Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Эпоха перемен

Неделько Геннадий Борисович

Шрифт:

Так, питаясь человечиной, на костях и крови миллионов людей капитализм дожил до наших дней. Сильно ли изменилось лицо капитализма сегодня? Мы, русские люди, пожертвовавшие во благо развития капитализма миллионами жизней, уже имеем право судить об этом. И полная чушь, что здесь, у нас в Украине и России, модель нашего, капитализма особенная — "бандитская". Если сорвать маску, то без маски капитализм и сегодня, такой же как и у нас везде и всюду. А порой её и срывать не нужно.

"С ощущением полной безнаказанности официальные источники легко признают, что в период между 1981-м и 1983-м гг. с карты страны были стерты 440 индейских деревень; в результате этой самой массовой кампании по истреблению индейцев были убиты или пропали без вести многие тысячи мужчин и женщин. Эта зачистка горных территорий унесла также бесконечное число детских жизней". /Эдуардо Галеано, Уругвай/Вот так вот не стесняясь смертей и крови современный капитализм "с человеческим лицом" и сегодня, преследуя единственную свою цель наживу, мало чем отличается от средневекового. А с развалом СССР капиталисты обнаглели так, что запросто развязывают войны во всём мире и даже в Европе. Например в Югославии, где бои отгремели уже почти 15 лет назад и по сей гибнут люди. Гибнут от онкологических заболеваний вызванных применением войсками НАТО снарядов и ракет с боеголовками начинёнными обеднённым ураном. В странах, где применялось такое оружие (Афганистан, Ирак, Югославия) численность онкобольных возросла в 10 раз. Женщины боятся рожать, так как на свет появляется огромное множество уродливых детей-мутантов.

Постоянные, спровоцированные глобализаторами (крупным мировым капиталом, который можно назвать ещё и олигархатом) цветные революции и войны, развязанные США и НАТО, с целью насаждения в других странах демократии по-американски, гибель мирных жителей и детей от бомбёжек и крылатых ракет в странах к которым США и их сателлиты имеют "свой интерес", говорит о том, что капитализм остаётся таковым каковым он и был. В чём же заключается этот "интерес"? Да в том, что стоит только какой либо из стран найти на своей территории нефть или газ, а их правительству не согласиться на те условия и претензии, которые к этой находке вскоре выставляют США, как тут же они становятся, по той или иной, но всегда надуманной причине, опасными для "мирового сообщества". Кто это "мировое сообщество" мы уже знаем. Это элита стран, так именуемого "золотого миллиарда", в среде которой весьма популярной является точка зрения, что природные ресурсы должны принадлежать не тому государству, на территории которого они находятся, а тому, кто более эффективно может ими распорядиться. Понятно, что такой подход озвучить всему миру западная элита не решается, поэтому ими придумана новая захватническая формула, — "достояние человечества". Естественно, надо понимать, что человечество это лишь они, все остальные, — человекоподобные. Иначе как международный рэкет такую политику не назовёшь, — не отдашь подобру, возьму силой. А как иначе, ведь капиталисту надо обогащаться. На то он и капиталист, чтоб преумножать свои богатства. Он (капиталист) хищник изначально. А кого мог произвести на свет хищник? Из яйца крокодила или коршуна вылупится только крокодил или коршун и чем их не корми, — крокодил останется крокодилом, а стервятник стервятником. Генетика, — куда от неё денешься.

Что капиталисту хорошо, то народу смерть

Лучший аргумент против демократии — это 5 минут беседы с обычным избирателем.

Уинстон Черчилль

Я не знаю, каким нужно быть слепым и глухим, чтобы не замечать, что сегодня происходит в мире, и тупо ратовать за тот строй, который несёт гибель и который существует теперь у нас на постсоветском пространстве. Строй, где большинство людей озабочено лишь тем как выжить, и все мысли человека подчинены одному: что я буду есть завтра? На что я куплю себе одежду? Как оплачу жильё? Даже в тех семьях, что живут благополучно, в так называемом, среднем классе общества нет абсолютно никакой уверенности в завтрашнем дне. Люди живут в вечном страхе перед будущим, и этот страх гораздо сильнее и многограннее страха который якобы испытывали люди в СССР перед карательными и силовыми органами (ЧК, ОГПУ, КГБ и пр.) Именно по причине безысходности и страха перед будущим происходит самое большее количество самоубийств и попыток суицида. И лично я сильно сомневаюсь, что так представляли своё будущее те, кто более 20-ти лет назад поверил обещаниям яковлевх, ельциных, чубайсов кравчуков и им подобным, — кто поверил демократам-реаниматорам капитализма.

