульев с пчёлами у вас достаточно уже? Может быть, вы посчитаете эти плоды не более чем баловством, но мы с Тениллой советуем посадить немного таких деревьев – дети будут страшно рады! – она поставила на стол корзинку с грушами.

* * *

– Привет, Хьёи! – появилась Б’дана. – Как ты, освоилась здесь?

– Привет, – чуть печально улыбнулась эггла, ставшая ученицей Тениллы. – Да освоиться-то освоилась, но Тарлаон – всё-таки не мой мир. Тоскую я по нашей родине, хоть и понимаю теперь, какая же она дурная! И я дурная была, сейчас сама уже над собой смеюсь.

– На Ур-Анет, к сожалению, мы с тобой попасть больше не сможем, – вздохнула Лесная Сестра. – Хотя самой иногда так хочется! Я тогда ненадолго появляюсь на Моситлане, а один раз даже на Земле была. Тоже развитые технические миры, так что как погуляешь по современному городу – отпускает немного тоска. Но ты ведь хотела на Ша’аль?

– Землю тоже посмотреть хочется, – призналась Хьёи. – И Моситлан, конечно. А меня скоро в полные сёстры ордена посвятят?

– Как только поймёшь, какой у тебя уникальный дар. Ты пока так и не осознала его?

– Знаешь, – эггла на минуту задумалась, – я ведь, такое впечатление, на самом деле душегармонистка. Начала вот замечать недавно, что как смотрю на человека – кажется, что в нём сидит какой-то пушистый зверёк, который тянется ко мне, и его хочется погладить.

* * *

– Нет, согласие на эмансипацию я Марине не подпишу! – отрезала Мария Яновна. – Пусть ждёт официального совершеннолетия. Хватит с неё и того, что я её в экстернат записала. Деньги свои есть, раз работает, жить, я так понимаю, есть где, аттестат через полгода получит – чего ещё надо?

– Плохо, что у неё шаткое правовое положение, – объяснил Пекарчик. – В любой момент могут начаться неудобные вопросы – почему она дома не живёт. Да и к вам такие вопросы могут возникнуть.

– Я соседям, кто лез с расспросами, сказала, что она к отцу на Украину уехала, – усмехнулась женщина. – Вот пусть и Марина что-нибудь сообразит, раз такая умная! Думаете, я не понимаю, что как только она получит гражданские права, так сразу квартиру нашу продаст? А у меня нет таких денег, чтобы даже до однушки доплатить. Что ж дочка родную мать гонит из дома на старости лет? – Мария Яновна некрасиво заплакала.

– «Крокодильи слёзы», – подумал адвокат. – «Она-то тебя не гнала и не гонит – наоборот, фактически половину квартиры дарит! Это ты её гонишь – привела в дом наглого мужика, с которым Марина не уживается».

– Я Мариночке всё подпишу – хоть согласие на выезд за границу, хоть что угодно, только не эмансипацию! – женщина посмотрела умоляющим взглядом. – Не хочу на улице оказаться! Ну зачем ей нужно непременно жить официально одной?

– Хорошо, я вас понял, – Пекарчик сочувственно кивнул. – Скажу Марине, что вы очень просили подождать до восемнадцати лет.

* * *

– Хреново, – резюмировал Артур. – Получается, что есть несколько хат в Москве и в Питере, но ни одна из них не приобретена так, что нельзя ничего накопать! Пять квартир – мутные сделки за наличку, а мы ведь не можем подтвердить эти доходы? У Романа – шитое белыми нитками дарение, опять же понятно, что деньги отмывали. А нам всё-таки надо закладываться на то, что придётся уходить с Земли и оставлять здесь Скорбную сестру, так что нужна минимум одна юридически чистая квартира.

– А твоя студия? – возразила Алина. – Ты же её официально взял в ипотеку, и доход у тебя подтверждённый.

– Ипотека до конца не выплачена, но даже не это главное – сам-то я разве «чистый»? Квартира Скорбной сестры должна быть на неё и оформлена, и чтобы про неё саму никто не знал, кто она такая.

– У Лены своя однушка, – вспомнила Ната. – Но да, Лена сильно засветилась, к тому же она несовершеннолетняя.

– И квартира, в которой они с мамой живут, тоже куплена за наличку, – добавил Страж Вихрей. – Кто остаётся? Только Валя и Люся, вот про них почти никто не знает. Гражине, к сожалению, ещё два с лишним года до полной феи, да и имя слишком редкое для России.

– Кто на самом деле ещё не засветился, так это Хомка, – заметила Лесная Сестра. – Регалии она никогда при посторонних не надевала, с нами совсем недавно, и о том, что она фея, знают только Иван Алексеевич и отец Лейлы, но даже они понятия не имеют, как её фамилия. Тамара – и всё.

– Но у Хомки нет жилья ни в одном городе, – задумался Виктор. – Халупа в деревне – не в счёт. Наталь, а место рождения у неё какое?

– Как ни странно, Ленинград, а что?

– Может быть, поищем в Питере её корни? Сдаётся мне, она не сирота, а просто родители не стали девочку растить – сразу отвезли дальней родственнице.

* * *

Оксана вдохновенно трепала клавиатуру – по-видимому, заразившись этим трёпом от своих персонажей, которые в данный момент занимались тем же самым. Впрочем, по её авторскому замыслу одному из персонажей – то есть, конечно же, одной – сейчас должны были позвонить и…

«Глюки, что ли?» – женщина не сразу поняла, что звонит её собственный телефон. – «Лена, то есть мама Ксюши Златовой? Странно».

– Вы Оксана? – спросил мужской голос. – Елене Петровне плохо, «Скорую» вызвали.

– Всё понятно, – перебила Оксана. – Присмотреть за Ксюшей. Скажите только, в какую больницу Лену повезут, хорошо?

– Да, конечно. Извините, Елена Петровна так и не решилась сама никому позвонить, я у неё телефон чуть ли не отобрал.

– Да уж представляю! – женщина раздражённо фыркнула. – Знаю я Лену, она всегда жутко боится кого-нибудь напрячь.

– Именно, – подтвердил невидимый собеседник. – Хотя в такой ситуации попросить помощи – более чем естественно. Но в итоге всё равно пришлось мне – использовал, так сказать, служебное положение.

– Так вы её начальник? Спасибо, сейчас я побегу Ксюшу перехватить. Да, и передайте всем, чтобы не стеснялись, звонили мне, если что! – Оксана уже одевалась.

* * *

«Серьёзная девочка», – отметил про себя спешно вызванный Артур. – «Держится прямо, глаза умные, и «экстерьер» более-менее строгий – никаких девчачьих розовых блёсток. Да, похоже, действительно будет четвёртой феей Воды».

– Добрый день, Ксения, – поздоровался он. – Меня зовут Артур Анатольевич, я в некотором смысле учитель Леонида.