Чтение онлайн

Это была Лена. "Ты что!
– задохнулся он.
– Так рисковать... А если бы сорвалась?.. И как ты заберешься обратно?"

"Нашел?" "Тебе велено было следить за старушкой..." "Старухи быстро не ходят. Поищем вместе. Ого, сколько наворовали... Папа, тут что-то вроде сейфа. Может быть твое тут?" "Так ведь заперто..." "А это на что?"

Лена вставила в дверцу шкафчика стамеску и стукнула молотком.

"Дай я..." Илья принялся отсекать защелку замка.

Страха и стыда больше не было. Они пришли не за чужим! Дверца с грохотом отскочила, и он тотчас увидел свои папки и препарат в ампулах...

Возвращенное имущество было тотчас погружено в мешочек. Лена выглянула с балкона и отпрянула: "Папа, по-моему, это они..."

Илья метнулся к окну.

Двор пересекали двое дранных молодых людей в одинаковых мятых плащах. Они что-то лихорадочно орали по-русски друг другу, обильно матерясь и размахивая руками. Как только представители "фирмы Репы"скрылись в подъезде, Лернеры выскочили на балкон. Лена не могла сама подтянуться по веревке на своих слабеньких руках. В конце концов, Илья сначала забрался на крышу сам, велел девочке обвязаться за талию и втащил ее за судорожно протянутые руки за карниз. Какое-то время она лежала щекой на птичьем помете на самом краю, отдуваясь и вдыхая застарелую пыль. Ноги девочки в мокрых стоптанных туфлях свисали над балконом и бездной ниже его.

Раздраженные голоса и звук открывющейся в подъездедвери заставили отца и дочь вскочить, сбежать по лестнице с ненужным грохотом и истерическим диким смехом,вылететь на переполненный прохожими узкий тротуар улицы Яффо, чуть не под пронесшийся автобус.

Лена продолжала бежать, грациозно откинув голову и демонстративно вытянув перед собой драгоценный мешочек. Илья с бесконечным "слиха" лавировал за ней, едва не сбивая с ног ортодоксов в черных всепогодных плащах и шляпах.

Вдруг пошел сильный дождь, улица распустилась зонтами.

Когда двое молодых людей выскочили из подворотни, они могли увидеть только два незнакомых зонта в море других... 3.

"Мне не верится, - без конца повторяла Женя.
– С крыши? Среди бела дня? Со взломом? Нет, мы тут точно не пропадем!.."

Телефонный звонок заставил всех вздрогуть и уставиться на Влада, взявшего трубку. "Да. Можно, почему нет? Вас, Илья."

"Это говорит Володя Репа, - раздался сладкий, но прерывающийся, словно плачущий голос.
– Я говорю с доктором Лернером?" "Да." "Простите, это не ваша дочь приходила к нам вчера под предлогом поиска квартиры?" "Не понимаю..." "Ах, вы не понимаете!.. Имейте в виду, моя мама ее хорошо запомнила! И мы в демократической стране, а потому..."

"Репа а Репа, - весело сказал Илья.
– Ты меня хорошо слышишь? Тогда иди ты... знаешь куда, ворюга!" "Илья!!" - ахнула, схватившись за виски, Женя.

"Грубость вам не..."

Илья бросил трубку и вернулся в их комнату, весь дрожа. Телефон снова подскочил от резкого звонка.

"Какой Лернер?
– услышали они голос Влада.
– Ошибаешься, бля. Никакой Лернер тут не живет и никогда не жил. Кто-кто? Друг мой говорил. Мы тут второй день квасим. Ну, он же тебе дал точный адрес доктора Лернера. Как не дал? Я сам слышал, он же сказал: иди ты, Репа, прямо нахуй - и главное никуда не сворачивай. Повторить, козел? Откуда мне знать? Он всех ворюгами в этой блядской стране считает. Ты что ли не ворюга?"

