Чтение онлайн

Существуют еще две влиятельные философские концепции, которые не являются эмпиристскими, но в которых тем не менее проблема опыта является одной из центральных.

Прежде всего — это философская система Канта. Для последнего знание совпадает с опытом (Кант, 1965). Мысленные образования, предмет которых не может быть включен в систему опыта, в частности идеи Бога, трансцендентального Я, мира в целом, не могут претендовать на знание (хотя эти идеи и играют важную роль в познании и нравственной деятельности). Вместе с тем понимание опыта у Канта весьма отлично от эм-пиристского. Во-первых, опыт возможен лишь в результате применения априорных (вне-опытных) форм организации чувственного материала. Во-вторых, Кант подчеркивает взаимосвязь и вместе с тем несводимость друг к другу двух типов опыта: внешнего и внутреннего. Внешний опыт (относящийся к физическим телам и связанным с ними событиям) предполагает организацию ощущений априорными формами пространства и времени и априорными категориями рассудка. При этом Кант отличает восприятие от опыта. Для первого достаточно априорных форм пространства и времени. Опыт же возможен лишь на основе применение также и категорий. Внутренний опыт (относящийся к событиям во внутреннем мире сознания субъекта) осуществляется на основе априорной формы времени и определенных априорных категорий рассудка. В-третьих, по Канту возможен своеобразный «априорный опыт», когда в виде «чувственной данности» выступают сами априорные формы созерцания: пространство и время. Это имеет место, как он считает, в чистой математике.

Трансцендентальная феноменология Э. Гуссерля допускает не только чувственное, но и в нечувственное созерцание (восприятие) (Гуссерль, 1999). Кроме обычного опыта, считает Гуссерль, существует также и опыт необычный, совпадающий с трансцендентальной рефлексией. Это — созерцание «чистым сознанием» своих собственных априорных сущностных структур. Поэтому возможны «категориальное восприятие», «созерцание сущности» (вещи бессмысленные с точки зрения Канта). Трансцендентальный субъект может созерцать и самого себя и тем самым иметь о себе знание. Такого рода опыт, по Гуссерлю, лежит в основе всего познания и всей культуры. Мышление имеет смысл лишь в той мере, в какой оно обслуживает так понятый опыт.

Обсуждение проблемы опыта в истории философии, а также в современной литературе по теории познания, философии науки и когнитивной науке, как представляется, позволяет сделать следующие выводы.

1. Невозможно выделить совершенно непосредственное и абсолютно достоверное знание, отождествляемое с опытом — понимается ли это знание в духе эмпиризма как элементарные чувственные единицы или в духе феноменологии как самоочевидные феномены. То, что кажется сознанию непосредственно данным, всегда является продуктом активной деятельности субъекта, предполагающей использование определенных схем и эталонов (некоторые из них могут быть врожденными), языка, категорий культуры, а в науке также и теоретического языка (см. восприятие).

2. Мышление и опыт взаимодействуют. С одной стороны, результаты мыслительной деятельности так или иначе используются на опыте и в этом процессе подвергаются испытанию на пригодность (хотя способы определения этой пригодности могут быть весьма сложными). С другой стороны, сам опыт критикуется, меняется и переосмысливается на основе прогресса мышления. Поэтому опыт является категорией исторической.

3. В этой связи можно различать разные типы опыта. Это обыденный опыт, фиксирующий в обыденном языке и в правилах «здравого смысла» результаты повседневной житейской практики. Это применяемое в науке (прежде всего в описательных науках) систематическое наблюдение. Особой разновидностью последнего является самонаблюдение (интроспекция), бывшее основным методом эмпирической психологии XIX и начала

XX века. От обычного опыта следует отличать такую специфическую разновидность опыта как научный эксперимент, предполагающий не просто фиксацию естественно данного порядка вещей, а создание определенных искусственных ситуаций, позволяющих изучать явления «в чистом виде». Античная наука была основана на обычном опыте. Естественная наука Нового Времени положила в основу знания эксперимент.

4. Нет резкой границы между опытными и вне-опытными науками. Любой опыт предполагает вне-опытные компоненты. С другой стороны, — и в таких вне-опытных науках, как математика, имеют место догадки, гипотезы, отказ от того, что казалось абсолютно несомненным. Различие синтетических и аналитических высказываний, как показал У. Куайн, относительно. Есть целый ряд дисциплин, предмет которых не дан в опыте, но которые тем не менее не являются априорными, а имеют дело с эмпирически существующими текстами (история, филология, культурология, философия).

5. Есть большие сомнения в возможности выделения «внутреннего опыта» в качестве самостоятельного. Если обычный («внешний») опыт предполагает воздействие внешнего предмета на органы чувств субъекта, то непонятно, какие органы чувств может использовать субъект, испытывающий свой «внутренний опыт». И кто этот субъект? То, что представляется объектами «внутреннего опыта», на самом деле являются элементами или звеньями ориентации во внешнем мире (когнитивны ми схемами, дискурсивными или полудискурсивными образованиями; см. Представление, Я).

Сенсуализм (от лат. sensus — чувство, ощущение) — теоретико-познавательная позиция, согласно которой ощущения являются единственным источником и основанием знания.

