Чтение онлайн

Я впустила его в свою квартиру и постель, но это ещё не значит, что обязана впустить в душу.

– Да, - отвечаю негромко, глядя в потолок. Короткое слово, всего две буквы - это лишь верхушка айсберга, а под ним огромная гора льда и отчуждения, боли и ненависти. "Да" - это не трахнул незнакомку в баре по пьяни. Моё "да" - это несколько месяцев, когда он дёргался неприязненно от каждого прикосновения и поцелуя. "Да" - это многие десятки раз повторённое "не трогай меня" и "я устал". Гладкая поверхность мнимого благополучия разрезается ночным звонком, а на том конце звуки, которые не хочешь слышать, которых не должно быть. Но на поверхности остаются лишь две буквы, остальное в тёмной воде. Туда, под воду, я не пущу никого. Нечего там смотреть, айсберг почти растаял. Где-то внутри этой горы была заморожена моя любовь к мужу, но она растворилась вместе с синими льдами боли. Остались лишь привычка и равнодушный комфорт. "Да" - весьма прозаическая и частая причина женских измен, но не в моем случае. Четыре последующих холодных года - вот истинный фактор.

Всё это Хейдену ни к чему.

– Ты - не лёд, ты - пламя, Ли, - я вздрагиваю от его слов. Как он догадался? Эверетт нависает надо мной, облокотившись на локоть. Выдыхает в сторону терпкий дым и целует горькими губами.
– Давай тебе на правое предплечье "императрицу" набьём? Карту из таро?

– Только если ты себе сделаешь "дурака", - я не помню значения "императрицы", не настолько вникала в тему, но вот нулевая карта подходит Хейдену идеально.

– Ты умеешь говорить комплименты, огонёк, - он смеётся, сминает окурок и бросает на пол. Очерчивает указательным пальцем ореолу соска, затем приникает ртом.
– Я готов совершить прыжок веры, Ли, - видит скептическое выражение моего лица и добавляет.
– Даже если ты этого не хочешь. Прыжок делают для себя.

ХЕЙДЕН

Егор Крид - Я у твоих ног

– Я боюсь представить, ты сейчас Кьеркегора* имеешь в виду или эту сумасшедшую игру**.

Не могу не рассмеяться после этих слов. Моя конфетка поражает разнообразием информации, хранящейся в её голове. И при этом всём выглядит как девушка с обложки.

– Что смешного, Эверетт?
– даже хмурится красиво.

– Всего лишь метафора, Ли. Но твоё самомнение просто на божественном уровне, если хочешь, я могу стать твоим рыцарем веры, мне не сложно.

Она улыбается, прикрыв глаза, задумывается о чем-то своём, оставляя мою фразу без комментария. Притягиваю к себе под бок, не желая уходить из этой кровати, надеясь, что не прогонит. Уже не жду ответа, играя с яркими алыми прядями волос, когда слова срываются с её губ:

– Рыцари бесконечности суть танцоры, и у них есть полёт.* Это не продлится долго, Хейден, лететь нельзя бесконечно.

– Я возьму всё, что ты можешь мне предложить, будь то одна ночь или вечность, - мне и самому страшно произносить это. Вечность - звучит как клятва, я не привык разбрасываться такими словами.
– Все влюблённые клянутся исполнить больше, чем могут, и не исполняют даже возможного.*** - говорю с усмешкой, вспомнив весьма мудрую мысль. Чем я могу убедить её? Смит наверняка всё давно сказал за меня, а потом втоптал веру в любые обещания в грязь.

– Не загадывай, - вырывает меня из-за раздумий сонный голос Ли.
– Давай спать, Хейден, всё будет так, как будет.

Ей не нужны мои обеты и, скорее всего, не особо нужен я. Ли определённо не намерена разрывать свои отношения с мужем. Мне остаётся лишь принять её фатализм. До поры до времени. Потому что волюнтаризм мне куда ближе. Потому что я привык выгрызать у судьбы то, чего хочу.

Нас будит телефонный звонок всего несколько часов спустя, моя немного помятая после бурной ночи красота матерится себе под нос и смотрит умоляюще. Проще говоря, велит свалить. Качаю отрицательно головой - никуда я не собираюсь, я спать хочу.

– Я не влезу в вашу беседу, Ли. Полежу здесь тихонько как мышка, просто камеру в эту сторону не поворачивай.

Она выдыхает раздражённо, наспех натягивает майку и принимает звонок. И как бы сильно я не хотел спать, теперь не могу не слушать. Пацаны что-то рассказывают наперебой. Сыновья Ли пока никак не вписываются в мою картину мира, и я не знаю, как быть с этими двумя неотменимыми, в отличие от мужа, фактами её биографии. Она сидит, облокотившись на изголовье кровати, и улыбается их рассказам.