Если представить невозможное (демократы этого конечно не допустят никогда) и сегодня бы был проведён референдум, в котором населению было бы задано всего лишь два вопроса следующего содержания:

Первый: устраивает ли вас нынешняя жизнь, и желаете ли вы оставаться в том общественном строе, который существует сегодня?

И второй: жалеете ли вы о том, что не стало СССР и хотите ли вновь вернуться в страну Советов?

Уверен, — очень многие, если не большинство, проголосовало бы за пункт Љ2. Желающих остаться в капитализме, (и не обязательно из тех людей, кто ранее жил в СССР) становится всё меньше и меньше. Не зря же, на недавно прошедших, октябрьских выборах в Верховную Раду Украины, зарабатывая себе голоса избирателей, кандидат в народные депутаты Верховной Рады Украины от Партии Регионов (по сути партии крупного капитала) Владимир Медяник, заискивая перед избирателями Луганщины, в своей предвыборной программе обещал "вернуть в повседневный оборот старое доброе наследие советских традиций".

Куда-то испарились уже и те 90,32 % украинцев, которые 1 декабря 1991 года Акту провозглашения независимости Украины, сказали "ДА", и как свидетельствуют исследования Института социологии НАН Украины и центра "Демократические инициативы", после 20-ти лет реформ и экспериментов, идею независимости поддерживают всего лишь 47 % украинцев. При этом, согласно опросу, 47 % украинцев считают, что живут в обществе мошенников, а около 40 % считают, что "страной правит криминал".

Не удивительно и то, что даже по данным Левада-Центр, с 2007 года число россиян, которые называют происшедшие в 1991 году события "трагическими, имевшими гибельные последствия для страны и народа", возросло с 24 до 33 %. В свою очередь число тех, кто оценивает их как "победу демократической революции, покончившей с властью КПСС", стало меньше и составило только 9 %. Это стало поистине шоком для демократов и свидетельством того, что народ постепенно прозревает. Хотя, если говорить честно, то народ понял, что его обманули довольно скоро. Уже в апреле 1993 года (менее чем через полтора года с момента развала СССР) на референдуме о доверии президенту и досрочных выборах, успех Ельцина был весьма сомнителен. А осенью того же года только танки и действия совсем не демократические, замешанные на крови и терроре, помогли Ельцину удержать власть. И если бы не усилия и деньги "друзей" Бориски "за бугром" и "семибанкирщины" (банды олигархов под крылышком у Ельцина, грабившей народ) ему бы не быть у власти, как и его подельникам Кравчуку и Шушкевичу.

Первый под давлением массовых стачек лета 1993 года вынужден был согласиться на досрочные перевыборы и проиграл их летом 1994 года следующему лиху украинского народа Леониду Кучме. А второй 26 января 1994 года был снят с поста председателя Верховного Совета Белоруссии по результатам работы парламентской комиссии, возглавлявшейся Александром Лукашенко. Но, к сожалению, мосты уже были сожжены и все пути к отступлению для советского народа фактически были отрезаны.

"К старому возврата нет", — пестрело на страницах газет и журналов. "Не допустим возврата к коммунистическому тоталитарному режиму", — брызгая слюной в объектив кинокамер, кричали с экранов телевизоров, пришедшие к власти представители иного, буржуазно-демократического, но по сути, ещё более тоталитарного режима. Они и сейчас долдонят об этом везде и всюду, — боятся, а вдруг народ начнёт думать, вдруг надоест ему добровольное рабство и, объединившись, он захочет опять в СССР. И народ, конечно же объединится, и, хочется верить, уже скоро сбросит ненавистную власть бандитов и грабителей, но только вот станет ли народ возрождать СССР в той форме в какой он был ранее ещё большой вопрос. Но об этом чуть позже. А пока давайте рассмотрим в отдельности, по пунктам все за и против тех, кто пока ещё стоит по разные стороны баррикад. С одной стороны тех, кто возлагает свои надежды на, не раскрывший полностью свои возможности, социализм, — с другой, тех, кто верит в свободу и демократию капитализма.

Давайте сразу же разберёмся с демократией и свободой.

Говорят в СССР не было настоящей свободы. Говорят не было и демократии. Ну что ж, — сказать, что это не так, значит опять же быть не объективным и обманывать тех, кому при социализме и в СССР жить не довелось, а значит опять создавать новый миф. Мы же хотим видеть не заказную, — мифическую, припудренную, в бантиках и наряженную по моде историю, мы хотим взглянуть на неё обнажённую, — взглянуть правдивым и беспристрастным взглядом. Хотя, если быть до конца честным, — абсолютно объективным и беспристрастным наблюдателем тех или иных событий, в том числе и исторических, быть, наверное, невозможно, в силу различных, порою, даже не зависящих от нас обстоятельств. Но стремиться к этому нужно. Хотя бы ради того, что бы твоя собственная совесть, не просыпалась в ночной тиши и не приходила к тебе, как твой личный враг.

Так вот демократии (народного управления государством) действительно не было. В СССР небольшая группа людей, назвавшись партией, (точнее её руководящим аппаратом) жёстко, и зачастую совершенно бестолково, управляла огромной многонациональной страной. Пусть эта партия именовала себя партией пролетариата или даже народа, она всегда была лишь партией, но не самим народом. Поэтому следует честно признать, что СССР управлялся партией, возомнившей, что она и есть народ или, и что она лучше знает, что нужно народу, чем сам народ. А ведь само слово партия уже, по сути, подразумевает часть от чего-то большего, но не нечто целое. Поэтому, любая партия, фракция или иная группа людей, как бы она не называлась, взявшая на себя функции народа, и выступающая от его имени, всегда будет нести в себе элемент тоталитарности, но не как не демократии (народовластия).

Но, помните, ранее я уже говорил, что государства, которым управлял бы сам народ, история не знает вовсе. И если мне кто-то станет доказывать, что капитализм это и есть демократический строй то он, или идиот, или один из тех, кто продал свою душу и совесть тем, что находятся на отсечённой от основной массы вершине пирамиды, изображённой на боге капиталистического общества, — долларе. Он представляет интересы тех, кто давно уже не считает его за человека, или, если и считает, то за человека второсортного отличного от них, именующих себя не иначе как "всё прогрессивное человечество" или "мировое сообщество". То есть, опять же, они (мировое сообщество) члены мизерной кучки привилегированного общества, возомнившей себя сверхлюдьми, которые, в отличие от первых (ЦК КПСС) точно знают, что нужно народу, но любыми правдами и неправдами стараются доказать, что народу это не нужно и отдать ему то, что принадлежит ему по праву, не хотят, потому как самим надо. При этом их "надо" не знает предела и границ. Отсюда вывод: в капитализме так же нет свободы. Какая же свобода может быть без того, что тебе жизненно необходимо, но ты его не получаешь? Хотя опять же, давайте определимся, что такое свобода.

Свобода понятие довольно ёмкое и каждому видится по-разному. Скажем, сидящий в клетке зоопарка лев, с одной стороны по-своему свободен. Во всяком случае, он свободен от повседневной заботы, добывать себе пищу. Ему не нужно напрягать мускулатуру в погоне за добычей, не нужно её выслеживать. Свободен он и от опасности погибнуть в схватке с другим хищником или от жажды во время засухи. Но, нужна ли "царю зверей" такая свобода?

А какая свобода нужна "царю природы"? Что есть свобода для человека? По большому счёту, — смерть. Она освобождает от всего. Это, если подходить философски. А если с житейской точки зрения?

Свободен ли я, если могу, не боясь, высказывать свои мысли, критиковать не устраивающую меня партию или политику государства, решать сам какому Богу молиться и молиться ли вообще? Конечно, скажет кто-то, — свободен. Но позвольте тогда спросить, — а слышит ли Бог мои молитвы? Нужны ли они Ему? Что изменится в моей личной жизни, в жизни близких мне людей, и вообще людей планеты Земля, если я помолюсь или не помолюсь? Люди молятся Богу уже не одно тысячелетие, и что? Да ровным счётом ничего. Зачем же мне такая свобода? Зачем мене обманывать самого себя?

Поделиться с друзьями: