Чтение онлайн

«Незнание, кто я» обычно означает в личности энеа-типа III: «Все, что я знаю, это роль, которую я играю. Существует ли что-нибудь, кроме нее?» Личность пришла к осознание того, что ее жизнь - это серия представлений и что идентификация лежит в данном случае в определении профессионального статуса и других ролей. Вместе с пониманием «это же я» или «эти роли ни для кого ничего не значат» присутствует ощущение того, что личность существует в отрыве от скрытого или потенциального «Я». Вместе с интуитивным чувством игнорирования себя или своей индивидуальности обычно имеет место ощущение незнания своих истинных чувств и желаний - ощущение, захватывающее их в такой мере, что они начинают принимать выдуманные чувства за свои, и их выбор определяют не внутренние установки, а внешние модели.

В то же время, как в более социальноориентированных людях присутствует качество «бабочки», проявляющееся в их поисках своего стандарта, и очевидно, что их самоотчуждение является результатом их излишней поглощенности образом, который они стараются поддержать в глазах общества, в более сексуальноориентированных индивидуумах аналогичные процессы имеют место как результат стремления к «сказальному одобрению» в культивации того, что мы называем сексапильностью. Страсть быть приятным и привлекать здесь также поляризует внимание личности в направлении внешних проявлений ее бытия за счет внимания к глубине эротических и эмоциональных переживаний, что вызывает частые осложнения фригидности в женщинах.

Джодоровский дал глубокое описание такой ситуации в своем эссе о сексуальном супермене, у которого было сотни рук и тысяча пальцев, в каждом из них находился половой орган или язык; супермен отвечал всем требованиям наивысших стандартов сексуального поведения, но его концентрация на собственнойй эффективности трагическим образом не оставляла возможности наслаждаться самому. [15]

Признавая важность экзистенциального момента в энеа-типе III (что можно понять по листу энеаграммы), полезно будет пойти дальше интерпретации страсти к одобрению как подмены любви или как косвенного выражения желания любви. Как бы ни было важным признать истинность этого, я думаю, необходимо признать и то, что постоянная борьба энеа-типа III в стремлении обрести «основание к нарциссизму» поддерживается самовзлелеянным побуждением к совершествованию, что и возникает именно от перераспределения психической энергии в сторону игры и восприятия глазами других (то есть в воображаемом «кино»).

Исходя из мнения об образе жизни, при котором чрезмерное беспокойство о «самостоятельности» стимулирует утрату бытия, нельзя не сделать вывода, что это, в свою очередь, питает поиск бытия в сфере внешних представлений, так как истинно то, что правда может освободить нас, искренний взгляд внутрь, в этот порочный круг может высвободить энергию личности и сфокусировать внимание на том, что всеми избегается и потенциально болезненно, - внутренней сущности.

В неистовом желании достичь успеха, статуса или одобрений и соответственно не имея возможности остановиться, чтобы взглянуть внутрь себя, личность энеа-типа III, как кажется, постоянно повторяет себе этот очень американский приказ: «Не стой там просто так, делай что-нибудь». А значит, необходимо, чтобы ему сказали: «Не делай ничего, просто постой там».

Для психотерапевтов важно понимать, что людям, которым трудно оставаться наедине с самим собой, которые стараются выпутаться из результатов своих переигрываний, может помочь совет прислушаться к себе; полезно также пережить «потерю лица», что влечет за собой то, что человек перестает смотреться в зеркало общества.

Так как внутренняя сущность - это что-то незнакомое для них, что-то, чего, кажется, и не существует в мире, где есть только форма и количество, медитация, особенно медитация, подчеркивающая бездействие, может показаться им совершенно неинтересной и бессмысленной. Однако при достаточной интеллектуальной убежденности или персональном доверии возможно более близкое знакомство с этим бессмысленным «просто сидением», дальнейшая концентрация на скуке или бессмысленности может привести к определенному пониманию трагедии неспособности питаться живыми чувствами бытия.

Эмоциональное состояние зависти приводит к болезненному ощущению отсутствия чего-либо и к страстному желанию иметь то, чего у тебя нет; это относится и к ощущению добра как чего-то вне личности и что необходимо приобрести.

Будучи понятной реакцией на ранние разочарования и лишения, зависть формирует в психике фактор саморазочарования, так как страстное желание любви, к чему оно ведет, никогда не удовлетворяет хроническое чувство того, что ты плох, ущербен, напротив, оно стимулирует дальнейшее разочарование и боль. Зависть в энеаграмме занимает место спутника тщеславия и соседствует с точкой 5, алчность, которая влечет за собой сравнимое с завистью ощущение лишения, хотя оно и приводит к иной позиции по отношению к переживанию отсутствия чего-либо. В то время как точка 4 представляет сильное стремление и страстную потребность в том, чего не хватает личности, точка 5 характеризуется психологическим побуждением не ждать ничего извне, позицией, ведущей, скорее, к сокрытию своей энергии, пристрастий и склонностей.

Связь зависти с тщеславием еще более важна, чем связь ее с алчностью, так как точка 4 входит в состав триады в правом углу энеаграммы, которая, как одно целое, тяготеет к чрезмерной заботе о собственном имидже. В то время как личность энеа-типа III идентифицируется с той частью «Я», которая касается идеализированного имиджа, личность энеа-типа VI идентифицирует себя с той частью психики, которая не соответствует идеализированному образу и всегда стремится к достижению недостижимого. Это личность, движимая тщеславием, которой не удалось достичь свей цели, так как в ней присутствует ощущение ущербности и бесполезности (точка 5).

Даже несмотря на то, что энеа-типы, обозначенные в позиции 4 и 5 (зависть и алчность), имеют общее ощущение бесполезности, вины и недостатка, и оба могут быть охарактеризованы как подавленные, во многих отношениях они сильно отличаются друг от друга. В то время как вина в зависти - это осознанная пытка, в алчности она частично завуалирована кажущейся моральной безразличностью (что свойственно также энеа-типу VIII и восстанет против собственных чрезмерных запросов и суждений), в то время как депрессия в зависти проявляется как явное горе, алчные люди часто не могут плакать или выразить свою боль, и их депрессия таким образом проявляется, скорее, как апатия и чувство опустошенности. Можно сказать, что энеа-тип V - это «сухая» депрессия в противоположность «мокрой» депрессии энеа-типа IV: так же, как алчность скрыта, зависть страстна. В этом проявляется четко дифференциация черт: сухая алчность апатична, мокрая зависть страстна; если первая - это пустыня, то вторая - трясина. (То, что французы пользуются словом envie, чтобы сказать «желание», подчеркивает тот вывод, что зависть - это самая страстная из страстей). В то время как энеа-тип V определяет внутреннюю атмосферу спокойствия, энеа-тип IV определяет внутреннюю атмосферу смятения и беспорядка. Наиболее характерный для энеа-типа IV аспект, кроме мотивации зависти, можно видеть в тенденции к самопожертвованию и разочарованию.

Если понимать суть зависти как чрезвычайно сильное желание воплощения «хорошей матери», эта концепция совпадает с понятием «импульс каннибализма» в психоанализе, что может проявляться не только как любовный голод, но и как ненасытность и жадность в более обобщенном смысле.

Согласны мы или нет с Мелани Клейн в отношении завистливых фантазий, которые она приписывает младенцам, [16] я думаю будет правильным принять их в качестве символического выражения переживаний взрослых - и, что будет еще точнее, характерного процесса саморазочарования, что неотделимо от зависти как основной базы ее характеристики избыточных желаний. Верно это или нет, что начало зависти лежит еще во младенчестве, но часто зависть сознательно переплывает не в отношении матери, а в отношении брата или сестры, которым отдается предпочтение, и индивид стремится быть им или ею, а не самим собой в поисках родительской любви. Часто имеет место элемент сексуальной зависти, который Фрейд наблюдал в женщинах и - с точки зрения его сексуальной и биологической интерпретации - заклеймил как «зависть к пенису». А так как эта женская зависть часто переживается некоторыми мужчинами в явных эротических формах, мы можем говорить и о «зависти к вагине» - хотя я придерживаюсь мнения, что сексуальные фантазии проистекают из более базового феномена зависти пола, включающего чувство превосходства противоположного пола. Учитывая предубеждения нашей цивилизации, не удивительно, что зависть к мужскому полу проявляется чаще (и, действительно, женщины энеа-типа IV принимают самое энергичное участие в движении эмансипации женщин), но обе формы сексуальной зависти имеют место в случаях идентификации себя с противоположным полом, подчеркивая гомосексуальность и лесбиянство (что в энеа-типе IV встречается чаще, чем в любом другом характере).

Еще одна область проявления зависти - это социальная, здесь может быть продемонстрирована как идеализация высших классов и сильное побуждение продвинуться по социальной лестнице, что показал Пруст в «Памяти прошлого», так и в качестве полной ненависти соревновательности с привилегированным классом (как в «Красном и черном» Стендаля). Зависть может проявляться и в более утонченной форме постоянной жажды необычности и напряженности, а также неудовлетворенности всем обыденным и недраматичным.

Примитивное патологическое проявление этой тенденции - это симптом булемии, который я наблюдал в связи с характером энеа-типа IV; многие люди испытывают слабое эхо этого состояния: чувство болезненной пустоты внизу живота.

В то время как алчность и, еще более характерно, гнев - это скрытые черты в синдромах личности, частью которых они являются (так как они оба компенсируются психологической отчужденностью и такими реактивными чертами характера, как благожелательность и достоинство соответственно), в отношении зависти сама страсть очевидна, и, таким образом, человек страдает от противоречия между крайней необходимостью и наложенным табу. Кроме того, в свете этого конфликт между склонностью к сильной зависти и соответствующим чувством стыда и омерзения оттого, что ты завидуешь, можно понять «плохой имидж», - черту характера, описанную ниже.