Чтение онлайн

– Откуда же ты, – сонливо прошептал полукровка и с осторожностью приблизился к иноземному посланнику. Таких птиц он никогда ранее не видел. Точнее, видел, но очень и очень давно, когда жизнь его была чем-то вроде сладкого сна без печали и постоянных тревог. Но все изменилось…

Птица противно гаркнула, встрепенулась, распушила красный гребень на голове, но все же спустя мгновение позволила Гёто прикоснуться к себе и забрать письмо. Как он и предполагал, послание было на иностранном языке. Когда Ватари раскрыл свернутый в трубочку кусок пергамента, в глаза ему тут же бросились непривычные символы и знаки – он сразу осознал, из каких мест прибыл крылатый хищник – то была другая часть света. От бумаги пахло благовониями. Эльф до сих пор помнил этот аромат, навивающий воспоминания о забытой жизни по ту сторону темных морей. Мысли о прошлом только болезненно кольнули его сердце, и он, оставив почтовую птицу в комнате, выбрался на козырек крыши через открытое окно.

Воздух пропитался влагой, плитки из колотого сланца блестели под его ногами, окропленные капельками утренней росы; солнце поднималось над горизонтом. Местные жители уже не спали – работа на полях подле маленького городка шла полным ходом. Ватари свысока видел женщин и мужчин, занятых сбором урожая средь широких гряд посаженных овощей.

Под грохот проезжающей мимо телеги с сеном Гёто присел на край крыши и попытался прочесть письмо. С первого раза суть послания показалась ему несколько спутанной, но перечитав текст в четвёртый раз, он смог полностью разобрать его смысл. Да, все шло как нельзя лучше, и теперь оставалось только рассказать об этом главнокомандующему Лукардо Доминики.

– Почему ты не спишь? – отвлек эльфа от раздумий знакомый голос. Тот повернулся: Присцилла сидела на подоконнике своей спальни, свесив ноги к мокрым сланцевым плитам. Её окно так же выходило на козырек крыши, а потому она легко повторила подвиг Ватари, составив ему компанию.

Эльф только поморщился, когда та присела рядом.

– Меня разбудил вестник, – вздохнув, он показал девушке письмо, будто бы совсем этого не желал. У неё от удивления округлились заспанные глаза.

– Что это? Весточка от твоего клана?

– Нет. Это гёто.

– Гёто? – глупо переспросила она как попугай. – Но как?

– А я разве не говорил? – на мгновение в Ватари вспыхнуло раздражение. – Когда мы были в О’нес, я отправил птицу на Острова с просьбой о помощи. Сообщил объединенным племенам, что у нас проблемы с магами, и, судя по письму, они выслали в нашу сторону несколько кораблей.

Вместо радости эльфийка только приуныла.

– Вообще-то, – её грустный взгляд устремился вдаль на поля. – С момента нашей встречи в О’нес мы так и не разговаривали.

Полукровка призадумался – все так и было. Они давно не оставались наедине. Рядом всегда ошивался то бард с его вечными россказнями, то Закарайя, неумело маскирующийся под чью-то бледную, молчаливую тень. И откуда они вообще взялись? Ватари эти личности нравились куда меньше, чем ныне покойная Орнелла. Она не вызывала у него отвращения.

– Знаю, прости, – слова, слетевшие с губ, пропитались гнилью. – Но и сейчас я не могу поговорить с тобой. Я должен идти.

– Куда? – апатия все сильнее давила на девушку. Кажется, теперь она уже ничему не удивлялась.

– Мне нужно встретиться с Лукардо Доминики, показать ему письмо. Гёто требуют, чтобы их встретил я и кто-то из главнокомандующих, иначе они не спустят якоря.

– Хочешь сказать, что ты собрался встречать корабли гёто один?

Неприятная пауза наэлектризовала воздух.

– Да.

– Я пойду с тобой! – эльфийка вдруг дернулась и схватила собеседника за руку. – Ты с ума сошел?! Ты ведь пришел за мной в О’нес не для того, чтобы потом оставить здесь одну?!

