Эльфийское жертвоприношение
Шрифт:
Я попыталась проскочить мимо Танна, но не успела, тот схватил меня за руку. Бедные мои ручки, всё сегодня вам достаётся. Говорят, дурная голова ногам покоя не даёт, а у меня, похоже рукам.
– Мне надо к нему, - пропищала я, понимая, что дружбу не вернуть, но попытаться стоит.
– Ты к нему не пойдёшь, а то он наделает ошибок, с которыми потом не сможет жить!
– смотря мне в глаза и не выпуская рук, добил меня Танн.
– Если таковые он только что не сделал! Как ты не понимаешь! Он же может...
– Если я отправлю Слока его караулить, ты успокоишься?
– Только пусть он бежит сразу ко мне!
– Договорились, - Танн развернулся, открыл дверь, тихонечко свистнул, призывая волка. Когда тот прибежал, закрыл дверь и повернул ключ... с той стороны.
– Танн, отопри немедленно!
– застучала в дверь я.
– Отдыхай! Не волнуйся, Слок прибежит первым к тебе, а потом сразу ко мне и я открою дверь.
– Так не честно, для того чтобы запирать принцесс есть родители, а не друзья!
Но мне никто не ответил. Что ж это такое! Я не принцесса, а ходячее недоразумение!
Я посмотрела на воду, та уже остыла и не вызывала такого воодушевления. Я сбросила платье и с головой ушла под воду в бадье. Вот утону, будете знать!
Этот день, наверно, никогда не закончится.
Я вылезла из воды, промокнула волосы, тело и, облачившись в ночную сорочку, залезла под одеяло.
Ничего плохого я не делала, тогда почему так паршиво себя чувствую. Ощущение, что я предала лучшего друга. Может и на самом деле предала? Отец с матерью не против брака с Бартоком, а в четыре руки 'за', если не состоится помолвка с Илдинаром, сыном правителя соседнего государства. Мне, кстати, Барток тоже нравится. А о его характере можно легенды слагать: нежный, мягкий, отзывчивый, чуткий, внимательный, не жадный и очень добрый. Чего тебе, дуре, ещё надо?!
Полежала ещё немного, вылезла и подошла к стене, разделявшей меня с Танном. Постучала, затем услышала звук открывающегося окна и пошла к своему.
– Чего тебе?
– спросил Танн, выглядывая из окна.
Без рубашки... Да... девчонки за ним стайками должны бегать.
– Открой дверь, - попросила я.
– Не открою. Сама спи и мне дай поспать!
– Почему ты не хочешь открыть мне дверь?
– Вырастешь - поймёшь.
– Я уже не маленькая!
– Тебе всего пятнадцать - ты ещё ребёнок.
– А тебе все тридцать? И мне скоро шестнадцать!
– Мне около.
– Почему около?
– Потому что, смотря как считать.
– Ты мне зубы не заговаривай, отвечай, почему дверь не откроешь? Я имею право знать!
– Смотри - сама напросилась. Не открою, что бы и ты не наделала ошибок.
– А может, я не ошибку совершать буду?
Танн зажмурился, мотнул головой, открыл глаза и ответил:
– Не ошибка и до утра подождёт, а ошибка к утру выветрится. Спокойной ночи, - и, не дав мне ничего ответить, закрыл окно.
Я поняла, что с этим упёртым бараном спорить бесполезно! Ну и иди... спать. Да и я тогда пойду тоже.
За мыслями, бродившими в моё голове, которая ногам покоя не даёт, незаметно уснула. Мне опять снился этот сон, после которого я и не выспалась, и не отдохнула.
Не успела я открыть глаза, как в двери повернулся ключ. Глянула в окно - рассвет только занимался. Никакого уважения к моему личному времени, даже поспать нормально не дают.
– Доброе утро, спящая красавица, - закрыл, дверь Танн, правда, уже не на ключ.
– Как спалось?
– Отвратительно!
– поморщилась я.
– Тебя не учили, что к неодетым принцессам заходить неприлично?
– Так одевайся. Но можешь и так походить, я не стесняюсь, - картинно изобразил сальную ухмылку Танн.
– Мне, конечно, стесняться нечего, все при мне и лишнего ничего нет, но всё-таки я предпочла бы это не демонстрировать.
– Вот я и узнаю, все ли на месте и не появилось ли ничего лишнего. А вообще я зашёл узнать как ты?
– Живая и сонная. Тебе-то что?
– Что живая, радует, а вот проснуться уже пора.
– Зачем, до завтрака ещё несколько часов, - я завернулась в одеяло. Вот как с утра можно быть таким непозволительно бодрым, да ещё и гладко выбритым?!
– А ты выгляни в окно, - ровным голосом сказал Танн, но мне почему-то стало совсем тревожно.
Я соскочила с кровати и побежала к окну, забыв, что сорочка на свет может и просвечивать. Вспомнила про это, когда повернулась к Танну, сказать, что там ничего интересного нет, и поймала на себе его изучающий взгляд.
– Танн, отвернись сейчас же!
– А ты была права!
– Я всегда права, отворачивайся!
– задрала носик я.
– Тебе не интересно в чём?
– В чём?
– послушно спросила я, не заметив подвоха, когда Танн отвернулся.
– В том, что все при тебе и ничего лишнего нет.
– Танн!!! Да как ты...!
– возмутилась я.
– Все, молчу-молчу, - он с улыбочкой перебил меня. Уже когда я накинула халат Танн встал и подошёл к окну.
– Так что ты там увидел?
– Видишь стражника?
– Да, и что? Стражник, как стражник, ничего особенного.
– Он всю ночь смотрел в твоё окно.
– И? Мало ли куда стражник смотрит, не каждый день принцесса приезжает в Даор.
– А теперь он смотрит на ворота и дорогу, идущую к ним, как будто кого-то ждёт.
– Может смену караула ждёт.
– А ещё посмотри на его латы, они не имперские, а хорошо сделанная копия.
– Я не вижу разницы, - до слез всматривалась в стражника.
– Женщина...
– картинно закатил глаза Танн.
– Тут даже сказать нечего. Ты же каждый день их видишь! Латы для стражи делают из другого метала, герб вышит позолоченной, а не золотой ниткой... Можешь поверить мне на слово?
– И чем грозит мне вера на слово?
– уточнила я, пытаясь разглядеть несоответствия.
– Быстрыми сборами и тихим выездом в путь. И чем раньше, тем лучше. Коней седлать будем сами.
– Ладно, через десять минут буду готова.
Я по-быстрому одела свои любимые штаны и тёмную блузу, а ещё накинула куртку, волосы, как всегда, когда собиралась в путь, заплела в косу. Залезла в шкаф и забрала свой вещевой мешок, подумала уложить туда два одеяла, но они слишком большие и толсты, так что в мешок влезло только одно. Ничего, второе купим по дороге. На пороге комнаты меня уже ждал Танн.