Элла. Заметки тёмной судьбы
Шрифт:
— Не очень-то и хотелось, – пробормотала я себе под нос, разворачиваясь к выходу, намереваясь покинуть это негостеприимное место для аристократов.
Но судьба, похоже, решила, что на сегодня унижений недостаточно. И секунду спустя, под ногами предательски заскользил ковер.
Ноги, словно обретя собственную волю, поехали по коварному покрытию, и я, потеряв равновесие, рухнула вперед, на глазах у изумлённой публики.
Мой взгляд уперся в пару высоких, идеально начищенных до ослепительного блеска сапог, возвышающихся над моей поверженной фигурой. Сверху донеслось тяжелое дыхание и грубый, приказной тон:
— С дороги, — прозвучал голос, не оставляющий места для возражений. Чувствовалось, что он принадлежит человеку, привыкшему к беспрекословному подчинению.
Подняв голову чуть выше, я увидела часть камзола, богато расшитого серебряной нитью. Замерев, я начала поднимать глаза еще выше, а сердце вдруг бешено заколотилось, словно предчувствуя неминуемую встречу.
Наконец, мой взгляд встретился… с ледяными, пронзительными глазами. Глубокие, серо-зелёные глаза смотрели на меня с плохо скрываемым презрением. Лицо незнакомца было аристократически-бледным с чётко очерченными губами и высоким лбом, обрамленным прядями иссиня-черных волос. Он был высок, статен и излучал какую-то нечеловеческую силу и властность.
Он окинул меня презрительным взглядом, не скрывая своего отвращения к моему потрёпанному виду. Казалось, сейчас он растопчет меня, как назойливого жука. В этот момент из-за его спины выдвинулся другой мужчина. Он был чуть ниже ростом, одет скромнее, но в его чертах тоже проглядывали аристократические корни.
Он протянул мне руку.
— Позвольте помочь, — произнес он тихим, обходительным голосом.
— Сама, — прохрипела я, поднимаясь на ноги.
К моему удивлению, мужчина не стал настаивать. Он лишь чуть отступил, наблюдая за моими мучениями с нескрываемым интересом. А вот первый… он по-прежнему сверлил меня презрительным взглядом.
Ощущая себя под микроскопом, я с трудом выпрямилась и попыталась отряхнуть пыль с колен. Получилось не очень, но другого выхода у меня не было. Нужно было уйти отсюда, как можно скорее.
— Прошу прощения за беспокойство, — процедила я сквозь зубы, стараясь смотреть прямо перед собой.
Резко развернувшись, я направилась к выходу, стараясь идти ровно и не споткнуться снова. За спиной я чувствовала их взгляды. Это жгло хуже любого огня. Я практически бежала к двери, мечтая оказаться на улице, вдали от этих высокомерных аристократов.
Я жадно вдохнула уличный воздух, пытаясь прогнать привкус унижения. За спиной остались надменные взгляды и презрительное молчание. Но бегство не принесло облегчения. Обида и злость клубились внутри, заставляя сжимать кулаки.
Взгляд упал на темную фигурку, присевшую у самой стены дома. Словно забыв обо всем на свете, существо ковырялось в земле, изучая какой-то жалкий сорняк, пробившийся сквозь камни мостовой. Его лазурные глаза выражали неподдельный интерес к этому невзрачному растению.
Я стянула рюкзак и залезла в самый дальний карман, где хранились мои последние монеты. Сердце неприятно кольнуло, когда я высыпала их на ладонь. Скудная горстка меди и пара серебряных монет. Хватит ли этого хотя бы на кусок хлеба и теплого напитка?
— Очень на это надеюсь..
— Куда идём? — спросило меня существо, оторвавшись от своего занятия.
— Ты куда собрался, туда и иди, — процедила я сквозь зубы. — Некогда мне с тобой возиться.
Я развернулась и пошла по улице, вглядываясь в вывески. Спустя время, мой взгляд привлекла небольшая таверна с заманчивым названием "Сытый странник". Само название звучало как обещание утешения и покоя.
Не раздумывая ни секунды, повинуясь исключительно инстинкту самосохранения, я дернула на себя скрипучую дверь и юркнула внутрь. Теплый, пропитанный ароматами жареного мяса, свежего хлеба и дымящегося эля воздух, мгновенно окутал меня, словно мягкое одеяло. Я закрыла глаза, на мгновение забыв обо всех невзгодах, и позволила себе насладиться этим коротким моментом блаженства. Холод, казалось, отступил, усталость немного утихла, а голод перестал быть таким нестерпимым.
Почувствовав на себе оценивающие взгляды, я немного смутилась, но постаралась не подавать виду. Подойдя к стойке, я откашлялась и тихо произнесла:
— Светлого дня! Не могли бы вы мне подсказать, что у вас есть перекусить за…ммм… скромную плату?
Трактирщик окинул меня долгим взглядом, скользнув по моей грязной одежде и усталому лицу. В его глазах мелькнуло что-то похожее на сочувствие, или может быть…просто интерес?
— За скромную плату, говоришь? — пробасил он, почесывая затылок. — Ну, есть у меня для тебя похлебка из бобов и вчерашний хлеб.
Я выложила монеты на стойку. Трактирщик внимательно их пересчитал.
— Присаживайся вон туда, у стены. Сейчас принесу.
Я поблагодарила трактирщика и, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания, направилась к указанному месту у стены. Не прошло и нескольких минут, как трактирщик уже вернулся с моим скромным заказом. Он поставил передо мной большую глиняную тарелку, наполненную густой, ароматной похлебкой, рядом положил щедрый кусок черного хлеба, с хрустящей корочкой, и дополнил все это дымящейся кружкой эля. Сердце на мгновение наполнилось благодарностью к этому добродушному человеку.
С тихим вздохом облегчения я принялась медленно есть, стараясь растянуть удовольствие от каждого глотка. Теплый, насыщенный бульон, приправленный душистыми травами, приятно согревал изнутри, разгоняя остатки холода и усталости.
Сытный обед почти подошел к концу, а с ним и минуты относительного покоя и безопасности, когда дверь таверны с грубым скрипом распахнулась, впустив внутрь двоих мужчин. Мое сердце пропустило удар, а по спине пробежал неприятный холодок, мгновенно разрушив уютную атмосферу.
Вошедшие были облачены в безупречную форму: прилегающие серебристые мундиры, сшитые из плотной, лоснящейся ткани. На плечах красовались жесткие накладки, отливающие холодным блеском металла. На груди у каждого стражника красовался серебряный перевязь, на котором висела тяжелая, окованная сталью рукоять меча. Сами мечи были спрятаны в искусно сделанных ножнах из черной кожи, украшенных серебряным тиснением. На руках, чуть выше локтей, виднелись массивные серебряные браслеты, несомненно, мощный элемент защиты. Такой же всегда носил с собой мой папа - бывший глава стражей Аэллума.
До меня донёсся тихий шёпот со столика неподалеку. Пара пожилых путников, сидевших бок о бок, переглянулась с опаской.
— В последнее время слишком уж много их стало вокруг… Ищут чтоль кого? — пробормотала женщина, поправляя шляпу на голове.
Ее спутник, крепкий мужчина с обветренным лицом, приглушенно ответил:
— Говорят, что-то случилось… Связано с мощной магической вспышкой рядом с Темным Лесом. Видать, нечисть какая прорвалась, или артефакт опасный нашли. Кто его знает…