Эпическое крушение Джини Ло
Шрифт:
человек и, может, вернусь как посох. Тебе нужно было так и поступить, - продолжила я. –
Не приходить на Землю. Мы – магниты для демонов, когда мы вместе, становится хуже.
Уходи и дай мне прожить эту жизнь.
Я знала, сколько боли будет в глазах Квентина, когда говорила это. И я ужасно
позволила ему уйти без слов.
34
Я смотрела на папу в окно спортзала, он насвистывал и чистил скамейки. Он не знал,
что я была там. Пару недель назад, я бы назвала его рыбой в аквариуме, но теперь
понимала, что это не так.
Он заслужил право жить вот так мирно. Он рисковал так, как не поймет спортсмен,
за которым он убирал. Отец вытянул палец, и его могли откусить, но он понимал рамки.
А его дочь, ходившая в школу на его скудные деньги, носившая вещи, что он
надевал на нее, думала, что сможет просто подняться на Небеса на облаке правил,
которым следовала.
Я винила его в самоуверенности. Я думала, что была лучше него. Но он хотя бы сжал
свою слепоту в кулаках и пошел пробивать свой путь. Я не была такой смелой.
На миг папа поднял голову, словно ощутил меня. Но в зал вошел клиент, юноша в
дорогого вида спортивном костюме, и поздоровался с ним. Они, такие разные люди,
общались, изображая травмы плеча.
Я развернулась и ушла.
* * *
Мне нужно было убить время, и я пошла в парк.
Погода была хорошей, и там было полно греющихся на солнце людей с вином. Они
стали ковром привлекательных тел на траве, порой они задевали друг друга локтями,
проверяя.
Я села у дерева сзади. В тени было прохладно, узлы на корнях давили на мои бедра.
Я не заслужила удобство.
Я ощущала себя старой. Старее всех вокруг мня, хоть это было не правдой. Они
были чуть старшей двадцати. Они выглядели неплохо. И только люди с большой
зарплатой могли снимать жилье неподалеку. Акценты, что я слышала с ветром, были не
местными.
Я ради этого и боролась. Я хотела хорошее образование и работу, да? И эти люди
получили и то, и другое. Они отдыхали тут в солнечную субботу. Где-то среди них было
мое покрывало. Мое место, моя награда.
– Вы не сражались с тем, чем билась я, - сказала я громко. – Вы не видели, что я
видела.
Я могла сказать о демонах. Никто не слушал, да и никто не обратил бы внимания.
Я заметила высокого красивого мужчину, идущего ко мне сквозь толпу. Он был в
спортивной одежде и сандалиях, как половина лежащих на траве, но он выглядел намного
лучше них. Он подобрался близко и снял солнцезащитные очки.
– Так и думал, что это ты, - сказал Эрлан Шень.
Его я не ждала.
– Что вы здесь делаете?
Он показал банку в коричневом мешке, потряс ею.
– Выпиваю.
Этого я не ожидала услышать. Он увидел мое смятение, потому что рассмеялся и сел
рядом со мной.
– На Небесах Персиковый банкет, - сказал он. – Много доступного вина. Но я не
люблю праздники, не хочу напиваться перед другими богами. И я нахожу в это время
подходящие места на Земле и пробую человеческую выпивку. Я был в баре на улице, но
ощутил твое присутствие неподалеку.
– Один напиток Небес сравнится с тремястами шестьюдесятью пятью человеческими
коктейлями?
– Обмен для алкоголя – бинарный логарифм, так что тысяча двадцать восемь, - сказал
он. – Это шестьсот тринадцатый.
Я фыркнула. Он был не лучше меня.
– Кстати, - он помахал банкой. – Я не справился со всеми данными тебе обещаниями.
– Обещание было только одно. Дядя не позволит помочь с оставшимися демонами?
– Ага. Отказался обсуждать тему на празднике, сказал, что, если я продолжу, выкажу
неуважение. И покажу другим богам нехватку почтительности.
Эрлан Шень поднял напиток в тосте.
– За чувствительность старших, - сказал он. – Самых важных и хрупких сокровищ
вселенной. Пусть мы сломаем спины, защищая их.
– Ага.
Мы смотрели, как недавно повзрослевшие люди лежат на траве. Многие из них,
наверное, звонили родителям не чаще раза в месяц.
– Я не спросил, что ты здесь делаешь, - сказал он. – Ты не живешь в этом городе. И
твое лицо напоминало смерть, когда я тебя увидел.
– О, спасибо, - ответила я. – Я смотрела в будущее.
– Что ты видела?
– Что уберечь любимых навеки я могу только самопожертвованием, - сказала я. – Я
все спланировала. Я буду сидеть на вершине купола и сиять в небе, как делала, когда была
в сокровищнице Ао Гуаня. Это соберет маяком всех яоугаев. Колокольчик на ужин. Я
сражусь со всеми сразу, - продолжала я. – В стиле короля горы. Если я не смогу одолеть
всех, заберу с собой как можно больше.
– Неплохой план. Ты знаешь, как сиять Небесным светом?
– Нет. Я разберусь с этим. А вы не пытаетесь меня отговорить.
– Порой размах в поступках необходим. Но, если ты собираешься погибать…
Он отклонился на локтях.
– Я, как бессмертный с множеством вечностей для радости, советую тебе, жалкой
букашке, что живет не дольше горения свечи, повеселиться перед смертью.
Я смогла лишь рассмеяться от его жестокой честности.
– Потому я и выбрала ближайший национальный парк, - сказала я. – Я еще тут не
была.
– Что еще ты хочешь сделать?
– Было бы круто остановить преступление. Как супергерой. Обычное, человеческое
преступление. Не знаю, почему, но яогуаи не считаются.
– Конечно, нет. Тебе нужна смена ритма. Что-то еще?
– Я хочу что-то разрушить.
Он опешил от того, как быстро я сказала это. И от искренности.
– Я хочу сорваться и разгромить что-нибудь, - сказала я. – Не знаю, что. Не здание,
чтобы навредить кому-то. Может, камень. Хотя некоторым он, может, был полезен как