Наиболее развитую форму сенсуализм получил в философии Нового Времени, и в течение длительного периода был главной формой эмпиризма. Однако последовательное осуществление сенсуалистской позиции оказалось непростой задачей. Так Дж. Локк, один из главных представителей сенсуализма, давший с этих позиций критику рационалистического учения о врожденных идеях, признавал наряду с ощущениями также и второй источник знаний — рефлексию, внутренний опыт разума о собственной деятельности (Локк, 1898). Такой сенсуалист, как Дж. Беркли, считал несомненным существование множества душ, воспринимающих ощущения и несводимых к последним (Беркли, 1978). Гораздо последовательнее сенсуализм Д. Юма, который и само Я попытался свести к совокупности ощущений (Юм, 1965). Одним из наиболее систематических выразителей сенсуализма был Э. Кондильяк. В своем «Трактате об ощущениях» он предпринял попытку вывести из ощущений все содержание знания и всю психическую жизнь. Так, восприятия по Кондильяку — это ассоциации ощущений (здесь он использует идеи Д.Юма), представления — след от ощущений, чувства удовольствия и неудовольствия тоже производим от них, то же он пытался проделать с мышлением, эмоциями и т. д. (Кондильяк, 1982). Сенсуалистской является теоретико-познавательная концепция Э. Маха, и она же ярко демонстрирует невозможность осуществления программы сенсуализма, в частности, тогда, когда Мах пытается представить волю как комбинацию ощущений и представлений (последние — сохраняемый в памяти след от предыдущих ощущений) или же найти ощущения пространства (Мах, 1908).

Сенсуализм потерпел крушение уже в попытке интерпретировать восприятие' как комбинацию ощущений (см об этом в соответствующих статьях). Тем более ему не удалось свести к ощущениям все содержание знания в целом. Это стало ясно уже в начале XX века, когда сенсуализм был сменен другими видами философского эмпиризма. Между тем, в отечественной философской литературе в течение длительного периода официально признанной была позиция сенсуализма, как результат некритического отношения к положениям В. И. Ленина в его книге «Материализм и эмпириокритицизм» (хотя в реальной практике исследований ряд философов по существу не придерживались этой точки зрения) (Ленин, 1957). Критикуя феноменализм Э. Маха с точки зрения материализма (реализма), В.И.Ленин оказался в зависимости от сенсуализма критикуемого им автора (Ойзерман, 1994).

Эмпиризм (от греч. — опыт) — теоретико-познавательная позиция, согласно которой источником и обоснованием всех знаний является чувственный опыт.

Первая и исторически наиболее распространенная форма эмпиризма — сенсуализм. Когда в начале XX века выявилась невозможность осуществления сенсуалистской программы, на смену ему пришли другие формы эмпиризма. Сначала это была попытка интерпретировать восприятие, а вслед за ним знание вообще, в понятиях «чувственных данных» (см. восприятие). Когда и эта программа оказалась неосуществимой, опыт был понят в философии логического эмпиризма как совокупность протокольных предложений, использующих «вещный язык», с помощью которого в пространстве и времени описываются непосредственно данные события, относящиеся к физическим вещам. К этому опыту логический эмпиризм пытался сложным путем свести все знание.

Все виды эмпиризма стремятся показать, что знание, кажущееся вне-опытным, является либо сложным продуктом опыта (логика, математика для Д. С. Милля), либо не знанием, а совокупностью аналитических утверждений, эксплицирующих некоторые особенности языка (логика, математика для логического эмпиризма), либо бессмыслицей (философская метафизика для всех представителей эмпиризма).

К середине XX века выявилась невозможность осуществления программы эмпиризма в любой его форме. Во-первых, было показано, что нельзя обосновать чисто опытным путем лежащие в основе научного исследования постулаты научного вывода, о чем писал Б. Рассел (в частности, правила индукции, постулат независимых причинных линий, постулат аналогии и др.) (Рассел, 1957). Во-вторых, после работ У. Куайна стало ясно, что разделение синтетических (опытных) и аналитических (вне-опытных) высказываний условно и относительно (Quine, 1951). Опыт не может быть «данным», а всегда нагружен интерпретацией. В случае научного знания — это теоретическая интерпретация эмпирических высказываний. В-третьих, в рамках современной когнитивной психологии было показано, что врожденные перцептивные эталоны и когнитивные карты играют важную роль в процессе чувственного восприятия.

Мышление — процесс решения проблем, выражающийся в переходе от условий, задающих проблему, к получению результата. Мышление предполагает активную конструктивную деятельность по переструктурированию исходных данных, их расчленение, синтезирование и дополнение.

Мышление может быть направлено либо на понимание реальных обстоятельств («в какой ситуации приходится действовать, как устроен мир»), либо на достижение практического результата («как достичь того, что мне нужно»). Мышление первого типа выражается в разных формах: ориентация в обстановке на основе обыденного знания, мифологическое, философское, научное (теоретическое и эмпирическое). Мышление второго типа существует в форме решения задач в ходе практических действий, а также в виде составления проектов действий (выявление системы средств, обеспечивающих достижение поставленной цели). В истории философии в течение длительного времени именно мышление первого типа (а внутри этого типа теоретическое) рассматривалось как выражающее сущность мышления и одновременно как высшая человеческая ценность. Но даже теоретическое мышление понималось преимущественно как рассуждение (в первую очередь дедуктивное, а затем также и индуктивное). Поэтому предлагавшиеся теории мышления были узкими по охвату проявлений реального мышления. Сегодня существуют концепции, полагающие, что проектное мышление вытесняет исследовательское мышление вообще и теоретическое в частности. В действительности же второй тип мышления необходимо предполагает первый: невозможно проектировать деятельность без знания реальной ситуации и без выявления возможности получения желаемого результата с помощью тех или иных средств.