"Ничего вам не грозит, - успокаивал Влад, когда все трое пропустили по третьей рюмке "Казачка" по цене лимонада, но лучше русской сивухи. Предположим, она Лену запомнила. Предположим. И что? Вы хотели снять квартиру в Иерусалиме. Это запрещено? Нет. Потом ни на какую на крышу не лазили и к Репам не спускались, что они выдумывают? Кстати, а как он сам в полиции объяснит, почему папки с твоим именем оказались у него в сейфе без твоего спросу. Ни в жизнь не сунется он в полицию, блефует. Что за шум? Тревога?"

"Наливай, - сказала Женя и икнула.
– За смерть наших врагов! Унутрянных и унешних."

В хедер-атуме привычно орала и какала с перепугу маленькая мутант-Арина, суетились Лена и Варя, подкладывая под дверь последнее достижение лучшей в мире сионистской военной технологии против советских ракет на вооружении арабского мира - мокрую тряпку. А трое бывших советских евреев от всей души пели совершенно неуместную в Израиле песню: "Вот кто-то с горочки спустился... На нем защитна гимнастерка... она с ума-а меня свяде-от!.." 4.

В Иом-Пурим, праздник смерти наших врагов, Израиль праздновал победу дружеского оружия. Саддам, наигравшийся ракетами по соседним странам, но недоразгромленный, пошел на мировую, так и не дождашись "страшного ответа" от впервые безнаказанно выпоротого, а потому никому в арабском мире более не страшного Израиля.

Комнату-"бомбоубежище" разгерметизировали, противогазы запихнули подальше до худших времен. В печати появилось сообщение, что все они вообще оказались бракованными. Так что единственным средством против атаки Ирака оказалась мокрая тряпка. Но ее тоже как-то не сохранили.

Можно было жить дальше. Открылись, наконец ульпаны, появилось какое-то подобие абсорбции - интеграции в новую жизнь хоть с чьей-то помощью. Начались уроки и домашние задания - на старости лет-то. Появились первые признаки комплекса неполноценности доктора Лернера, плохо усваивающего язык. Появились "прогулки добытчиков", когда, гуляя по богатым кварталам, Лернеры обнаруживали у мусорок пакеты с такими вещами, выстиранными, выглаженными, какие на родине можно было купить только уморяков за цену, соразмеримую с месячным зарабоком доктора наук. За месяц в новой стране они привыкли к неожиданным находкам, тащили километрами то трехногое кресло, то стол наконец-то для Ильи.

И вот, гуляя по горной дороге-улице с красивым именем Стелла Марис, ониобнаружили в зарослях над самым обрывом непостижимым образом именно здесь кем-то выброшенный двухспальный матрас. Илья и Лена долго лазили в красной грязи, освобождая его от вцепившихся веток, пока Женя на дороге тревожно озиралась на проносящиеся автомобили.

Матрас, представляете! После месяца дрожи на ковре на каменном полу после ожидания мебели "через неделю", бал-л-ламутье!..

"Знаешь, - говорил Илья в спину своим женщинам, несущим вдвоем на головах один конец набрякшего от дождей матраса, пока он нес на своей голове его второй конец, - я так не радовался ни в одной из своих экспедиций. Надо обнищать, чтобы почувствовать истинный вкус к мелким радостям жизни..." С матраса стекала грязная вода прямо за воротник доктора биологии. Он видел перед собой тонкие напряженные шейки своих женщин, по которым тоже сочилась жижа, но мысль, что теперь можно будет не спать на полу, согревала всех троих. Матрас несли километра два, вволокли на крышу, перемазавшись с головы до ног, долго обливали водой из тазика и оттирали полотенцами. К вечеру следующего дня жаркое февральское солнце высушило найденное сокровище, и супруги наслаждались мягким теплым ложем после "длительной и невносимой половой жизни", как выразилась Лена. 5.

Матрас отлично смотрелся и в снятой наконец отдельной квартирке. Рыжий "аргентинец" Мики с неестественной скоростью считал вслух на испанском последние лернеровские деньги, любовно уложил увесистую пачку в чудовищных размеров кошелек, хлопнул дверцей умопомрачительного "мерседеса" и обдал счастливых владельцев "коттеджа с садом", как с гордостью называл Илья свое приобретение, выхлопными газами, прозрачными и душистыми после советских... "Коттедж" действительно был не просто отдельной квартирой, но однокомнатным домиком с крохотным двориком, без подселенцев.