Чтение онлайн

Да нет, и с такого расстояния все нормально смотрится, а уж с дороги, которая натоптана вдоль холма, точно ничего не разглядишь.

Подумав, я рыхлю и углубляю плоским ножом сам провал, уже не вылезая из него, землю с песком сталкиваю вниз в яму. Кажется мне, что с верхушки холма меня можно все же рассмотреть, если очень постараться. Особенно, если смотрящий заедет туда на животном типа лошади.

Делать то все равно больше нечего, уже рассвело немного, поэтому весь день я должен безвылазно провести здесь. Воды мне хватит, в туалет тоже боком придется ходить, вот с едой все плохо.

Обычно захватываю на работу пачку печенья типа галет, чтобы перебить голод, а вчера забыл.

Да, это уже было уже вчера, судя по часам на смартфоне.

Я его выключаю, пусть бережет энергию, его фонарик мне еще пригодится, а все остальное уже, кажется, что нет.

Первый караван проехал всего через пол часа после того, как я перестал копать и теперь борюсь со сном.

Значит, это те самые, которые рядом жгли костры на западе, такие же Черти, как и предыдущие.

Светило местное уже с самого раннего утра хорошо пригревает, просушило за это время почву, и я радуюсь солидному запасу воды. Похоже, что без этих пакетов пришлось бы бегать несколько раз к чаше с водой, рискуя своей жизнью.

Эх, солнцезащитных очков не хватает и полевого бинокля, чтобы в подробностях рассмотреть, что делают существа из остановившегося каравана около колонн.

А они останавливаются все, кто большими караванами едут, вот одиночные всадники на каких-то странных животных верхом или на подводах с быками проезжают часто мимо без остановки.

Караваны всегда останавливаются и что-то вроде делают, как будто молятся.

Слезают со скакунов двух видов, стоят минут по десять и едут дальше.

Скакуны точно представляют два разных вида, одни просто однорогие козлы, вторые с какой-то хищной мордой и по повадкам другие.

Козлы радостно щиплют траву, а другие совсем не интересуются молодой поросль. Правда, первых в разы больше, чем вторых, как я хорошо вижу.

Рассматривать особо пристально не получается, около многих караванов из двух-трех десятков всадников, нескольких подвод на высоченных колесах и обычно пары невольников, всегда есть боевое охранение в виде существа на скакуне с каждой стороны в полусотне метров от основного каравана.

Дозорные смотрят по сторонам очень тщательно, поэтому я только фиксирую появление нового каравана при дозорных, больше не рискуя высовываться. Откровенно жалея при этом, что не разместился еще на пару сотен метров дальше от дороги.

Невольников можно узнать по веревкам, которыми они привязаны за шею к последней подводе.

Светило здорово припекает к обеду, я уже все снял с себя, только футболка и трусы темного цвета на мне, чтобы я не мелькал белой спиной и задницей.

Еще прикрываю голову с шеей и ноги, чтобы не сгореть, попиваю понемногу здорово нагревшуюся воду и в перерывах, когда никого нет рядом, рассматриваю все то, что прилетело со мной в этот чудный мир.

И то еще, что нашел здесь.

Это мои инструменты, много разных отверток на все случаи жизни, контролька, клеммники, пассатижи, кусачки-бокорезы и еще много всего, что мне сейчас не может помочь никак.

Зато из сильно полезного — есть зажигалка и спички, целый коробок, лейкопластырь бактерицидный для сбитых пальцев и бутылек со спиртом.

Хорошо бы махнуть немного с горя, только теперь это единственное дезинфицирующее средство при сильно вероятных ранениях, поэтому придется оставить спирт в неприкосновенности.

Про такую возможность приходится серьезно думать, учитывать последствия встречи с недоброжелательно настроенными туземцами. Вооруженными поголовно разным холодным оружием.

Толк есть от столярного ножа, изоленты, пакетов, фонариков, второй из которых я починил, поправив слетевший контакт, а теперь еще зримо подняло настроение обладание кинжалом и посохом шамана. Остальные мешки и кошеля на поясе оказались забиты какими-то травяными сборами, корешками и разнообразными частями тел неизвестных животных.

Как-то; головы змей, каких-то сусликов и ящериц, лапки птиц и крылья тоже.

Еще несколько насекомых, от огромных пауков до скорпионов и фаланг по внешнему виду, все это сушеное и вяленое.

Понятно, что жаркая степь — то самое место, где вся эта живность активно водится, плодится и размножается. Стоит поберечься от таких гостей, придется волосатую веревку кругом вокруг себя укладывать во время ночлега, как я про это дело знаю из роликов Ютуба.

Только у меня такой нет пока.

Шамана, кстати, никто из свежеприбывших Чертей и пальцем не тронул, в отличии от мужика с перерезанным горлом. Того просто оттащили за ноги и небрежно бросили в пятидесяти метрах от колонн.

Тащили прямо в мою сторону, я еще успел испугаться, что дотащат до моего укрытия, поэтому с огромным облегчением вздохнул, когда его бросили недалеко от дороги.

Похоже, что трогать шамана опасаются все поголовно, и его соплеменники, и существа из других племен, которых я теперь постоянно называю Чертями за серо-зеленые рожи.

Караваны следуют один за другим с разрывом по времени в полтора-два часа, поэтому в светлое время суток они прошли мимо меня восемь раз.

В них я наблюдаю только мужчин с оружием, еще есть немного рабов и совсем нет женщин-Чертей, мне кажется, что все они едут на войну.

С кем могут воевать кочевники-Черти? Судя по пленникам, только с нашим братом.

Куда они тут еще могут без своего племенного скота отправиться? На местный курултай?

Вряд ли, туда только вожди ездят. А эти отряды похожи на военную экспедицию, да и едут в одну сторону.

Чтобы возвращались с войны — на это точно не похоже, нет раненых и пленников маловато, слишком все воины бодренькие и бдительные.

Однако два каравана остановились около столбов подольше, не только молитву прочитали, а еще принесли жертву сразу после нее. Жертвой в обоих случаях оказалась пожилая человеческая женщина, каждая из которых сильно отбивалась, кричала и пиналась. Однако каждая неумолимо попала на тот самый лежак, где ей перерезали горло под заунывно-страшные напевы шамана племени.