Чтение онлайн

Вот только в сигнатурах тех, кто его слушает, особенно у владельцев крупных отрядов, всё-таки больше скепсиса и цинизма. Они слушают парня, но ощущения — от скептической усмешки до лёгкого одобрения, но всё равно с общим мнением: «Парень, ты не понимаешь, как это всё работает».

И так собственно по кругу начинается представление отрядов. Видимо, основной идеей как раз является выработка какой-то общей идеи всеми отрядами.

За что они борются, что хотят получить — вот ради этого, собственно, этот сход, похоже, и был затеян. Народ даже рассаживается именно так — от более молодых представителей отрядов к наиболее представительным, почти пожилым уже, но всё ещё крепким дядькам. Места, очевидно, меняются по мере силы отряда — то есть какие-то ещё внутренние критерии. Но поскольку я в партизанское движение никак не вхожу, мне эти критерии никто озвучивать даже и не собирался.

Маги стараются ничего не делать, но при этом очень осторожно осматривают друг друга. Видимо, всё-таки основная задача этих магов состоит именно в проклятиях или в каких-то тонких воздействиях, как мне кажется. Иначе бы маги так друг за другом не следили.

Хотя кто знает? Есть у меня лёгкое ощущение того, что я узнаю об их магии несколько ближе, чем мне бы хотелось. Потому что, как бы сильно ни радовались люди на площади, всё равно чувствую в поле сильное напряжение. Словно бы уже кто-то натянул тетиву, и даже не одну. И только и ждёт, когда можно отпустить руку. Поле словно дрожит.

Воеводы выступают, и особенно удачные выступления слушатели на площади чаще всего встречают криками и овациями, а неудачные — общим гулом.

Вот как раз наш знакомец Йован — один из трёх воевод, с которыми я разговаривал, последний, который откровенно не хотел участвовать в договорах с российским императором, умудряется разделить площадь на две почти равные части. Одна радуется его словам, встречает их одобрительными криками, а другая, наоборот, их не приемлет и громко гудит. Удивительный талант, конечно, у человека.

Два других моих знакомца — Стефан и Милош, с которыми я тоже успел поговорить, все же выступают за союз с Российской империей. Разве что Стефан — за осторожный.

На площади много людей, которые вроде бы даже соглашаются. Но большей частью всё-таки народ высказывает идею: да, вроде бы неплохо, но давайте мы всё-таки постоим, посмотрим, а потом — кто будет послабее, по тому и ударим. Такая политика, прямо скажем, мне не нравится.

Первый круг разговоров завершается довольно быстро. Не так много народу хотело выступить, но десять руководителей отрядов — минуты по три на человека все же занимают. Собственно, именно сейчас звучат первоначальные позиции.

Крепкий старикан объявляет перерыв, и все, несмотря на то, что остаются на местах, занимаются общими переговорами, чтобы все заинтересованные люди, очевидно, получают представление о позиции каждого из руководителей отрядов.

Но я смотрю на этот процесс вглубь, на сигнатуры. В отличие от всех собравшихся на площади, сигнатуры Йована и его, того самого неприятного мага, не просто находятся в переговорах. Они вдвоём еще чего-то ожидают, причём активно ожидают.

Маг ещё и амулеты перебирает, причём на секунду я вижу тёмную тень за плечами этого мага, которая то появляется, то пропадает. Если бы я был в своём мире, я был бы уверен, что этот товарищ одержим и очень-очень опасен. Но, возможно, здесь я чего-то не понимаю, потому что и тени здесь другие, и, похоже, принцип диалога с пси-полем тоже у местных другой. Так что, может быть, это вариант шаманизма? То есть эта тень что-нибудь типа призванного духа, с которым заключён контракт, или ещё что-то такое. Тем более что за эту идею говорит тот факт, что маг не бросается ни на кого, не старается убить как можно больше людей, совершенно неагрессивен, и кроме злобных взглядов, ему по большому счёту инкриминировать и нечего.

Спокойно сижу и смотрю.

— Кого будем поддерживать, Максим? — обращается ко мне Кощей.

— Понятия не имею, — говорю. — Я бы, конечно, за Милоша, который больше за союз с Российской империей. Но видите, что происходит? — киваю на площадь. — Его не так много народа поддерживает.

Как раз сейчас Милош излагает плюсы союза с Российской империей. Вот только окружающие бойцы на площади не особенно поддерживают идею. Не то чтобы относятся отрицательно. Но и не радуются ей.

— Да, это понятно. Они всегда такими были и всегда будут себе на уме.Это очевидно, но какая цель? — соглашается Кощей.

— Цель — нужно, чтобы выступили все отряды, одновременно атаковали, может отбили пару городков. Собственно, мы за этим сюда и приехали, — спокойно рассуждаю на эту тему. — Просто потому, что, видите, народ не всегда готов вообще с турками воевать. Похоже, у них верх войны — это какой-нибудь склад подломить, или мост подорвать. Да и все.

Хорошо, что рядом с нами не сидит никого из жителей Балкан.

Да и, похоже, самые отмороженные бойцы — это вот как раз у этого товарища. Они-то точно выступят тогда, когда будет удобно, просто за обещание помочь. А вот с остальными, эта идея не очень работает, — покачиваю головой.

— Да, всё так. Но все равно, не вешай нос, скорее всего, у нас всё получится, — потирает руки Коштев. — Чую я, что будет что-то интересное.

Смотрю на дядю Вилли и понимаю, что его сигнатура словно резонирует с пси-полем в этот момент. Похоже, он тоже чувствует нервозность. Только для него это скорее как приглашение на интересное времяпрепровождение, а вовсе не предчувствие опасности.

— Виталий, — зову мага.

— Да, Максим?

— Будьте готовы поставить хотя бы тонкие стены, но мгновенно. Нужны техники защиты — пусть не очень хорошей, но мгновенной. У вас есть что-нибудь?

— Да, конечно, могу как раз стены и поставить. Что-то вроде гуляй-города получится. То есть они не сильно прочные, но…

— Какой диаметр? — уточняю.

— Человек на тридцать-сорок хватит вместиться, причём, довольно свободно.

— Хорошо, держите стены в уме. У меня есть подозрение, что нам они пригодятся. Сколько это шагов в поперечнике?

— Около двадцати, никогда не замерял… — спокойно говорит Виталий.

— То есть чуть меньше двадцати метров. Правильно? — маг кивает. — Идеально, — говорю. — Если что-то случится, постарайтесь их ставить так, чтобы отделить наших бойцов и иметь возможность пускать тех, кто нам нужен. Алекс, — обращаюсь к магу воздуха. — Держите наготове что-нибудь площадное. Нам вряд ли удастся масштабное нелетальное. Если есть что-нибудь со звуками, было бы вообще идеально.

— Почему? — тут же отзывается маг.

— Потому что у этих товарищей, — киваю на магов на площади, — магия, кажется, сильно завязана на звуке их волшебных дудок, что ли, — пожимаю плечами. — Я не очень разбираю, что у них в руках.

А ведь у всех магов в руках находятся инструменты. У кого-то дудка, у кого-то свирель, у кого-то просто палка, но все обожжённые и все из разных пород дерева. Я не могу вычленить ничего общего, кроме закопчённой части инструмента. Я не уверен, что у всех она связана со звуком, но у двоих, которых мы видели, было именно так.

— Понял, что-нибудь такое придумаю. Сфера тишины подойдёт?

— Это что?

— Это временное заклятие, которое создаёт собственно сферу тишины. — говорит маг.

— Не уверен, что это можно использовать в бою, — удивляюсь.

— Нет, в бою редко, это скорее можно использовать в разведке. Звук рядом с нами будет гаситься. Сфера небольшая, но я могу её расширить.

— Насколько?

— Тоже метров на двадцать спокойно, чтобы отряд накрыть. Не вижу сложностей.

— Хорошо, держи наготове, — пожимаю плечами. — Если что-то есть ещё подобного типа, готовь тоже.