Чтение онлайн

Хотя представление и не отличалось особенной художественностью, оно было прервано аплодисментами Мигеля Мора, который наблюдал за ними из окна. Его, безусловно, больше привлекли обнаженные тела молодых женщин, а не их умение танцевать. Обе латиноамериканки отличались чувственной грацией, и Жад даже завидовала их округлым и гибким телам. Что же касается скандинавки, то ее длинное бледное тело было таким гармоничным, что некоторая неуклюжесть движений отходила на второй план. Deputado смотрел на нее, прищурив глаза и открыв рот, как будто стройные формы Берит уже принадлежали ему.

— Присоединяйтесь! — крикнула ему Жад, подавая знаки руками.

— Я не смею, — ответил он, смеясь.

Мигель Мора стеснялся, потому что они были обнаженные! Эта мысль показалась Жад странной, ибо для нее сейчас нагота была чем-то вполне естественным. Но, с другой стороны, скромность других привлекала ее. Это был вызов, запрет, и ей хотелось разорвать эти цепи.

Она подошла к deputado и начала выполнять для него танец живота в стиле «Тысячи и одной ночи». Движения у нее получались не слишком разнообразными, но зато были невероятно чувственными. Губа ее жертвы слегка задрожала, и Жад почувствовала желание укусить Мигеля. Она находилась так близко от него, что ее руки касались его красной рубашки. Непреодолимое желание прижаться к нему привело к тому, что ее грудь набухла и приподнялась. Она отклонила голову назад и направила грудь прямо на него.

— Давайте танцевать, — сказала она не терпящим возражений тоном.

Он проворно перескочил через подоконник и робко прикоснулся к ней протянутыми вперед руками, едва дотронувшись пальцами до мускулистой спины танцовщицы. Она прижалась к нему, вставив бедро между его ног. Ее грудь уткнулась в его волосатую кожу, видневшуюся в вырезе рубашки, а нежные руки Жад обвились вокруг его крепкой шеи.

— Поцелуйте меня, — приказала она.

Он опустил лицо, и она прикоснулась к его полным губам. Она проследовала по их контуру языком и втянула в себя их мясистые формы. Поцелуй так возбудил ее, что она прижала свои ноги к ногам Мигеля и почувствовала животом его эрекцию.

Однако, когда она попыталась достать его член, deputado оттолкнул ее, краснея от смущения.

— Можем ли мы пойти к вам? — спросил он.

Жад улыбнулась, подумав о камере, и согласилась. Мигель Мора ей нравился, а мысль о том, что Ролан сможет все увидеть, волновала ее еще больше.

На этот раз Мигель, едва войдя в бунгало, тут же бросился на нее.

— Я хочу тебя, ты сводишь меня с ума, — повторял он, пытаясь избавиться от одежды.

— Давай, быстрее, — ответила Жад, ложась прямо под объективом скрытой камеры.

Она была так возбуждена мыслью о том, что Ролан будет смотреть на них из своей комнаты, что ее вульва мгновенно увлажнилась. Член deputado глубоко вошел в нее. Она сжала бедра и забросила ноги ему на плечи.

— Ты так хороша, когда занимаешься любовью, — задыхаясь, прошептал мужчина, продолжая движения. — Ты такая красивая. Я хочу, чтобы ты была моей, только моей.

Жад была польщена, но ничего не ответила. Это предложение казалось ей нелепым. Она никогда не была так свободна, как с тех пор, как стала принадлежать Ролану, и она не намеревалась отказываться от этого. Когда она отдавалась другому, Ролан испытывал удовольствие, и удовольствие самой Жад приумножалось. И теперь она думала о Ролане, о его лице с тонкими морщинками, о том удовольствии, которое доставляло ей его мускулистое тело и сильные руки… Может быть, он сейчас мастурбировал, глядя на экран своего видеомагнитофона? Движение его пальцев по гладкой коже члена… Мигель был красивым и чувственным, и ей было приятно заниматься с ним любовью. Но еще приятнее была мысль о том, что Ролан наблюдает за ними из своей комнаты и при этом ласкает себя.

