Эльфийское жертвоприношение
Шрифт:
– Надо зайти на кухню за едой, - озвучила я свою мысль.
– Некогда, если это те же люди, безопаснее будет поскорее смыться отсюда.
– Но здесь они нам ничего сделать не смогут!
– Очень хочется на это надеется, но вот на практике проверять не хочется.
– Здесь же стража!
– И здесь же кто-то, кто сообщил расположение твоей комнаты. Так что давай, не вредничай и бегом в конюшню!
– Я только сделаю одно дело по пути.
– Какое?
Я не ответила, но когда проходили мимо комнаты Бартока, я подсунула под дверь записку.
– Что там?
– кивнул Танн на записку.
– Ничего особенного.
Вышли мы через запасной выход, который стража не охраняет, да и до конюшни отсюда ближе. В конюшне ещё никого не было, конюхи спали, так как лошадей кормить было рано. Взяли амуницию и пошли седлаться. Думали минутное дело, но как всегда нас ожидал сюрприз: лошади были грязнее поросят и пришлось их сначала почистить. Но это была не единственная неожиданность. Оказывается, Танн не умеет не то что седлать лошадей, но и ездить. Да уж, весёлая выйдет поездочка! Так что мне самой пришлось седлать Велинку. С ней проблем не возникло, а вот с Камеликом... Как только он увидел оголовье, началось светопреставление! Ну никак не хотел он одевать уздечку, ни с яблоком, ни с уговорами.
– Ладно, не хочешь оголовье, я его убираю. Видишь? И беру седло, против седла ты ничего не имеешь? А то нам быстро надо уезжать из города, если конечно ты хочешь со мной, а не на колбасу, - уговаривала я коня.
– Дожили, с конём разговаривает!
– закатил глаза Танн.
– Возьми любую другую лошадь, думаю, Крелан против не будет.
– Не хочу другую, мне нравится этот. Очень нравится!
– погладила я коня по морде.
Камелик благодарно ткнулся мне носом в плечо и подставил бок.
– Ну что, согласен на седло?
– по-шустрому, пока он не передумал, одевая вальтрап, потник, а затем и седло, уточнила я.
Вывели лошадей и опять все не слава Богине, он даже не знает с какой стороны к кобыле подойти. Пришлось Танну провести краткий курс верховой езды. Надеюсь, по дороге он не сверзиться с Велинки.
Я, конечно, ездила без уздечки, но только на лошади, с которой не один год занималась, доведя до инфарктного состояния конюхов и родителей. Но что бы сесть в первый раз на лошадь и без уздечки - это подвиг даже для меня.
– Ну что, Камелик, готов быть моим товарищем или разойдёмся прям здесь?
– гладя коня по морде спросила я.
Отстегнула повод от оголовья и соединила концы, после чего одела эту конструкцию коню на шею. Так как конь в холке был ладони на две - две с половиной выше меня, залезть легко и непринуждённо не получилось, сначала пришлось опустить стремя. Все это время Танн наблюдал за мной со смесью изумления, страха и недоверия. Пусть и не надеется, я справлюсь.
Рысью выехали к ближайшим воротам, стражники на нас только сонно посмотрели, даже останавливать не стали. Камелик прекрасно слушался наложения повода на шею.
За воротами поехали по дороге. Свежие лошади чувствовали подъем сил и шли легко. Настроение у всех было замечательное. Ну, кроме Танна, который больше напоминал мешок с опилками, чем не то что гордого, но даже простого всадника. Через двадцать минут резвой рыси Танн взмолился о пощаде. Моё Высочество над ним сжалилось и мы перешли на шаг.
– Боюсь услышать 'не знаю' на вопрос о том, куда мы сейчас?
– поморщился Танн из-за отбитой с непривычки пятой точки и пытаясь устроится в седле поудобнее.
– А ты как думаешь?
– Не знаю...
– Вот и услышал то, чего боялся!
– Подловила, - улыбнулся горе всадник.
– Так всё-таки, куда?
– До ближайшего селения. Надо купить провизию и нам, и лошадям, а ещё для питомцев щетки нужны, да и тебе одежда пригодится.
– А раздетый я тебя не устрою?
– пошутил синеглазый, нагло подмигивая.
– Замёрзнешь же!
– Вот и будет повод меня согреть своим теплом!
– ещё шире улыбнулся этот нахал.
– А если не согрею?
– Замёрзну насмерть! И это будет на твоей совести, - картинно надул губы Танн.
– Тогда ладно, замерзай.
– Как ладно?! И тебе меня не жалко?!
Изумление на его лице было лучшей наградой для меня!
– Не волнуйся, не будет.
– Почему?
– Потому что совесть моя будет чиста.
– Как чиста? Моя смерть её запятнает!
– Совесть у меня будет чистой, так как я ею не пользуюсь.
– Оно и видно!
– надулся Танн.
Конь слушался меня отлично, так что проблем с ним не было. Да и не возникло бы и у Танна непонимание с кобылой, если бы он умел с лошадьми обращаться. Кобыла шла не туда, куда направлял её Танн и не тем аллюром, который ему был нужен. Насмеявшись от души, занялась его обучением - угробит же кобылу!
Вскоре мы въехали в посёлок Траки. Дружно решив, что худеть нам ни к чему, поехали искать таверну или другое едально-питьевое заведение. Петляли среди уныло-серых зданий, наконец, свернули и нашли его на перекрёстке центральных дорог.
– Танн, ты же не получил вознаграждение за моё спасение, которое я тебе обещала!
– 'Рано' ты вспомнила!
– А ты мне не напомнил! Тогда давай поступим так: из тех денег, что у меня с собой, я дам тебе сорок золотых рекнал, а остальное получишь во дворце по моей расписке. Согласен?
– (Ему же будет неудобно, если за него буду расплачиваться) и, не дожидаясь ответа, отсыпала его долю монет.
– Не возьму я деньги, которые тебе самой пригодятся в дороге!
– отшатнулся от денег Танн, как от прокажённых.
– Ладно. Можно тогда тебя попросить?
– О чём?
– осторожно спросил спутник.
– Можешь взять кошель на сохранение, у меня его проще отобрать, чем у тебя?
Танн задумался, потом кивнул и добавил:
– Но с условием!
– Каким?
– пришла моя очередь насторожиться мне.
– Я буду обучать владеть тебя мечом и драться без него? А когда ты сможешь постоять за себя заберёшь кошель назад.
– Хорошо, только не переусердствуй с обучением!
– с этими словами я отсыпала несколько монет в карман, остальные обратно в кошель и отдала Танну.
– Ничего обещать не могу, - с гаденькой ухмылочкой, не предвещавшей мне ничего хорошего, взял кошель Танн.
От моего взгляда он не испепелился, да и прохожие начали на нас оборачиваться, заставив войти в заведение, дабы не вызывать не нужного нам любопытства. Мальчишке у входа мой вымогатель кинули медяк и парень с готовность отвёл лошадей в конюшню, так что их тоже ждал плотный завтрак, но в отличие от нас их ещё и чистка ждала. Везунчики, вздохнула я про себя.