Эллинские поэты
Шрифт:
Быстро полсотни протяжно мычащих коров криворогих
Аргуса зоркий убийца, сын Майи, отрезал от стада.
75Путаной он их дорогой погнал по песчанистой почве,
Перевернувши следы им: повадки он хитрые помнил.
Задом ведя их, копыта передние задними сделал,
Задние сделал передними, задом и сам подвигался.
Снявши сандалии с ног, на морской он песок их забросил
80И принялся измышлять несказанные, дивные вещи:
Миртоподобные ветви с ветвями смешав тамариска,
Эти охапки ветвей зеленеющих крепко связал он,
Их под подошвами в виде сандалий искусно приладил
Вместе с листвой и пошел, избегая проезжей дороги,
85Словно спеша напрямик, чтобы путь сократить себе дальний. 58
И увидал тут старик, в винограднике землю копавший,
Как чрез богатый травою Онхест на равнину спешил он.
Это заметивши, первым Гермес к старику обратился:
58
Ст. 82-86. Место очень испорчено. Вересаев дополнил его согласно одной из предложенных поправок.
90«Старец с согнутой спиною! Мотыжишь ты землю усердно.
Только бы вызрели лозы, — вина ты получишь немало!
**************
Если и видишь — не видь! Оглохни, если и слышишь!
Сделайся нем, раз тебе самому здесь не будет убытка!»
Столько сказавши, погнал он гурьбою коров крепколобых.
95Много в пути за собою Гермес многославный оставил
Гор густотенных, цветущих лугов и шумливых ущелий.
Но уже близкий конец надвигался помощнице черной
Ночи священной. Вставало к работе зовущее утро.
[Только что вышла с дозором на небо Селена — богиня,
Дочерь Палланта-царя, Мегамедова славного сына.] 59
101Сын многомощный Кронида к Алфею-реке в это время
Широколобых коров подогнал Аполлона-владыки.
Бодро приблизилось стадо к загону со сводом высоким
И к водопойным корытам, стоявшим пред лугом прелестным.
59
Ст. 99-100. Выпущенные стихи, считающиеся неподлинными:
Только что вышла с дозором на небо Селена — богиня, Дочерь Палланта-царя, Мегамедова славного сына.105Вволю протяжно мычащих коров накормивши травою,
Всех их гурьбою направил в пещеру Гермес многославный.
Шли они, клевер жуя и росою обрызганный кипер. 60
Сам же искусство огонь добывать он измысливать начал.
Ветку блестящую лавра ножом от коры он очистил,
110Чтоб по руке приходилась. И дым заклубился горячий.
[Так нам он дал и огонь и снаряд для его добыванья.] 61
60
Ст. 107. Кипер— другие названия этого растения — кипрей, или иван-чай.
61
Ст. 111. Выпущенный стих, считающийся неподлинным:
Так нам он дал и огонь и снаряд для его добыванья.Много поленьев набравши сухих, он обильно и тесно
Яму глубокую ими набил. Засветилося пламя
И далеко задышало горячим, пылающим жаром.
115Силой Гефеста огонь разгорался, а он в это время
Двух крепкорогих, протяжно мычащих коров из загона
Вывел наружу к огню: обладал он великою силой.
Дышащих тяжко коров повалил он спиною на землю,
* И, наклонив, опрокинул, и мозг им спинной перерезал.
120Дело свершалось за делом. Отрезавши мясо от жира,
Тщательно начал он жарить, на вертел надев деревянный,
Бедра и спины — почетный кусок — и наполненный черной
Кровью кишечник; а рядом на землю сложил остальное.
Шкуры ж убитых коров на кремнистом утесе развесил:
125И до сих пор еще те, долговечными ставшие, шкуры
Можно на той же скале увидать. 62 А потом, разложивши
Жирное мясо на камне широком и гладком, разрезал
Радостнодушный Гермес на двенадцать частей это мясо,
62
Ст. 125-126. И до сих пор еще те, долговечными ставшие шкуры можно на той же скале увидать…— Вероятно, в гимне отражен местный миф, стремившийся объяснить причудливую форму Килленских скал, которая на самом деле была результатом выветривания.
Жребий метнув. 63 И почет соответственный каждой воздал он;
130Очень хотелось Гермесу попробовать мяса от жертвы:
Хоть и бессмертен он был, раздражал его ноздри призывно
Запах приятный. Но дух его твердый ему не позволил
* Жертвенной шеи священной попробовать, как ни тянуло.
Часть приношенья сложил он в загоне со сводом высоким,
135Мясо обильное, сало; другую ж на воздух вознес он,
63
Ст. 127-129. …разрезал радостнодушный Гермес на двенадцать частей это мясо, жребий метнув…— Двенадцать частей, согласно числу главных Олимпийских богов. Чтобы не обидеть кого-либо из олимпийцев, Гермес распределил мясо между ними по жребию. «Курьез в том, что сам он тоже принадлежит к числу двенадцати. Его тянет поесть жареного мяса, как делают приносящие жертву; однако, как бог, он должен довольствоваться только запахом сжигаемой жертвы» (В. В.).
* Нового знак воровства. 64 И, сухих набросавши поленьев,
Ноги и головы все целиком сожжению предал.
После того как исполнил он все сообразно обряду,
В водовороты Алфея сын Майи сандалии бросил,
140Угли костра затушил и по воздуху пепел развеял
[Целую ночь напролет при свете прекрасной Селены]. 65
142Утром, едва рассвело, на священные главы Киллены
64
Ст. 135-136. Место непонятное. Многочисленные толкования и конъектуры дают очень мало (В. В.).
65
Ст. 141. Выпущенный стих, считающийся неподлинным:
Целую ночь напролет при свете прекрасной Селены.Снова вернулся Гермес. И на длинном пути никого он
Ни из бессмертных богов, ни из смертнорожденных не встретил.
145Даже собаки молчали. И Зевсов Гермес-благодавец,
Съежившись, в дом сквозь замочную скважину тихо пробрался,
Ветру осеннему или седому подобный туману.
[Прямо в богатый направился храм из тенистой пещеры,
Тихо ступая ногами; не топал, как делал снаружи.] 66
150Там в колыбельку поспешно улегся Гермес многославный.
66
Ст. 148-149. Выпущенные стихи, считающиеся неподлинными:
Прямо в богатый направился храм из тенистой пещеры, Тихо ступая ногами; не топал, как делал снаружи.Плечи окутав пеленкой, лежал он, как глупый младенец,
В руки простынку схватил и ею играл вкруг коленок.
Лиру же милую слева под мышкой прижал. Но не смог он
Скрыться от матери, — бог от богини. И молвила Майя:
155«Выдумщик хитрый! Откуда сюда, облеченный бесстыдством,
Ты возвращаешься ночью глухой? Погоди, мой голубчик!
Крепкими узами скрутит по ребрам тебя Дальновержец,
И под тяжелой рукой Летоида 67 пойдешь ты отсюда,
67
Ст. 158. Летоид— сын Лето — Аполлон.