– Ты никуда не пойдешь. Точка, – парень грубо оттолкнул подругу от себя. – В письме сказано «прибыть с отрядом». Я не должен противиться их требованиям, а если я возьму тебя с собой, то придется тащить хвостом всю остальную армию!

Ватари сам не заметил, как повысил голос. Очередную вспышку раздражения сменил стыд, а вот на лице Присциллы застыл явный испуг. В её блестящих глазах одна мысль сменялась другой.

– Что с тобой? – голос прозвучал отстранённо и холодно.

Эльф поднялся на ноги, стараясь не встречаться с девушкой взглядом. К горлу вдруг начала подниматься тошнота.

– Прости, – даже повернувшись к собеседнице спиной, он чувствовал на себе испепеляющий взор. – После смерти Орнеллы многое изменилось. У меня было время на раздумья.

– Что же ты надумал, Ватари?

Он нашел в себе силы повернуться к эльфийке.

– Что я больше не хочу никого терять. В ту ночь, – парень запнулся. – В ту ночь, когда на нас напали разбойники, я не смог тебя защитить. Также я не смог защитить Орнеллу. Если я возьму тебя с собой, вероятность что все это повторится, очень высока. Даже с малым отрядом я не могу дать гарантии, что все пройдет без осложнений.

Присцилла поднялась на ноги.

– И поэтому ты хочешь пойти один, представляя себя ещё большей опасности?

– Да.

– Потому что не сможешь меня защитить?

– Да, – ещё раз кивнул Гёто.

– Ты думаешь, я не могу за себя постоять?

Вместо ответа неловкое молчание.

– Понятно, – девушка смахнула что-то со щеки. Возможно, это были слёзы. – Ладно, это твое дело, Ватари, делай что хочешь. Но прежде я могу тебя спросить?

– Спрашивай.

– В ночь нападения, в палатке, ты задал мне вопрос. Какой ответ ты хотел на него получить?

Эльф замер в оцепенении. Действительно, что он хотел услышать в тот раз? Ведь ядовитый вкус сомнений не покидал его с рассвета на похоронах Орнеллы. Старые раны не заживают со временем, а только медленно гниют под плотью незримо для остальных, и только ты чувствуешь, как «болезнь» разъедает твое нутро и душу, калеча рассудок.

Парень не побоялся ледяного взгляда Присциллы, потому сделал глубокий вздох и высказал то, о чем думал все последние дни.

– Я и сам не знаю ответа на этот вопрос, – он виновато склонил голову. – Но больше я не хочу никого терять. Я не переживу ещё одной утраты, – слова давались с трудом. – Мне жаль, что все так получилось. Прости.

Полукровка вернулся в свою комнату разбитым и жалким. Жалел он сам себя, а птица, засевшая на потолочной балке, вопросительно уставилась на него злыми глазенками. Ватари решился написать ответ и отвернулся от закрытого окна, в надежде, что девушка поняла его правильно. Он оставил её одну на крыше… Интересно, возненавидит ли она его теперь? Быть может. Эльф не хотел причинять ей боль, но это было ради её же безопасности. Он думал, лучше держаться поодаль на расстоянии, наблюдая за происходящим, нежели находиться рядом и подставить подругу под удар.

Гёто хотел искренне верить, что поступил правильно. Но то, как он это сделал, оставило в его душе неприятный осадок.

– Все будет хорошо, – вслух попытался успокоить он себя и черкнул первое слово на белом пергаменте.

Демиан проснулся в кровожадном настроении и довольный собой, а в его объятьях тихо посапывала Лоурен. Все прошло как нельзя лучше: за одну ночь он поигрался сразу с двумя шлюхами. Салазар, ныне носящий личину младшего брата, уже давно не испытывал ничего подобного, сладкого и бессовестного. Единственное, что ему досаждало, так это настоящий Демиан пленённый в глубинах своего же сознания. Он кричал, бился о стенки разума, звал на помощь, но его никто не слышал. Каково это, блуждать в совершенном одиночестве в кромешной темноте? Как бы Демиан ни старался, он не мог вернуть себе тело. Его время прошло, и настала эра Салазара, эра – которая запомнится людям своей жестокостью и безжалостным кровопролитием.