Чтение онлайн

Она только успела снять полушубок, оставить его в раздевалке и сделать несколько шагов к столикам, как сразу же почувствовала знакомое волнение и начала искать глазами Семёна. Она быстро нашла его. Как только она увидела его на танцполе, она застыла, будто её заморозили. Её глаза прилипли к его рукам, которые лежали на талии чужой женщины. Эля стояла и не дышала, её словно парализовало, она затаила дыхание и перестала слышать звуки вокруг себя.

Ей очень хотелось рассмотреть эту женщину, но она боялась поднять на неё свой взгляд и запомнить её лицо. Было слишком темно, чтобы детально рассмотреть её. Зато Семёна было видно прекрасно, он улыбался, и его глаза светились. Эля почувствовала, как её резко затошнило, и начали подкашиваться ноги. Она села на ближайший свободный стул, продолжая рассматривать танец Семёна с другой женщиной. Наконец она сумела сделать глубокий вдох, её взгляд упал на стоящий рядом с ней бокал вина. Она схватила его, выпила залпом, встала, развернулась и вышла из ресторана.

Она выхватила из рук гардеробщицы свой полушубок, накинула его на плечи и выскочила из здания на улицу, даже не застёгиваясь. Она очень долго шла пешком в сторону дома, пока не заметила, что слух к ней вернулся, и она замёрзла. Эля услышала, что её телефон звонит, взглянув на экран и, увидев, что звонок от Семёна, она бросила телефон обратно в сумку, застегнула шубу и пошла ловить такси.

Она ехала домой сидя на заднем сиденье машины и даже не замечала, как по её щекам текут слёзы, и размазывается тушь. Она приехала домой, умылась, почистила зубы и легла спать на диван в гостиной.

Семён позвонил Эле пять раз, но она ни разу не ответила ему. Он взглянул на время, было только 22 часа, он начал нервничать, думая, что с ней могло что-то случиться, ведь она ехала в ресторан ночью совсем одна. Он начал винить себя за то, что позвал её, сел в такси и поехал домой.

Когда он приехал домой, он испугался ещё сильнее. Дома нигде не горел свет, и была полная тишина, а супружеская постель была застелена и пустовала. Семён начал метаться по комнате, думая, где её теперь искать, что ему делать, и куда звонить. Первым делом он ещё раз набрал номер телефона Эли, каково же было его удивление, когда звонок раздался из соседней комнаты. Он рванул в гостиную, включил свет и увидел, что Эля лежит на диване и щурит глаза от яркого света. Он стоял в полном недоумении и смотрел на неё, не моргая. Затем он склонился над ней и спросил:

– Эля... ты почему тут спишь? Почему ко мне не приехала? Зачем перелегла сюда? Тебе одной плохо в нашей постели? Пошли туда спать. Я уже вернулся.

Эля потёрла свои опухшие глаза, посмотрела на Семёна безразличным взглядом и язвительно произнесла:

– Пошёл вон, урод.

Отвернулась от него, накрылась и закрыла глаза.

Семён открыл рот и не знал что сказать, он продолжал смотреть на этот напряженный и завёрнутый комок, который дрожал так, будто в комнате была минусовая температура. Он проморгался, пытаясь прийти в себя и спросил:

– Эля... Что случилось? В чём дело? Я не понял. Что с тобой? Тебя кто-то обидел?

Эля была не в силах с ним разговаривать и ответила коротко:

– Ещё раз повторяю. Пошёл вон. У меня сегодня больше нет сил разговаривать с тобой. Поговорим завтра. Выключи свет и сгинь, держись подальше от меня.

Она повернулась к нему лицом, посмотрела ему в глаза и добавила:

– Пожалуйста, уйди, отойди от меня на расстояние.

Семён сел на диван развернул её лицом к себе и сказал:

– Я никуда не уйду, пока ты мне не объяснишь в чём, чёрт возьми, дело?

Эля нервно засмеялась и ответила:

– Ну, почему ты всегда так? Почему тебе обязательно нужно добить меня? Я ведь попросила такую простую вещь. Оставить меня в покое до завтра. Я весь день убиралась, я очень устала, у меня сейчас, правда, нет сил на твои притворства и игру в мужика, который строит из себя святого. Сам подумай, в чём дело... как ты вёл себя... что ты делал там... Сам себе ответь, ничтожество и если ты сейчас же не уберёшься из комнаты, из квартиры уйду я.

