Чтение онлайн

Ругаясь, но тем ни менее вскакивая с постели, Витольд послал сигнал Крису:

— Ну что там стряслось?

— Архимаг Торис требует немедленной аудиенции, говорит что дело срочное.

— Впусти его и пригласи пройти в библиотеку, я умоюсь и подоспею туда, не задерживаясь.

Он накинул на себя халат, умылся, щёлкнув пальцами, сотворил чашку кофе, которую одним глотком опорожнил, и даже толком не почувствовав вкуса поплёлся в библиотеку.

— Не могу сказать, что очень рад тебя видеть в такой поздний час, Торис! — не пытаясь изобразить дружелюбие, встретил гостя хозяин замка, — Что случилось?

— Витольд, не пытайся прикидываться, что ничего не произошло, — вид у Ториса был сильно озабоченный, он даже не присел, а нервно расхаживал из угла в угол.

— Знаешь, — мастер завалился в кресло, — за последние дни со мной так много всего произошло, что скрывать нет смысла. Но сейчас не время и не место всё рассказывать. Мало того, у меня есть свои собственные секреты, которые я не хочу рассказывать даже тебе, — Торис поморщился, но Витольд тут же попытался разрядить ситуацию, — не обижайся, пожалуйста! Если нечто будет важным, я обязательно тебе всё расскажу. Только не требуй от меня, чтобы я сам по своей воле всё абсолютно тебе рассказывал. Давай, ты мне всё–таки поведаешь о причинах твоего прихода.

— Даже так! Получается, что события, о которых мне известно, есть только вершина айсберга… так–так… выходит, дела обстоят ещё хуже, чем я думал. — Торис почесал себя в затылке и углубился в какие–то свои мысли уставившись взглядом куда–то вдаль мимо Витольда.

— Слушай, я очень устал, у меня был ужасный день! Давай, не тяни! Или говори что случилось, или я пошёл спать! — в голосе Витольда прорезались недовольные нотки.

— Ладно, слушай. Только что у меня побывал Альендо, знаешь такого?

— Нет, имя вроде знакомое, но не припоминаю.

— Это ученик Мартиньи. Абсолютно бесталанный маг, но хитрюга и интриган, подстать своему наставнику, да ещё и предан ему безгранично. Его Мартиньи использовал во многих деликатных делишках. Он прибежал ко мне только что, кстати, мальчишка скакал во весь отпор полдня и полночи. То, что он мне рассказал, заставило меня немедленно телепортироваться к тебе. Извини, что прервал твой сон, но некоторые моменты надо прояснить, чем скорее тем лучше, это, кстати, в твоих же интересах.

— Я к твоим услугам, — сухо заметил Витольд, уже догадываясь, что речь пойдёт о смерти Председатела Совета. О том, что его прикончил Витольд, ученик Мартиньи знать не мог. Архимаг совершенно точно был уверен, что помимо Даргона и Мартиньи никого более в подвале тогда не присутствовало. Он допускал, что имело удалённое наблюдение какого–то очень сильного мага, хотя и не в привычках Мартиньи позволять слежку за своим замком. Но в том, что это никак не мог быть какой–то ученик, Витольд абсолютно уверен.

— Альендо рассказал, что ты сегодня напал и прикончил Мартиньи и Даргона в замке самого нашего Председатела Совета. А также сказал, что бежать ему удалось только чудом. Хотел бы я знать, сколько из сказанного правда и что за этим стоит?

— Хех! — Витольд налил себе в бокал немного вина, и улыбнулся Торису, — а ты сам как считаешь? Мне просто интересно, насколько ты способен логически мыслить.

— Хм… ладно, будь по–твоему, не воевать же с тобой. Я проверял и действительно не могу обнаружить Мартиньи среди живых, как и Даргона, но с последним сложнее: он некромант и способен путешествовать за грань. Кстати, Мартиньи тоже способен на такое, хотя и не станет делать без крайней необходимости. Но, несмотря на это, думаю, что встреча на этом свете с Мартиньи и Даргоном больше никому не грозит. Не стал бы мальчишка врать, такое уж слишком легко проверяется. И убил их ты. Больше некому, мастеров такого уровня, которые бы смогли завалить двух не самых слабых архимагов и остаться не только живыми, но и невредимыми у нас по пальцам пересчитать можно, а наговаривать на тебя слишком опасное удовольствие. В любом случае, скоро в замке Мартиньи будет не продохнуть от обилия экспертов, и уж кто этих двоих прикончил они разберутся. Ты классический маг и от нашей экспертизы ты вряд ли сможешь уйти, при всём моём уважении. А вот как ты напал на замок и почему — мне не ясно. Преодолеть тамошнюю защиту довольно сложно, да и астрал при таком сражении трясти так будет, что половина архимагов придёт посмотреть. О причинах вообще только гадать могу. Знаю, что Мартиньи тебя не очень любил, кстати, для меня так и не ясно за что. Но он не из тех, кто будет открыто воевать, он же у нас любит всё чужими руками делать. Ну что? Угадал? Может, наконец, прояснишь ситуацию?

