Чтение онлайн

Одним пока ещё солнечным утром нас будит звонок. Обычно Тим не беспокоит меня так рано, я хватаю трубку, кутаясь в одеяло, переживаю, вдруг что-то с сыновьями?

– Привет. Что случилось?
– спрашиваю взволнованно. И тут же успокаиваюсь, потому что муж выглядит спокойным и собранным. Просто хотел узнать, во сколько приеду сегодня.
– Ты меня до инфаркта доведёшь, Тим! Я думала что-то с детьми.

Я прикусываю щёку до боли, чтобы не выдать удивлённый вздох, наконец заметив перемещения Хейдена. Он ныряет под тонкое одеяло, проводит языком по внутренней стороне бедра и тут же прикусывает нежную кожу. Чёрт! Что он творит? Сейчас Тим всё поймёт по моему лицу!

– Ты в порядке, Эм?
– хмурится муж. А я ни капли не в порядке, потому что губы Хейдена вытворяют какие-то сумасшедшие вещи.

– Прости, Тим, живот прихватило, я в туалет, - очень надеюсь, что это выглядело хоть сколько-то правдоподобно. Убедившись, что отключилась, откидываю одеяло и отдираю от себя за волосы наглеца.
– Ты что творишь, Эверетт?!

Его лицо между моих ног выглядит соблазнительно и при этом он определённо в бешенстве.

– Просто хотел напомнить, что я всё ещё здесь, - бросает с неожиданной злостью.

Между нами повисает тяжёлая тишина.

– Уходи, Хейден. Мне надо позвонить мужу, - Эверетт дёргается как от пощёчины. Но вместо того, чтобы свалить из моей кровати, тянет меня за ноги, укладывая на спину, нависает сверху.

– Я не уйду, Ли. Не надейся, - придавливает тяжёлым телом к сбитым простыням.
– Давай уже вылечим тебя. Живот, говоришь, прихватило?

Он входит резко, двигается быстро. Не целует, не гладит, как обычно, смотрит внимательно в глаза, дышит тяжело. Не выдержав этого пристального взора, опускаю веки, провожу пальцами по перекатывающимся мышцам сильных рук. Как же хорошо! Даже когда вот так грубо. И всё равно я не скажу ему слов, которые он хочет услышать. Словно прочитав мои мысли, Хейден замирает на мгновение, потом опускается к губам и целует жадно. Мы кончаем почти одновременно, по телу разбегаются сладкие спазмы и думать не хочется ни о чём.

– Ты сколько угодно можешь верить в зелёных человечков и в то, что это "просто секс", огонёк, - я всё ещё не решаюсь открыть глаза, и он целует сомкнутые веки.
– Я люблю тебя, Ли.

Эверетт ждёт моего ответа какое-то время, не дождавшись, коротко матерится, целует снова, а потом уходит в ванную. А мне надо закрыть в самый дальний уголок сознания рвущееся наружу ответное признание, привести себя в порядок и позвонить мужу.

ХЕЙДЕН

Sirotkin - Выше домов

Метеорологи предсказывают нехилое похолодание со следующей недели, сегодня последний шанс снять то, что я задумал. Пентхаус с бассейном на огромной террасе ждёт нас с Ли. Я и сам её жду с нетерпением - три дня она провела в Дабфорде. По странному совпадению три дня все косячили и отхватывали от меня. Даже всегда исполнительная Сэм. Просто зверею, когда Ли уезжает к мужу. Понимаю, что это ненормально, но ничего не могу с собой поделать - стоит ей выйти из моей машины у вокзала, я как будто теряю её навсегда. Внутри зреет уверенность - она не разведётся, планирует просто сбежать. Но впереди три месяца, чтобы убедить её в истинности того, что есть между нами.

Вылавливаю конфетку взглядом ещё в массивных дверях старинного здания вокзала. Раздражённая. С мужем поругалась, или по пути что-то случилось? Привычно выхожу из салона, чтобы открыть ей дверь машины.

– Интересная у тебя работа, Эмили, - с насмешкой говорит незнакомая блондинка, идущая следом за ней. Огонёк поворачивается куда резче, чем я рассчитывал, и приходится удержать её за талию, чтобы не задеть дверью. Смотрит на крашеную стерву с вызовом:

– Что ты имеешь в виду?

Вместо о ответа та окидывает меня оценивающим взглядом, фокусируется на руке, все ещё обнимающей Ли. Намёк предельно ясен. Джордан на это только фыркает.

– Интересная, да, - соглашается, прищурив глаза.
– Это мой агент, Нора.

Блондинка напрашивается на поездку и даже предлагает вместе пообедать. То, что огонёк соглашается, неожиданно, навязчивая попутчица ей явно не нравится. Мы отправляемся в ресторан неподалёку - хотелось бы поскорее избавиться от общества непонятной особы, которая якобы не замечает напряжённой атмосферы. Во время обеда она говорит довольно много, а Ли в основном отмалчивается.

– Так ты действительно просто агент?
– спрашивает в лоб, как оказалось, коллега Тимати Смита. Я не привык давиться своей язвительностью, и уж точно не собираюсь делать этого перед незнакомой женщиной.

– Нет, - отвечаю правду, но смещаю акценты.
– Я лучший агент в Аране, который работает только с самыми талантливыми.

– И самый скромный, - добавляет тихо Ли, смеша меня своей мимикой.
– Кстати, Хейден, можешь поблагодарить Нору за наше знакомство. Благодаря мисс Ламберт четыре года назад я сменила стиль живописи.

До нас с блондинкой почти одновременно доходит, что подразумевает Ли. Я недоумеваю: как Смит мог променять живой огонь на эту скучную суку. Та в свою очередь удивлена заявлением Эмили, но делает вид, что не понимает.

– Брось, Нора. Я, правда, благодарна тебе за урок. Ну и за тот миллион, что теперь есть у меня на счету, - лицо мисс Ламберт становится ещё кислее.
– Пойдём, Хейден, - Ли не желает больше общаться с бывшей любовницей мужа, она сказала всё, что хотела.

– Если бы я не потеряла ребёнка, Тим выбрал бы меня, - летит нам в спину.

– Мне очень жаль, что ты его потеряла, - конфетка замирает на секунду, но отвечает, не оборачиваясь.

Мы покидаем заведение, и уже в машине она устало откидывается на спинку своего сиденья, закрыв глаза. Он предал мою девочку, а расхлёбывать и доказывать, что я не тот самый олень, который способен променять её на первую встречную красотку, готовую раздвинуть ноги, теперь мне. Да ещё и с моей репутацией.

– Не загоняйся, ничего страшного не произошло, - Ли прекращает свою краткую медитацию, смотрит на меня спокойно.
– Просто не ожидала, что у них настолько всё серьёзно было.

– Знаешь, огонёк, Смит - очень скучная фамилия, слишком распространенная. Норе она пошла бы куда больше. С тобой не ассоциируется совершенно.

В её нервном молчании явно прослеживается отказ от дальнейшего обсуждения, и я не давлю.

Уже на зелёной террасе, выбранной мной за сногсшибательный вид на город, Ли повисает у меня на шее:

– Мы будем снимать или займёмся чем-то более захватывающим?

– Для начала съёмки, пока светло, - но поцеловать я вполне могу уже сейчас, что и делаю с удовольствием. Поцелуй горчит - с каждым днём всё труднее не думать о том, как она проводит свои выходные с мужем. Почему не со мной?

Покончив с делами, пьём шампанское, подгоняя закат, пылающий над городом. Хочется темноты, которая спрячет нас от окружающих. В темноте откровенность даётся легче.

– Ты ведь не любишь его, огонёк. Зачем мучить себя?
– Ли рвётся прочь из моих рук, но я твёрдо настроен завершить этот разговор. Молчит упрямо.
– Мои родители развелись, когда мне было пять. И для меня это был праздник. Прекратились ссоры, скандалы. Потом у мамы появился Шон, отец Макса, он оказался нормальным. Дети чувствуют, когда в семье всё идёт наперекосяк, Ли. Гораздо лучше, когда родители живут отдельно, и всё спокойно, чем вечное напряжение и страх.