Она сжала мышцы влагалища вокруг пениса Мигеля.

— Хорошо, — застонал он. — Я чувствую, что ты хочешь меня съесть.

Жад повторила. Это было так легко — обнаружить желания любовника, и так приятно было подарить ему любовь. Удовольствие одного усиливало желание другого. Хотя любое прикосновение, по сути, так эгоистично…

Она вспомнила свою пассивность и жесткость при занятиях любовью до встречи с Роланом, утомительные объятия Кристиана за кулисами кабаре… «Какой ужас! — думала она теперь. — Пустая трата времени!»

Когда она кончила в объятиях Мигеля Мора, ее тело как будто объединилось с миром чувств, и этот экстаз сочетал в себе все удовольствия, которые когда-либо испытывала женщина.

«Для тебя, благодаря тебе», — тихо произнесла она прямо в объектив.

— Выходи за меня замуж, — предложил ей Мигель Мора на следующее утро, когда они поднимались по небольшой аллее, ведущей к вилле. — Я разведусь. У нас с женой уже давно ничего нет. Она все время проводит в Майами.

— Я принадлежу Ролану.

— Он плохо заботится о тебе, если позволяет заниматься любовью со всеми мужчинами подряд.

— Напротив. Он настолько заботится обо мне, что хочет, чтобы я была свободной и счастливой.

— Если бы ты принадлежала мне, я бы убивал всех мужчин, которые только посмели бы приблизиться к тебе. Я бы не смог перенести, что ты отдаешься другим.

Жад улыбнулась, поскольку она сомневалась в силе страсти Мигеля. Его любовницы и его жена, должно быть, выглядели весьма жалко, если всего одна ночь так зажгла его.

— Когда ты станешь моей женой, я дам тебе все, что ты захочешь — драгоценности, вещи…

На этот раз Жад расхохоталась. Она представила себе свои пальцы, усыпанные бриллиантами, чаепития со светскими дамами…

— Это все не для меня, — сказала она. — Если ты действительно хочешь развестись, тебе будет несложно найти новую жену.

Они подошли к бассейну, и Ольга, загоравшая там в ожидании обеда, услышала их разговор.

— Я! — бесстыдно заявила она. — Я выйду за тебя, Мигель Мора. Ты будешь моим секс-рабом. Я приготовлю для тебя маленькие острые блюда из рога носорога и шпанской мушки, и ты сможешь удовлетворить мои гигантские аппетиты. Ты будешь так возбужден, что станешь валяться у моих ног и умолять, чтобы я помогла тебе облегчить твою эрекцию.

Deputado был потрясен, но предложение Ольги его развеселило. Во время обеда Ольга демонстративно уселась рядом с ним.

— Я хочу находиться рядом с моим женихом, — объявила она.

Она была одета в красное хлопковое платье, которое плотно обтягивало ее тонкую талию и приподнимало впечатляющие груди. И взгляд Мигеля так и забегал от выреза ее корсажа к тамалес [23] , лежащим у него на тарелке.

Именно в это время Ролан объявил о скором прибытии Джины, итальянки, которая уже провела несколько месяцев в Finca Verde. И впервые Жад почувствовала, насколько скоротечна жизнь. Джина приедет, другие уедут. И сама Жад, может быть… Finca Verde был защитным коконом для робкой и несформировавшейся еще куколки. Но Жад уже чувствовала, что у нее вырастают крылья. Она становилась бабочкой и скоро будет готова собирать мед на цветочных полях вселенной.

В следующую субботу Мигель Мора вновь посетил Finca Verde.

— Его жена сейчас в Майами, собирается сделать липосакцию, — поведала Жад Ольга. — Она совершает две ошибки одновременно: не любит свое тело и оставляет мужа одного. Она не пара Мигелю.

— А тебе пара?

— Конечно. Такого мужчину не бросают, чтобы заняться собой. Надо будет утешить его ночью. Бедняга потерял управление, ты же понимаешь.

— Он тебе очень нравится, не так ли?