— Преклоняюсь перед твоей догадливостью, — улыбнулся Витольд, — Я действительно прикончил обоих. Только я на них не нападал. Я тут делал один очень сложный эксперимент, позволь не вдаваться в детали, это к делу, скорее всего, отношения не имеет. В результате провалялся совершенно без сознания две недели…

— Что–то серьёзное? Мы имеем большие проблемы?

— И «да» и «нет». «Валяться без сознания» входило в схему эксперимента, тут всё нормально, Лайла должна была обо всём позаботиться, да и потеря сознания вовсе не была вызвана нападением. Это было ожидаемое явление, скорее даже не потеря сознания, я неудачно выразился, давай назовём это «трансом». Однако, последствия эксперимента не совсем ясны, а роль Мартиньи мне ещё предстоит узнать. Так вот, вываливаюсь я из «транса» и обнаруживаю себя в подвале замка Мартиньи, парализованным, в пентаграмме, рядом, в таком же состоянии, находится Лайла, а Даргон закончил подготовку какого–то ритуала и протыкает меня своей шпагой! — Витольд распахнул халат. В области сердца красовался ещё совсем свежий и воспалённый рубец от удара шпагой, — знаешь, мне некогда было думать и оценивать что к чему, счёт шёл на мгновения, пришлось расправиться с Даргоном, кстати, он оказал мне сильное сопротивление. Думаю, что ритуал был близок к концу, и он успел перекачать в себя изрядное количество моей маны. Мартиньи был рядом, но, похоже, он не ожидал такого исхода и был изрядно озадачен, а я был сильно истощён. Может быть, можно было его и не убивать, но, Торис, ты меня должен понять: если бы мерзавец на меня напал, то убил бы без малейших проблем, а от раны Даргона, кстати, сердце он мне насквозь пробил, я быстро слабел. Сил и времени колдовать всякие там сети, обездвиживающие и парализующие заклятия, у меня не было. Единственным шансом для меня выжить наверняка было убить Мартиньи максимально быстро и полно, пока он не очухался. Кроме того, не забывай, этот ублюдок Даргон грудь мне проткнул насквозь, мне позарез нужна была мана, иначе бы я, даже парализовав Мартиньи, рисковал отправиться к праотцам ещё до захода солнца.

— Ну и дела! Хотел бы я знать, зачем всё это…

— Я тоже.

— А ты Лайлу не спрашивал? Должна же была она знать о предшествующих событиях.

— Увы, толком ничего она не сказала, девушку парализовало точно так же, и она тоже очнулась только перед самим ритуалом.

— Даже так! — чувствовалось, что Торис не сильно поверил Витольду, но счёл ненужным пока лазить в чужие тайны.

— Знаешь, у меня создалось чёткое впечатление, что зачинщиком был Мартиньи, кроме того, наложенная на меня парализующая сеть — его рук дело, его структура плетения, а Даргон бы вообще никогда сеть не наложил, ты ж его знал, из него стихийный маг очень посредственный. Он бы скорее какой–нибудь аркан типа «уздечки для души» накинул. Дай мне пару дней, я вернусь в замок Мартиньи и попробую прочитать тени примененных заклятий.

— Витольд, тебе, похоже, и впрямь досталось, — Торис изобразил на совеем лице подобие сожаления. — Во всяком случае, голова твоя если не повредилась, то уж точно «тормознулась». Никто тебя туда не пустит. Я тебе и без гадания и ясновидения скажу, что будет завтра, а точнее уже очень скоро сегодня: Совет будет как рой пчёл, в который ткнули дубиной. Сначала все со всеми перецапаются, потом половина обвинит тебя во всех смертных грехах, а потом будет драка не на жизнь, а на смерть за освобождённые места, причём результаты обследований с места происшествия и твои рассказы будут играть ключевую роль в этих играх. В открытую с тобой воевать, конечно, никто не будет, хотя кто знает, но проблем ты можешь обрести больше, чем ты думаешь. Займёт место Мартиньи какая–нибудь змея подколодная наподобие его самого, тут всем места мало будет. Я тебя очень прошу, придумай с экспериментом что–то поправдоподобнее. