Эмоциональ. 3+1 измерение
Шрифт:
– Пойдемте на урок, – вежливо предложил Антон и вместе с сестрой направился вглубь коридора.
– Ты права, Мира, с новенькими точно что-то не так, – озадачилась Ольга, когда брат с сестрой скрылись за поворотом.
Все вместе друзья пошли на урок литературы.
– И как с ними себя вести? – интересовалась Мира.
– Как обычно, – предложил Вадим. – Говорят ребята правду, что тут такого?
– Опять шутишь, Вадь? – уточнила Мирослава.
– Нет, не шучу, привыкнуть к ним надо, а там видно будет.
– Ты прав. Будем общаться как обычно, а потом посмотрим, что получится, – поддержала Ольга.
– Ладно, – согласилась Мира.
Ребята зашли в класс. Антон и Алина сидели на своих местах. Они старались не обращать внимания на окруживших их ребят, но одноклассники все никак не расходились.
«Долго еще все будут «фанатеть» от этих новеньких? – с негодованием подумала Мирослава, и тут же стала себя успокаивать. – Нормально, несколько дней потерпеть, и от них отстанут. Не хватало еще злиться из-за этих родственников», – она полезла в портфель, чтобы приготовиться к уроку. Неожиданно внутри на дне что-то блеснуло. Мирослава нащупала ключи от дома, которые вывалились из внутреннего кармана портфеля, и умело вернула их на место, после чего достала учебник и тетрадку.
Одноклассницы ровно со звонком разошлись по своим местам.
– Неплохой брелок, – оценил Антон. – Что за камень?
– Что, прости?
– У тебя на ключах висит брелок, – медленно проговорил Антон, специально разбивая предложение на слова, – из какого он камня?
– Я не знаю, – Мира пожала плечами. – Это подарок.
Антон больше ничего не спросил. Он бы и не успел, так как в класс зашла учительница.
Урок литературы, как обычно, растягивал время. Стрелки часов медленно передвигались, а порой казалось, что совсем замирали на месте. На удивление, Антон ни разу не отвлек Мирославу своими разговорами, и казалось, даже не смотрел в её сторону. Хотя она могла не заметить его внимания, так как часто отвлекалась и погружалась в свои мысли.
События всего дня были впечатляющими, но все они заканчивались хорошо. Мирослава не теряла надежду, что, возможно, и приход новеньких в их школу тоже сведется к чему-нибудь хорошему. Правда, пока их перевод и соседство за партой вызывали сомнительные эмоции.
В голове крутилась фраза Антона: «мне хорошо от эмоций». Что имел в виду сосед, для Миры оставалось загадкой, но она старалась не удивляться, ведь после каждой их беседы непонимания становилось все больше.
«Надо напрямую у него спросить, что он хотел сказать, – решилась Мирослава. – Новенькие так любят правду, может он ответит».
На сегодня по расписанию оставался еще один урок математики, после которого дома можно будет все хорошенько обдумать.
Мысленно завершая этот день, Мирослава вспомнила, что вечером надо рассказать отцу про разбитый Матвеем горшок. Она прекрасно понимала, что если не расскажет отцу о случившемся сама, через какое-то время позвонит дядя Паша, и вот тогда отец будет ругать, помимо сына, еще и дочку. Мирослава стала планировать время, когда будет лучше всего поговорить с отцом. Сегодня у Матвея тренировка по самбо, а у Мирославы бассейн. Отец приедет забирать её, а потом они вместе поедут за Матвеем, значит, лучше всего будет рассказать в машине после бассейна. Так хотя бы остается шанс, что домой к маме они приедут спокойные.
Остановившись на этой идее, Мирослава перевела взгляд на учительницу. Она обрывком услышала, что Антона вызвали отвечать.
Сосед уверенно шел к доске. Мирослава прослушала задание, но учительница его повторила, как только Антон повернулся к классу. Ему надо прочитать наизусть любое стихотворение, которое он знает. Весь класс притих. Всем было интересно, какое именно будет прочитано стихотворение.
Антон перехватил на себе взгляд Мирославы и с выражением стал рассказывать:
Я тебе ничего не скажу,
И тебя не встревожу ничуть,
И о том, что я молча твержу,
Не решусь ни за что намекнуть.
Целый день спят ночные цветы,
Но лишь солнце за рощу зайдет,
Раскрываются тихо листы,
И я слышу, как сердце цветет.
И в больную, усталую грудь
Веет влагой ночной… я дрожу,
Я тебя не встревожу ничуть,
Я тебе ничего не скажу.
В классе воцарилась тишина. Антон не сводил взгляда с Мирославы, отчего создавалось ощущение, что он читал стихотворение только для неё.
– Неожиданно. Афанасий Фет? – поинтересовалась учительница.
– Да. Это один из моих любимых поэтов.
Мира вспомнила, как несколько минут назад она хотела спросить Антона о его непонятной фразе.
«Неужели это стихотворение было ответом на мой вопрос? Нет, такого не может быть», – не верила Мира, но на всякий случай решила у новенького одноклассника ничего не спрашивать. Как мог Антон знать, о чем думает Мирослава, и дать ей ответ заранее?
Антон вернулся на свое место. Он сидел неподвижно, уставившись в одну точку перед собой. Мирослава старалась не привлекать к себе внимания, затаившись за партой. Так прошла вся оставшаяся часть урока. Когда наконец-то послышался звонок, Мирослава облегченно вздохнула.
– Что? Тяжело со мной? – обратился к ней Антон.
– С чего ты взял?
– По твоему вздоху все понятно.
– Ничего тебе не понятно.
– Тогда объясни мне.
Мирослава одарила соседа пронзительным взглядом, после чего сделала очередной глубокий вздох.
– Пойдем лучше на следующий урок, – Мира схватила портфель и направилась на выход.
Она не стала никого дожидаться, а решила отнести вещи в кабинет математики, который располагался недалеко от кабинета литературы. Оставив портфель на стуле, Мирослава вышла в холл и села на одну из свободных скамеек. Она наблюдала, как мимо неё в класс прошли Антон и Алина, следом за ними шли Вадим и Ольга. Постепенно подтянулись и все остальные одноклассники.
В холле становилось шумно с каждым появившимся учеником. Мирослава сидела на скамейке, стараясь успокоиться, но у нее это плохо получалось. Не понимая почему, она злилась и на себя, и на Антона. На себя она злилась, конечно же, намного больше, чем на новенького одноклассника.
Когда Мирослава поднесла руку к лицу, чтобы поправить выбившуюся из хвоста прядь волос, она громко вскрикнула. Её голос пропал в общем шуме, которым был наполнен холл. Она обезумевшим взглядом смотрела, как из её рук выползали пауки, множество пауков. Они образовывались у нее в ладонях и расползались по ней в разные стороны, стараясь как можно быстрее передвигаться, чтобы освободить место для новых пауков.
– Что происходит? – вскрикнула Ольга, которая вместе с Вадимом остановилась в нескольких метрах от подруги.
– Мира, ты чего? – удивился Вадим.
– Я ничего… Я не знаю… – с руки Мирославы спустилась очередная ниточка паутины.
– Останови их, – чуть ли не закричала Ольга.
– Как? – Мира потрясла руками пытаясь смахнуть пауков, как наваждение.
Все больше ребят в холле обращали внимание на Мирославу и следили за каждым её движением. Пауки образовывались в её руках, сползали по ней на пол и разбегались в разные стороны. Все они были одинакового размера и как один напоминали исчезнувшего из платка паука.