Чтение онлайн

Наверно, национальная СБ. Может быть. А впрочем, это уже проблема Оллреда.

Каких-то сто метров — до наземной стоянки спидеров.

Через бар, мимо бассейна и оранжереи. Удобно: на таком месте никто не станет открывать огонь, если только руководство гостиницы не готово распрощаться со всеми своими клиентами. Клиентам же не было никакого дела до двух бегущих людей.

Слева от оранжереи вспыхнули снопы лазерных лучей. Скайуокера это удивило. Перестрелка республиканских вооруженных сил с охранниками отеля в повестке дня явно не значилась.

Если свои не пристрелят, будет вообще здорово, подумал он.

На наземной стоянке флаерами распоряжались два дроида. Рыцарь ударил их Силой — что ж, это лучше, чем привлекать внимание хорошо заметными издалека синими лучами саберов.

Скайуокер завел двигатель, поднял машину в небо и направил к оранжерее.

— Нам же в другую сторону? — спросил Кеноби.

А тебе вообще на Корускант, хотел ответить Анакин. Или еще куда подальше. Злился он, правда, не только на рыцаря. Больше на Оллреда. И на Баумгардена, который первым предложил рыцарю взять с собой бойцов.

… Только интересно, как бы Оллред это потом объяснял — несколько трупов вооруженных людей в республиканской форме на территории гостиницы…

Снова полыхнуло лазерами. Следующий сноп прошил воздух точно над головой сидящего рядом рыцаря. Скайуокер разглядел своих: Гранци, Берильон и еще двое штрафников.

Садиться он не стал, только снизил высоту до минимума.

— Оллред приказал ждать его сигнала, — скороговоркой выдохнул старший лейтенант Гранци.

— Да пошел он! — ответил Скайуокер.

Опять вспышка лазерных лучей — и четыре повеселевших лица в мерцающем свете.

— Рыцарь, и вы с нами? — спросил Гранци, запрыгивая в спидер рядом с Кеноби.

Джедай моментально подвинулся, а его вежливости, разумеется, хватило для доброжелательной улыбки в ответ на насмешку.

Остальной народ кое-как разместился на задних сиденьях.

Несколько минут полета, думал Скайуокер, а там уже шаттл. И еще минут пятьдесят — до «Виктории».

Скайуокер резко развернул спидер влево и потянул рычаг скорости на себя.

… форменный идиотизм на сегодня закончился.

… блестяще выполненная операция тоже.

Он вдруг услышал крик Кеноби.

— Пригнись!

… пятьдесят минут. Я прикажу пилоту лететь на максимуме — глядишь, уложится в сорок пять.

Слева что-то сверкнуло, потом Анакин услышал взрыв. Спидер встряхнуло, но скорости он не потерял. Вот только выровнять машину не получалось. Скайуокер не понимал, почему — смотрел на свои руки и не понимал. Сжимал пальцы на рукоятках и чувствовал, что хватка слабеет, чувствовал, что все его усилия утекают точно вода в песок.

… что за…

… задело чем-то.

… я еще тогда сказал Кеноби, что у них нет гранат. Оказалось, есть.

Скайуокер хотел повернуть голову — он вдруг подумал, что из-за этого наклона кто-то мог выпасть из машины — и только тогда почувствовал, что с левой стороны что-то колет и жжет, а по шее будто течет не то пот, не то дождь.

… какая-то случайность, нелепая, идиотская случайность.

… и только сейчас стало больно, я сразу не заметил.

Очень хотелось оторвать пальцы от рукоятки и потрогать голову в том месте, где жгло, но он решил, что может не успеть снова схватить рукоятки, и спидер врежется в землю или в стену здания или что там впереди…

… стена!

Только тогда, впервые за время всей напряженной операции, он ощутил страх — страх самый настоящий, животный — потому что понял: сил, чтобы ударить ногой по тормозам, уже нет. Этот страх, как ни странно, заставил его собраться. Спидер замедлил движение, а потом и вовсе остановился, только по левой голени после этого удара словно растекся жидкий огонь.

… значит, раньше был шок, и только теперь…

… надо стерпеть, не отключиться, не терять сознания.

… всего пятьдесят минут потерпеть, или даже сорок пять, я смогу.

Надо было оглянуться и посмотреть, все ли в порядке с его людьми. Он прижал левую руку к голове, смахнул ручейки крови с шеи и, пересиливая боль, попробовал повернуться.

… почему у Кеноби такое выражение на лице — что это с ним?

Повернулся, увидел, как двое бойцов пытаются остановить кровь, текущую из раны на груди Берильона.

… это наш лучший пилот… он не был в эскадрилье, он просто придумал план, да, план, и кто-то был этим планом недоволен, стоп, кто же это был, я же сам присутствовал на совещании, ах да, лейтенант Авендано, но теперь Авендано убит, а Берильон, вдруг он тоже убит?

… надо спросить, жив ли он, я должен это знать… нет, если пытаются остановить кровь, значит должен быть жив.

… и где этот ситхов шаттл?

— … где шаттл?

Собственный голос показался ему очень слабым, почти несуществующим, наверно так и было, раз его никто не расслышал. Хотя нет, выпрыгнувший из спидера Гранци обошел машину и остановился над ним, и у него было точно такое же дурацкое испуганное выражение лица, как у рыцаря, вот тоже, близнецы-братья…

— Рыцарь, — голос Гранци показался Скайуокеру безнадежно тихим и далеким, — у нас двое раненых и нужны носилки. Срочно…

Он смотрел на солнца — сквозь боль в выжженных глазах — он не мог отвести взгляда.

Он не понимал, почему здесь холодно. Здесь же всегда было жарко. С начала времен. А теперь от самих солнц исходил леденящий свет.

Обжигающий своим холодом.

Потом солнца словно отпустили его.

Впереди — бесконечная гладь песочного крошева.

… я уже был здесь, тогда я заблудился, но смог найти дорогу домой, значит, получится и в этот раз.

Поднялся ветер, сильный, сбивающий с ног. Не холодный и не теплый, безразличный. Разметал желтые холмы и, поставив пустыню дыбом, спрятал горизонт за стеной из колючей крошки.

Он знал, что от песчаной бури надо бежать, но вместо этого снова посмотрел на солнца и увидел, что неба больше нет. Был песок, а над песком висели два солнца, двумя огненными дырами зиявшие сквозь бесцветную мертвую пустоту. Мертвую, потому что не было более ни звездных систем, ни других миров, всех их уже поглотила пустота, и ничего живого на этой планете тоже не было.