– Как презентация?
– вступает в беседу Смит, его голос разгоняет кровь по венам злостью, и я вцепляюсь в подушку, чтобы хоть как-то унять агрессию, сжимаю зубы. Курить хочется со страшной силой.

– Всё прошло удачно, Тим. Мы там почти всю ночь были, я жутко хочу спать, - пытается отмазаться от разговора Ли.

– Так устала, что даже макияж не смыла?
– давит на жену долбаный юрист. Неужели так сложно просто отъебаться?

Ли разглядывает себя в экране телефона, потом смеётся:

– Если ты намекаешь на любовника, Тим, то включи логику. Любовник не муж, ему в таком виде не показываются.

Интересная теория, к какому же разряду тогда отнесли меня? Привлекаю её внимание, скользнув рукой по обнажённому бедру, но Ли и глазом не ведёт.

– Давай, я посплю ещё пару часиков, приведу себя в порядок и перезвоню вам, - командует конфетка. Дождавшись согласия, сбрасывает звонок и тут же хлопает меня по руке:

– Что ты творишь, Эверетт?!
– размазавшаяся под глазами тушь действительно делает её забавной. Не страшно, Ли

– Всего лишь хотел узнать, я настолько плохой любовник, что мне можно показаться в таком виде?
– начинать утро со смеха и поцелуев гораздо приятнее, чем со звонков всяких рогатых личностей.

– Ты мой верный рыцарь, Хейден, или уже забыл? Рыцари народ смелый, ты переживешь.

– Точно, - смеюсь на это заявление.
– Рыцарь и дурак.

А хотелось быть императором, но пока не я выбираю.

* С.Кьеркегор - Страх и трепет

** Assassin's creed

*** У. Шекспир - Троил и Крессида

ЭМ

Мари Краймбрери - Мне так повезло

На этот раз очень удачно у меня целых три выходных подряд - суббота, воскресенье и понедельник. Я еду в Дабфорд на дневной электричке, пытаюсь дремать по пути. Хейден довёз меня до вокзала и на прощание просил вернуться в понедельник вечером - на следующий день съёмки с самого утра. Знает, что не разрешу себя поцеловать, не на виду у разношёрстной толпы, где вполне могут оказаться нежелательные и глазастые знакомые, поэтому целует руку. Просто жест вежливости, принятый в высшем свете, но кожа на ладони хранит тепло его губ до сих пор. Мы знакомы совсем недолго, и я не знаю совершенно ничего о его прошлом, но такое ощущение, что знаю его самого всю жизнь. Я чувствую себя феей Плам: слишком уж происходящее напоминает наводнение из желе*, в котором сладко тонуть, не задумываясь о завтрашней боли. У меня три часа, чтобы настроиться на свою привычную жизнь, и я стараюсь думать о Тиме и детях, хоть это и откровенно плохо получается. На одной из станций в вагон заходит девушка, окинув холодным взглядом вагон, садится ко мне, несмотря на то, что свободных мест предостаточно, и она может расположиться с комфортом одна.

– Добрый день, - здоровается с поистине королевским высокомерием.
– Я Нора Ламберт, ты, наверное, не помнишь меня, Эмили. Я думала, ты теперь всегда выглядишь так, как в своем профиле, - меня все же одаривают полным превосходства взором. Сейчас из нас двоих она - королева в прекрасно сидящем деловом костюме, я - простушка в джинсах и майке.

– Почему же, помню. Вы работаете вместе с Тимом, - вживую мы пересекались только один раз, на корпоративе, но имя её мне известно прекрасно. Интересно, Тима тянуло к ней так же, как меня теперь тянет к Хейдену? Я не знаю, почему они расстались тогда, но уверена, что сейчас между моим мужем и этой холёной блондинкой ничего нет. В её глазах немой вопрос, Нора не понимает, почему Тим выбрал в итоге меня. Я понимаю. Не меня - ребёнка, на тот момент только одного. Он выбрал ответственность точно так же, как предстоит в скором времени выбрать мне. Что я могу сказать этой женщине? Может нам стоит обсудить, насколько хорош Тим в постели? Сравнить ощущения? Я думала, что стала холодной и бесчувственной, но сейчас мысли мои наполнены кипящим ядом. Мне не больно, нет, просто... неприятно. Четыре года назад, как и миллионы женщин до меня, я гадала, что произошло. Хотелось верить, что это происки разлучницы, совратившей моего мужа с пути истинного. Говорят же: сучка не захочет, кобель не вскочит. Искала ему оправдания. Глупо. В игре всегда двое.