Чтение онлайн

Говоря о новых подходах в идеологической работе партии, Микоян особо подчеркнул важность для СССР таких научных учреждений, как академические институты по изучению мировой экономики, стран Востока, он подверг критике их нынешнее состояние, не позволяющее эффективно изучать актуальные проблемы мировой экономики и международных отношений.

Микоян впервые публично позволил себе раскритиковать «Краткий курс истории ВКП(б)», а также отдельные положения последней работы Сталина – «Экономические проблемы социализма в СССР», заявив, что она не объясняет многих явлений современного капитализма, проявившихся после окончания Второй мировой войны [92] .

Естественно, что у «неподготовленных» к такого рода оценкам делегатов съезда и его гостей (все же в Микояне абсолютное большинство из них видели одного из ближайших соратников Сталина) возникла весьма неоднозначная реакция. Сегодня становится очевидным, что это не был «экспромт» Микояна, а согласованная с Хрущевым акция по проверке настроений делегатов съезда перед вторым, судьбоносным докладом о культе личности Сталина и его негативных последствиях. И выглядит весьма символичным, что роль первого разоблачителя на XX съезде негативных явлений прежних времен была возложена Хрущевым именно на Микояна [93] .

Можно предположить, что если бы реакция собравшихся оказалась более негативной, Хрущев мог в значительной степени смягчить содержание своего доклада о культе личности или вообще от него отказаться, опасаясь неблагоприятных для себя лично последствий.

Но все прошло относительно гладко. Исторический не только для СССР, но и всего международного коммунистического движения доклад Хрущева состоялся. А чем все это обернулось уже в первые месяцы после его неофициального обнародования, нами будет рассмотрено ниже применительно к советской внешней политике на ее самых различных направлениях.

Автор посчитал необходимым не ограничиваться собственным изложением и анализом этого, несомненно, исторического выступления, но и привести его характерные фрагменты применительно к международной составляющей.

Кроме того, чтобы более объективно оценить резонанс, который возник в советском обществе после окончания работы XX съезда и выступлений на нем Хрущева и Микояна, ниже (Приложение 2) мы привели выдержки из личного дневника одного из молодых советских интеллектуалов, наглядно демонстрирующие царившие в нем в тот период весьма неоднозначные настроения.

Из речи А. И. Микояна на XX съезде КПСС, 16 февраля 1956 г. [94]

Некоторые вопросы внешней политики

Разительны успехи советской внешней политики, в особенности за последний год. И здесь руководящий коллектив партии внес новую свежую струю, проводя высокопринципиальную активную и гибкую, выдержанную в спокойных тонах и без ругани внешнюю политику, исходя из незыблемых ленинских заветов о мирном сосуществовании стран с различным общественным строем, имея главной своей целью устранить военную угрозу и обеспечить мир для всего мира.

К удивлению многих буржуазных деятелей, наше Правительство не побоялось открыто заявить по ряду международных вопросов о таких фактах, когда в нашей внешней политике в прошлом допускались те или иные ошибки и когда в некоторых случаях обострялись отношения и по нашей вине. Советское правительство решительно пошло по пути устранения недостатков нашей работы в области внешней политики. Это нагляднее всего видно на примере решения вопросов об отношениях Советского Союза с Югославией. Конечно, на такие шаги, на какие пошел Центральный Комитет в период между XIX и XX съездами в югославском вопросе, способны только истинные ленинцы. Теперь хорошо видно, насколько правильными были эти смелые шаги, насколько они оказались плодотворными для судеб дела мира и социализма. (Аплодисменты).

Да и ряд других мер – ликвидация наших военных баз в Китае и Финляндии, ликвидация смешанных обществ в странах народной демократии, мирный договор с Австрией и другие – также говорят о смелости нашей политики, о ее принципиальности, уважении суверенных прав других стран, о ее активности и тем самым плодотворности.

Наша внешняя политика строится, как этому учит марксизм-ленинизм, с учетом конкретных особенностей обстановки, реального соотношения сил, при правильной оценке разницы и оттенков политики отдельных стран в определенный период и прежде всего в главном для нас вопросе – в вопросе борьбы за мир. При этом были отброшены некоторые закостенелые формы работы нашей дипломатии, наших внешнеторговых и экономических органов в их отношениях с иностранными государствами и гражданами этих стран, ликвидирована изоляция советских общественных и государственных организаций от внешнего мира, расширены контакты между советскими и зарубежными государственными, партийными деятелями и общественными организациями.

В смысле разрыва связей между странами отрицательную роль сыграли известные американские агрессивные круги. Однако они пытались свалить вину за это с больной головы на здоровую, с себя на советских людей, выдумав крылатую фразу о «железном занавесе», якобы воздвигнутом Советским Союзом. Преподносилось это как признак некоей «слабости советского режима», якобы нашей боязни всего, что может проистечь от соприкосновения советских людей с иностранцами. Договаривались даже до того, что такие контакты якобы могут расшатать наш государственный строй.

Нам удалось быстро развеять этот миф и развернуть широкие связи с зарубежными странами как по линии государственной, общественной, так и по линии искусства, туризма, спорта и т. д.

С одними странами, демократическими, эти контакты развиваются очень хорошо и имеют большие перспективы дальнейшего роста. С некоторыми государствами, например с США, дело двигается со скрипом, ввиду прямого сопротивления госдепартамента, вопреки горячему желанию американского народа и многих общественных организаций США.

Можно привести хотя бы такой курьезный пример. В прошлом году в Москве гостили представители американских ресторанов – знакомились с достопримечательностями, посетили все интересовавшие их предприятия – рестораны, столовые. Мы не ставили даже вопроса о том, чтобы на условиях взаимности наши люди посетили США. Просто, будучи довольны нашим гостеприимством, американские гости пригласили московских специалистов ресторанного дела побывать у них, ознакомиться с работой американских предприятий массового питания. Так начал налаживаться контакт в этом деле. И вот недавно пять работников московских предприятий общественного питания собрались было в поездку в Америку, как вдруг госдепартамент известил о том, что их приезд в США он считает нежелательным. (В зале оживление, смех). Видно, для иных деятелей госдепартамента опасны даже каши повара и кулинары. (Смех, аплодисменты). Кто за контакты и кто против, видно всем и на этом маленьком факте.

Мы своими словами и делами разоблачили фальшь, распространяемую враждебными кругами за границей об агрессивности советской политики, доказав всю глубину ее миролюбивого характера. Мы развеяли в прах глупые выдумки о том, что мы якобы боимся общения с иностранцами.

Да и смешно даже думать, что коммунисты могут бояться общения с капиталистическими странами. У кого лучше общественный строй – в Советском Союзе или в капиталистических странах? У кого выше идеи – наши ли, марксистско-ленинские, или идеи капиталистического мира, который, правда, имел свои великие идеалы в эпоху Французской революции, но на закате своей жизни остался без прогрессивных идей? Старые идеалы устарели, а новых, которые были бы направлены на прогресс человечества, у капиталистического строя теперь нет и быть не может, ибо это – строй отживающий, он находится уже в обозе истории. (Оживление в зале. Аплодисменты). (…)