Чтение онлайн

Когда Антонио уже собирался плюнуть и бросить свою затею, крючок зацепился за петлю ботиночного шнурка. Антонио не поверил своим глазам и осторожно, очень осторожно потащил ногу мертвого полицейского к себе. Он тянул дюйм за дюймом, боясь, что крючок сорвется. Но он не сорвался. Антонио протянул руку и ухватился за каблук.

— Вставай, Джокер! — позвал он. — Сейчас мы отсюда выберемся!

Чернокожий воришка не отвечал, все так же лежа на койке. Антонио пожал плечами и поволок тяжелый труп копа к себе. Вот и связка… Отцепив кольцо с карабина, Антонио вскочил и принялся подбирать ключ к замку камеры. Как удачно, что здесь старая система, а не модные нынче электронные блокираторы, включающиеся с центрального пульта!

Замок сухо щелкнул — уже второй ключ подошел.

Антонио, перешагнув через покойника, вышел в коридор и со словами: — Все в порядке, Джокер, сейчас я тебя выпущу! — завозился с замком второй камеры. Связка ключей выскользнула из пальцев и со звоном упала на пол. Антонио нагнулся и в воздух в том месте, где только что были его волосы, вцепились скрюченные пальцы Джокера.

От испуга и неожиданности Антонио шлепнулся на задницу, прямо в лужу подсохшей крови, натекшей из разбитой головы Коди. Джокер зашипел, присел и снова махнул рукой, пытаясь его достать. Антонио откатился в сторону.

— Что с тобой, парень?!

Джокер щелкал зубами, на губах пузырилась пена. Похоже, и этот съехал, точно так же, как полицейский, подумал Антонио. Матерь божья, что же с ними со всеми творится?! И что теперь делать? Выпустить его? Бросится… Оставить здесь, пока не придет помощь?

— Джокер, послушай, — миролюбивым тоном заговорил Антонио, — я пойду и найду кого-нибудь. Ты пока посиди здесь, а я поищу. Не волнуйся, я обязательно вернусь.

Джокер ничем не показывал, что понял хоть слово из сказанного. Щелкал зубами и скалился, глухо ворча. Не сводя с него глаз, Антонио поднялся и попятился к выходу из коридора, сжимая в руке связку ключей.

В глубине души Антонио надеялся, что встретит наверху кого-то из полицейских, но ни в одной из комнат с распахнутыми дверями не было ни души. Только возле туалета на полу лежал молодой полицейский Манчини, удивленно глядя в пустоту. Кто-то — а скорее всего, ныне покойный Коди — свернул ему шею, словно цыпленку.

Антонио прошел было мимо, но остановился. Вернулся к туалету, вошел внутрь и посмотрел на себя в зеркало. Мда… Футболка разорвана, весь в кровище… А ведь Манчини примерно его роста и комплекции. Неприятно, конечно, надевать одежду мертвеца, но что поделать… Опять же форма полицейского — не самый плохой вариант, что бы там снаружи ни происходило.

Через несколько минут переодетый Антонио уже умывался и причесывался. Одежда Манчини действительно пришлась ему впору, только ботинки оказались немного великоваты, но велики — это не малы. В наследство от копа ему также достался мощный револьвер с запасными патронами плюс вся полицейская сбруя — наручники, дубинка, значок…

— Что ж, снова пришло время поиграть, — сказал своему отражению Антонио. — Здравствуйте, офицер Манчини. А я неплохо смотрюсь в форме… Нужно было идти в полицию.

И Антонио подмигнул зеркалу.

Снаружи было тихо и пустынно, только где-то в отдалении сухо потрескивали одиночные выстрелы и периодически слышались истошные вопли. В северном направлении пронесся армейский вертолет. Боже, подумал Антонио, если они задействовали военных, значит, дело совсем плохо…

Он подошел к трем полицейским «шевроле», припаркованным на стоянке. Дверь ближней машины оказалась распахнута, а ключ торчал в замке зажигания.

— Спасибо тебе, Господи, за то, что ты помогаешь мне хотя бы в этот день! — с чувством произнес Антонио, посмотрев в небеса. Религиозным он никогда не был, но кто знает, вдруг там и в самом деле что-то есть. И тогда лучше с ним не ссориться.

Осмотрев машину, он нашел в держателях дробовик, а в бардачке — початую пачку печенья «Орео». Несколько штук он сразу же запихал в рот и, жуя, вывел машину со стоянки. Куда ехать, он даже не представлял, а потому просто поехал вперед по улице.

Первое впечатление о ее пустынности оказалось ошибочным. В окнах домов мелькали перепуганные лица, из ресторанчика «Тако Белл» махали руками какие-то люди. Антонио обратил внимание, что они забаррикадировали дверь изнутри, словно это могло им помочь с такими-то огромными окнами-витринами. Помочь он им ничем не мог, только обнадеживающе помахал в ответ и прибавил газу. За что едва не поплатился на первом же перекрестке, когда огромный «тахо» вылетел из-за угла и, визжа тормозами и оставляя черные полосы горелой резины, пронесся перед самым носом его автомобиля.

— Твою мать… — только и успел выдохнуть Антонио, после чего сразу же сбил человека.

Точнее сказать, тот сам бросился под колеса. Капот ударил его, человек подлетел в воздух и упал на асфальт. Антонио выскочил из машины, и сунулся было к пострадавшему, но тут же отшатнулся. Тот, со сломанными ногами, полз к нему, утробно подвывая. Уже знакомый остановившийся взгляд дал понять Антонио, что перед ним очередной опасный сумасшедший. Отступив, он забрался в «шеви» и дал задний ход. Аккуратно объехал ползущего и двинулся дальше, на этот раз не особенно разгоняясь.

Несколько раз он слышал мольбы о помощи, но не останавливался. То и дело на улице попадались брошенные или столкнувшиеся машины, из одной выскочила женщина в дорогом деловом костюме и некоторое время гналась за Антонио. Потом с крыши закусочной кто-то открыл по автомобилю огонь из автомата. Блок мигалок разлетелся в стороны цветными осколками пластика, и Антонио поспешно свернул за угол.

Он уже понял, что из города нужно выбираться. Нужно было лишь затариться едой и водой в одном из магазинчиков, благо все они выглядели брошенными. Вот, к примеру, здесь, подумал Антонио, заметив аляповатую вывеску с надписью «Деликатесы Бартлби», и в эту секунду заметил девочку.

Девочка сидела на краешке тротуара, на бордюре. Она была одета в джинсовый комбинезончик с вышитым спереди медведем Йоги, а в руках держала баночку колы. В детях Антонио совершенно не разбирался, и потому даже не мог сказать, сколько ей лет. Примерно пять-шесть, решил он и остановил машину.

Девочка посмотрела на приближающегося полицейского и сказала:

— Привет!

— Привет. Ты что здесь делаешь совсем одна?! — спросил Антонио, опускаясь на корточки.

— Я была не одна, сэр, — с достоинством произнесла девочка. — Я была с папой. Но потом на папу набросились какие-то люди и хотели его съесть. Папа стал с ними драться, а мне велел бежать. Я побежала и прибежала сюда.

— Где это случилось?

— Вон там, — девочка махнула рукой туда, откуда он только что приехал.

— Садись в мою машину.

— Папа и мама не разрешают мне садиться в машину к незнакомым людям.

— Я же полицейский. Полицейские всем помогают.

Боже, какую чушь я несу, подумал Антонио. И зачем мне девчонка?! Куда я ее дену?

Однако он открыл дверцу и помог девочке забраться на переднее сиденье.

— Сиди здесь и никому не открывай. Что тебе принести поесть?