Чтение онлайн

Я вытянул руку так, чтобы было видно мобилу. Большой палец на кнопке вызова. Держался спокойно, даже с ленцой. Никаких резких движений. Будто я — начальник, который зашёл в комнату для совещаний, проконтролировать работу подчинённых.

— Добрый вечер, Игорь Михайлович, — вежливо сказал я, остановившись на середине помещения.

Его охранники напряглись. Тронули стволы, поглядели на своего хозяина — мол, можно?

Олигарх взглянул на меня. Сканирующий, цепкий взгляд серых глаз. Он едва заметно пошевелил ладонью левой руки — видимо, знак охранникам: «спокойно, не дёргаться».

Местные ребята-автоматчики тихонько, пятясь, дошли до двери на противоположном конце помещения, бесшумно открыли её, после чего исчезли.

Теперь я посмотрел на Серёжиного дядю. На его лице застыло плохо скрываемое недоумение. К счастью, никаких синяков или других следов насилия я не заметил. Хороший признак.

— Кто такой? — рявкнул Бугай.

— Меня зовут Александр, — ответил я. — Можно просто Саша. Я бы хотел поговорить.

— И чё, предлагаешь по мобиле потрещать? — усмехнулся олигарх, доставая из кармана пиджака собственный сотовый телефон. — Ну, давай номер.

Его охранники переглянулись и, уловив настроение главного, заулыбались.

— Нет, — спокойно ответил я. — Важные вопросы я предпочитаю обсуждать лицом к лицу. Телефон мне нужен как небольшая подстраховка. На случай, если вы вдруг окажетесь не готовы к разговору.

Я успел уловить, как в его глазах промелькнула тень растерянности. Он никак не мог поймать модель поведения, не находил ответа, кто я такой и что я здесь делаю. Его замешательство легко объяснимо: молодой парень, одет недёшево, явно не здешний. Ведёт себя вызывающе, трясёт мобилой. Видимо, он лихорадочно пытался вычислить, кого из конкурентов я представляю, и соображал, не ждёт ли команды в ближайших кустах силовая группа поддержки.

Моя же задача состояла в том, чтобы разжечь эти сомнения и вывести его на серьёзный разговор.

Он поглядел на экранчик своего аппарата. Потом изобразил удивление, поднял брови и сказал:

— Надо же, поставили вышку. Раньше связи не было.

— Шеф, да уже год как! — вмешался один из охранников, но тут же осёкся, наткнувшись я холодный взгляд олигарха.

— Что за люди у тебя на кнопке? — поинтересовался олигарх.

Теперь он изображал спокойствие, даже вальяжность. Разумная модель поведения. Надо сначала вытащить как можно больше информации, чем он и собрался заняться.

— Серьёзные люди, — ответил я. — При необходимости армию положат.

У меня, конечно, не было полной уверенности в том, что китайские товарищи действительно на это способы, но прошлая демонстрация возможностей на меня произвела довольно сильное впечатление.

— Ты ведь из Москвы, так? — прищурился Бугай.

— Возможно, — кивнул я.

— Плохо, — он притворно-грустно вздохнул. — Придётся показать, кто в доме хозяин.

В следующую секунду на меня смотрело четыре ствола. Я едва сдержался, чтобы не прищуриться в ожидании выстрелов, но всё-таки сумел подавить рефлекс.

Ещё один тест. Спровоцировать страх, через это понять: реально ли за мной кто-то стоит прямо сейчас, есть ли угроза или же я, что называется «беру на понт».

— Вызов успеет пройти, — спокойно сказал я.

— И почему это должно нас испугать? — так же спокойно вопросом ответил Бугай. — Если уж угрожаешь, говори, чем именно.

— Сложно сказать, — честно ответил я. — Предыдущий раз, когда я это делал, генерала ФСО положили лицом в асфальт. В центре Москвы. За несколько секунд.

Снова тень растерянности в глазах. Видно, почуял правду, но она только сильнее сбила его с толку.

— Чем же он тебе насолил? — прищурился олигарх.

— Пытался перерезать мне горло.

Я спокойно ответил на него сканирующий взгляд.

Последовала долгая пауза. Всё это время на меня было нацелено оружие. Серёжин дядя смотрел на меня так, будто видел впервые в жизни. В его глазах была странная смесь недоверия и восхищения.

— Что ж, — кивнул Бугай. — Давай поговорим.

Стволы медленно и неохотно опустились. Я тоже убрал палец с кнопки вызова.

— Благодарю, — кивнул я. — Наедине.

Олигарх усмехнулся.

— Хорошая попытка, — ответил он, — но нет.

— Вы сами будете не рады, если нас услышит кто-то ещё, — ответил я.

Он снова прищурился. Поколебался немного, и кивнул.

— Ну хорошо, — сказал он, поднимаясь. — Пойдём со мной.

Мы вышли из помещения в тёмный коридор. Где-то справа хлопнула дверца одного из кабинетов. Похоже, охранники объекта ретировались. Видимо, подслушивали, что происходит, стоя у двери с той стороны.

Бугай уверенно шёл вперёд, прекрасно ориентируясь в потёмках. Мне ничего не оставалось, кроме как поспевать за ним.

Конечно же, я оставался настороже: от такого типа можно было ожидать всего, чего угодно. Он вполне мог заманить меня в какую-нибудь подсобку потемнее, а там попытаться забрать телефон и скрутить.

Однако же этого не произошло.

Мы дошли до конца коридора, олигарх уверенно толкнул последнюю дверь справа, которая с лёгким скрипом распахнулась. Дверь вела в небольшой кабинет, обставленный старой советской мебелью: столом, парой стульев с мягкими спинками, книжным шкафом, забитым какими-то папками и массивным комодом, на котором стоял огромный пучеглазый телевизор. Возможно, даже ламповый. Потёртый паркет в центре кабинета был прикрыт облезлой ковровой дорожкой, когда-то красной, а сейчас выцветшей до кирпичного цвета.

Бугай подошёл к столу, сел на его край и скрестил руки.

— Ну что, слушаю, — сказала он. — Ты чьих будешь?

Я улыбнулся.

— Напрасно вы так. Я не холоп.

— Ладно, не холоп. Какие у тебя дела с Гуменюком?

— Никаких, — я развёл руками.

— Тогда какого фига ты с ним здесь делаешь? И что стало с моими людьми?

— Если ваши люди — это те мордовороты, которые вломились в его квартиру, то они погибли. А здесь, на зоне, мы прятали их тела. Антон Семёнович посчитал, что так будет проще, чем пытаться скрыть их где-нибудь в центре Киева.

Глаза Бугая сначала округлились. Затем прищурились. Затем снова округлились. Видимо, он продолжал перебирать в голове гипотезы, кто же я такой, и не стоит ли свернуть мне шею прямо сейчас.

— Ты прикончил моих людей? — холодно спросил он.

— Нет, — я помотал головой. — Я таким не занимаюсь. Ну… в смысле, только в случае крайней необходимости. Но ваших людей я не убивал.

— Кто же тогда это сделал?

— Они сами, — ответил я, после чего коротко, но максимально подробно описал то, что случилось в квартире Серёжиного дяди.