Чтение онлайн

– Только набирать начали, – чуть с укоризной сказала в ответ Любаня. – Где их раньше брать-то было, тут такое творилось!

– Мы можем баб на солярку сменять, – сказал Хамзат. – Десять баб есть, все молодые-красивые, здоровые. Сколько в обмен дадите? Ну и генераторы.

– Ой, Валерик! – задергала Зятя за рукав Любаня. – Можэ, поговоришь, а? Мы тогда бордель сразу запустим, наживать начнем!

– Поговорим, поговорим… – брезгливо поморщившись, ответил Валера, выдернув рукав из цепких пальцев своей подруги. – Сказал же, что сам решать не буду, с Володькой и братвой перетру.

2 апреля, понедельник, раннее утро

Выехали затемно. Выезд еще с вечера согласовали с Пантелеевым, и тот сказал, что, если нам удастся разжиться резиной, а заодно выяснить, можно ли там ее набрать в товарном количестве, то он не только расход соляры нам восполнит, но еще и впрок обеспечит, чтобы и дальше искали всякое нужное и в хозяйстве полезное.

Как и решили, вышли тремя машинами: «Патрулем», «садком» и «буханкой». К моему удивлению, «буханка» предстала глазам полностью преображенной – решетки на окнах, лобовое стекло закрыто сеткой рабица в стальных рамках, и такие же рамки у боковых стекол висят. Грубый сварной кенгурятник закрывал машину спереди, а над кабиной висела дуга, на которой будут дополнительные фары, когда их добудем. На крыше появились невысокие трубчатые перила, превратившие ее в смесь дополнительного багажника со сторожевой площадкой. А в крыше – сдвижной люк, через который очень даже запросто мог высовываться стрелок или даже пулеметчик. В общем, неплохо Мишка со Степанычем потрудились.

«Садок» был пока в стандартном исполнении, даже кабина не покрашена, как я приказывал, кстати. Такая, да «буханка», да два «уазика», например, и мы сможем в дальние-дальние рейды ходить при необходимости. Разве что кунг внутри дооборудовать надо, под жилье и груз. И в «буханке» дополнительные крепления предусмотреть.

На время марша я чуть изменил состав экипажа «Патруля». За рулем сидел Шмель, у него за спиной Сергеич, пристроивший сошки пулемета на крышу, а вот вместо Маши справа от него сидел Леха, вооруженный на этот раз своим новым автоматом, четвертым в кабине был я. «Сто пятый» сегодня я брать не стал, вооружился уже привычным переделанным АКМ. Решил, что в неизвестной ситуации прибавка в огневой мощи не помешает. Все остальные наши разместились в грузовиках, тянувшихся следом в некотором отдалении.

Раз необходимости радикально экономить горючее не стало, я дал команду свернуть на МКАД. Неплохо будет доразведать и эту стратегическую трассу. Если на ней ни засад, ни препятствий не имеется, то теперь, когда риск пробок и заторов снизился до нуля, ею можно будет пользоваться с очень большим удобством, не лезть лишний раз в опасный город.

Обогнуть Москву решили против часовой стрелки. Мне хотелось бросить взгляд на Рублево-Успенское шоссе, как знать, что там можно полезного добыть в будущем, а заодно на Минское, по которому мы планировали в будущем скататься к «автомастерам», с которыми познакомились на мародерке.

Когда мы свернули на Кольцевую, рассвет еще только занимался. Темно-розовый круг восходящего солнца своими лучами подсвечивал тучу черного дыма, висящую над городом, придавая картине вид зловещий до невозможности, вроде как разглядываешь панорамные съемки преисподней. Мороз по коже и жуть сплошная.

Мертвяков возле трассы не было видно совсем, видать, ничего их здесь не приманивало – тоже большой плюс в пользу этого маршрута. Зато были люди. Мы еще до Новорижской не доехали, как нам навстречу попалось несколько разношерстных групп машин с вооруженными мужиками. Тоже мародеры, тут и вопросов не возникает. Друг на друга внимания эти группы не обращали, потому, видать, что драться есть смысл над добычей, а не просто так, случайно встретившись.

Я даже забеспокоился о том, что мы с нашей вылазкой на «Ашан» можем опоздать, но сам себя одернул – такой объект по зубам лишь большому отряду, и желательно с броней, малую группу мародеров, вроде нашей или попадающихся навстречу, мертвецы там в клочки порвут – столько их скопилось. Так что пока они залог сохранности товара. Нет, уже не товара – добычи. Теперь все превращается в добычу, а уж она потом – снова в товар.

Немного было мертвяков и у торговых центров, расположившихся по внешней стороне Кольцевой. Дорога и прилегающая к ней полоса отчуждения были, по всей видимости, достаточным препятствием для зомби, идущих со стороны города. Поэтому у пары магазинов мы видели людей с машинами, что-то деловито грузивших. Иногда доносились нечастые выстрелы. Это понятно, мародерствовать лучше всего начинать именно отсюда, а вот дальше… дальше придется грабителям двигаться все глубже и глубже в город, и вот тогда возникнет вопрос экипировки, численности, тактики и умения.

Заторов на Кольце не было, и даже похоже, что кто-то с ними целенаправленно боролся. На асфальте явственно виднелись следы гусениц, а машины, растолканные к обочинам, несли на себе следы безжалостного контакта с отвалом бульдозера или БАТа. Впрочем, самих машин тоже было немного, откуда им браться посреди трассы? Еще я обратил внимание, что у большинства пробиты топливные баки – бензин сливали.

– Серый, – окликнул меня Шмель, задумчиво нахохлившийся за баранкой.

– Ась?

– Если к этим хлопцам двинем, ну… которые багги делают, то, может, есть смысл пару «жигулей» с улицы на буксир подцепить? – спросил он.

Я задумался, затем уточнил:

– В подарок, что ли? Или зачем?

– В виде аванса, – пояснил Мишка. – Переделывать только совок можно, импорт весь сложный и проблем с ним выше башки. Два «жигуля» – это два движка, два комплекта подвески и всего прочего по два. Им это все до зарезу надо наверняка, но так они сами за ними катаются.

– В смысле… ты хочешь такими авансами сразу работу им оплатить? – понял я идею.

– Ага, именно, – кивнул он. – Три машины притащил – одну багги получил. Так и работа оплачена, и им прибыток, и на нас свои запасы они не расходуют.

– Ну… давай попробуем договориться, – кивнул я. – Думаю, что согласятся, почему бы и нет? По-любому что-то с них за это сторгуем. А «садку» лишнего «жигуля» тащить без проблем.

В зеркале заднего вида появились фары, осветившие дальним светом нас и дорогу перед нами.

– Внимание всем, – скомандовал я в рацию. – Нас сзади догоняют, мало ли чего?

Догнали быстро. Два новых «Лэндкруизера» черного цвета, явственно напомнивших пресловутых фармкоровцев, быстро обошли нас по левой полосе. Машины уже были заметно переделаны – кенгурятники, решетки на окнах, дополнительная защита, самодельные багажники на крышах, за каждым – по прицепу, в общем, «Мародер-Мобиль». Внутри сидели несколько человек в разномастной одежде, все больше в кожаных куртках, все средних лет, крепкие, с автоматами. Однако враждебности они не проявили, а сидевший справа, рядом с водителем, крепкий блондинистый мужик, похожий на актера Меньшова, даже помахал рукой. Затем они приняли вправо, снова смещаясь в средний ряд, и вскоре красные огни габаритов ушли от нас вдаль, а потом резко свернули с трассы, пошли по развязке как раз на Рублевку.

Мы же неторопливо прокатили дальше, чуть притормозив возле поворота на Минское шоссе. Там наше внимание привлекла небольшая колонна в составе БТР, «бардака», бронированного «Урала» и автовышки. Возле машин стояла кучка военных с автоматами и несколько мужиков в униформе эмчеэсовских спасателей.

– Прижмись, поболтаем, – попросил я Шмеля.

Не думаю, что военных опасаться стоит, а вот узнать от них что-то новое можно. Однако, когда мы остановились, особого дружелюбия не встретили – башни брони развернулись на нас, а люди рассредоточились, готовые открыть огонь при малейших признаках угрозы. Все верно, такие теперь времена, мать их ити.

Я привычно натянул на лицо уже натренированную за последние дни дружелюбную лыбу, поднял маску на лоб – без масок я вообще запретил своим на боевые ходить. Мало ли кого кто узнает и запомнит. Не нужно это все. Только вот в таких ситуациях, как сейчас, маска мешает, не доверяют люди человеку с закрытым лицом.

Когда я подошел ближе, навстречу мне вышел капитан с потертым АКМ, висящим наискосок на груди, с зажатой в зубах тлеющей сигаретой.

– Здравия желаю, – поприветствовал я его, подходя.