Чтение онлайн

— Почему мы с тобой не дружим? — спросила она Бьянку.

Та подошла, села на край бассейна, и вода начала стекать с ее обнаженного тела.

— Потому что мы похожи, — ответила она.

Ее лицо смягчилось. Она встала, чтобы пересесть в шезлонг, и Жад и в самом деле узнала себя в ней. У них было почти одинаковое тело, почти такая же кожа, и вызывающий вид был схож. Но Жад понимала, что Бьянка была более сильной, чувственной, неистовой…

Жад хотела, чтобы Бьянка любила ее и чтобы они обе достигли безмятежности, не ослабляя своих страстей. Их соперничество делало их какими-то заурядными. Желание же и любовь к одному и тому же мужчине, напротив, должны были превозносить и возвеличивать их.

— Хочешь, я нанесу на тебя масло? — спросила Жад, решив сделать первый шаг.

Бьянка кивнула в знак согласия и легла на спину. Жад взяла бутылку Ольги и налила масло себе в ладонь. Она начала нежно массировать тонкие лодыжки Бьянки, ее стройные икры и крепкие бедра.

Когда Жад дошла до ягодиц, ее руки стали более смелыми. Они мягко проходили вдоль возвышенностей тела, затем нескромно поднимались к животу и гладили лобок. Бьянка немного изогнулась, чтобы принять ласки, но пальцы Жад отпрянули и двинулись вокруг бедер костариканки. Размашистыми круговыми движениями она приблизилась к промежутку между ног и вдруг скользнула к вульве.

В то время как Бьянка стонала и извивалась, демонстрируя удовольствие, Жад медленно смазала маслом ее вульву как снаружи, так и внутри, мимоходом дразня возбужденный клитор. Желание Бьянки пробудило и ее желание. Нежная влага запульсировала внизу живота Жад, требуя внимания любовника.

— Позови Ролана, — попросила она Ольгу, не оглядываясь.

Перуанка засмеялась, потому что Жад так увлеклась, что не заметила, что Ролан уже подошел. Теперь же, уже несколько минут сидя между Ольгой и Берит, он гладил их и молча наблюдал за происходящим.

Жад посмотрела на его внимательное лицо и смутилась. Одной рукой он гладил золотистый пучок волос на лобке Берит, а другой поддерживал тяжелую грудь Ольги с темным и выпуклым соском. Жад была рада, что он таким образом передает ее подругам удовольствие, которым она одаривала Бьянку.

— Ты мной доволен? — спросила она.

— Вы обе прекрасны. Вы созданы для того, чтобы заниматься любовью вместе, и меня очень возбуждает возможность наблюдать за вами. Не правда ли, Ольга?

Ольга расстегнула ширинку Ролана и ввела туда свою опытную руку.

— Ни малейшего сомнения, — заверила Ольга. Берит согласно кивнула.

Девушка раскрыла руками губы влагалища и выставила его на всеобщее обозрение. Жад почувствовала страстный порыв, ей не терпелось обладать Бьянкой. Она легла на девушку и потерлась об нее своим блестящим от масла телом. Бьянка повернулась, и их груди оказались друг против друга, сосок к соску. Их бедра переплелись, их вульвы соприкоснулись. Жад провела рукой между их лобками, таким образом одновременно их погладив.

— Посмотри, как мы любим друг друга, — обратилась она к Ролану. — Твой взгляд объединяет нас. Ты — вершина треугольника, в котором мы — основания. Для тебя я сделаю так, что мы обе кончим в один момент.

Бьянка скользнула вдоль тела Жад, поцеловала и чуть прикусила ее грудь, коснулась ее живота и заставила вибрировать возбужденный клитор. Две женщины покатились по полу и оказались в положении валетом. Лицо одной нежно проникло между ног другой. Языки раздвинули губы и погрузились в пещеры влагалищ, потом занялись клиторами, которые были уже возбуждены до предела.

Лаская друг друга, женщины представляли, будто сосут себя сами. Бьянка первой ощутила чудесный спазм, а Жад тут же последовала за ней. Через несколько секунд после оргазма их тела все еще оставались переплетенными, голова одной прижималась к животу другой, обхватив руками ягодицы.

«Я дарю все это Ролану, — думала Жад. — Мое тело и тело Бьянки, мое удовольствие и ее удовольствие — все принадлежит ему. Я желаю Бьянку, потому что он ее хочет, я буду ее любить, потому что он ее любит. И если Бьянка подарит мне свою любовь, Ролан будет любить меня еще больше. Наши чувства будут расти и крепнуть, потому что мы не станем размениваться на ревность».

Жад дружески посмотрела на любовный треугольник, который образовывали Берит, Ольга и их любовник. Их переплетенные тела извивались на полу, даря друг другу наслаждение. Норвежка лизала пенис Ролана, предоставив свою вульву Ольге, которую, в свою очередь, ласкал Ролан. Рот Берит скользнул вниз и направился дразнить мошонку, а ее длинные тонкие руки продолжили теребить напряженный член. Когда Ролан кончил, его сперма выплеснулась на грудь двух женщин.

Жад приняла этот оргазм, в котором она не участвовала. Разве радость одних не вызывала радость других? Разве счастье не заразно? И ревность вдруг показалась ей темным чудовищем, она отбросила ее глубоко в ад, чтобы та никогда не возвратилась обратно.

«Лэнд Ровер» остановился за домом, и из него вышел элегантный Мигель Мора. Deputado был одет в кроваво-красную рубашку и светлые брюки. Ролан пошел ему навстречу, мужчины тепло обнялись, а потом направились к входу, ведущему непосредственно в комнату Ролана.

Жад находилась на террасе. Она услышала, как закрылась дверь, и догадалась, что мужчины отправились в секретный музей, в котором она однажды побывала. Девушка представила себе маленькие ухоженные пальцы Мигеля Мора, которые прикасаются к длинным клювам стервятников, извилистым телам змей и острым языкам гримасничающих обезьян. Жад знала, что он делает это чувственными жестами, которые напоминают человека, ласкающего самого себя.

Ролан, вероятно, достал из своего тайника цветного ягуара из подводной пещеры, которого один крестьянин привез вчера, завернув в газету. «Редкая вещь, — признал тогда Ролан. — Двадцать четыре сантиметра великолепного нефрита, который напоминает мне твои глаза». Широкий и толстый хвост животного был напряжен и поджат под живот, напоминая эрегированный пенис.

Жад хотелось бы оказаться в доколумбовой эпохе, где подобные статуэтки были обыденной вещью. Она представляла себе терпеливый и вдохновенный труд ремесленников… Эти статуэтки, изображающие длинные птичьи клювы, выдвинутые вперед, несомненно, напоминали фаллические выпуклости млекопитающих. Эротизм форм напоминал о главном общем источнике животного царства.

Именно это Жад хотела выразить в своем танце. Но сначала надо было обнажиться. Жад откинула подальше свои балетки, обнажив ступни с изогнутыми кукольными пальцами, расстегнула легкое хлопковое платье, бросила его на стул и распустила волосы, собранные в хвост. Теперь она чувствовала себя более приближенной к природе. Только, наверное, слишком хорошо причесана… Она повернулась, и ее волосы обернулись вокруг плеч, словно водоросли, которыми море опутывает потерпевший крушение корабль.

Ловко и чувственно, будто языки пламени, она начала танцевать, выплескивая свою молодость и красоту. Ее тело было готово к любви. В ее чреслах загорелся такой жаркий огонь, что девушка не чувствовала ни горячей земли, ни жара неба, а только острые ощущения движения и желания, которые в ней проснулись.

Жад побежала, чтобы присоединиться к своим подругам у бассейна, легкая и счастливая, и вовлекла их в свой танец. Ольга сделала радио погромче, из динамиков доносились звуки сальсы, и рука об руку с Бьянкой, они сделали несколько шагов, покачивая бедрами. Берит неуклюже попыталась им подражать — большая белая лебедица, принимающая себя за грациозную птичку.