Семён абсолютно ничего не понял, схватился за голову, провёл руками по лицу и ответил:

– Хорошо. Я сейчас выйду из комнаты, дам тебе время, чтобы ты остыла и буду тебя ждать в нашей постели. Приходи, и спокойно поговорим, и ты мне всё объяснишь. Эля, я действительно не понимаю, что с тобой происходит. И имей ввиду, долго ждать я сейчас не способен.

Она лишь молча отвернулась к стенке. А Семён встал и направился к двери, задержавшись в дверях, он ещё раз окинул её взглядом, погасил свет и вышел из комнаты. Сразу же дыхание Эли сбилось, и она начала очень часто дышать – ей не хватало воздуха. Она вышла на балкон, открыла окно и отдышалась. Затем вернулась на диван, подоткнула под себя одеяло, зажмурилась, и пыталась успокоиться. В её голове потоком неслись мысли, и она никак не могла собрать их в кучу.

Через несколько минут в комнату вошёл Семён, не включая свет, он взял Элю на руки вместе с одеялом и понёс в спальню со словами:

– Твоё время вышло.

А она от неожиданности вцепилась рукой в его шею. Он посадил её на кровать, сел напротив и скомандовал:

– Рассказывай. Я устал ждать.

Эля устало вздохнула и, глядя ему в глаза, ответила:

– Господи, вот за что мне всё это? Почему я должна это произносить вслух? Я всё видела, Семён. И в этот раз это была не Алёна, не двоюродная сестра, ты танцевал совсем с другой бабой. А я стояла, смотрела, приехала как идиотка в этот проклятый ресторан, думала я действительно тебе там нужна. Зачем ты позвал меня? Я этого так и не поняла. Чтобы я своими глазами лицезрела твои развлечения? Чего ты добивался этим, объясни мне? Обычно люди такое скрывают.

– Так... Стоп. Ресторан... Танцевал с другой бабой... Угу, всё ясно. Ты приезжала в ресторан? Я, кстати, почувствовал твоё присутствие и удивился, что не нашёл тебя.

– Приезжала, как всегда бегу за тобой. Ничего нового, правда?

– И ты видела, как я танцую медленный танец?

– Видела, как ты схватил другую бабу и держал её в своих руках. И от этого факта тебе не отвертеться никак. Понравилось?

– Дурдом... Эля, помнишь, я просил тебя, если у тебя что-то случилось сразу говорить мне? Ты почему сбежала, и не подошла ко мне? Это вообще был не танец, а конкурс. Татьяна Петровна, с которой я танцевал, это вообще не женщина, это сатана, наш главбух. Она меня на десять лет старше... О чём ты вообще подумала, глупая? Как всегда себе накрутила чёрте что.

– Эта самая сатана сорокалетняя, вцепилась в тебя мёртвой хваткой, прижалась к тебе, а ты к ней. И стоял, улыбался, весь такой довольный, полны штаны счастья...

Тут уже нервно засмеялся Семён. А Эля вскочила с кровати и закричала:

– А тебе ещё и ржачно. Весело тебе, да? Где только клепают таких уродов как ты...

Она встала, чтобы уйти, он тут же схватил её за руку, остановил и ответил:

– Эля, это был конкурс, мы прижимались, потому что танцевали на маленьком клочке бумаги, и нельзя было заходить за её край, и, между прочим, мы выиграли, поэтому я был такой довольный.

Семён замолчал и смотрел ей в глаза, пытаясь прочитать её мысли, а она смотрела на него с отвращением и, выдернув свою руку из его хватки, ответила:

– Ты же у нас вундеркинд, а отмазки какие-то идиотские придумываешь. Это всё? Можно мне уже пойти, и спокойно лечь спать на диван или ты ещё мне нервы потрепишь сегодня?

– Эль, я понимаю, если бы я оказался на твоём месте, я бы, наверное, тоже с ума бы сошёл, но я бы не сбежал, я бы сразу всё выяснил... Ты мне не веришь, это логично. Я тебе сейчас покажу видео на телефоне, спасибо коллегам, что засняли и прислали, ты сама убедишься, это правда была шутка.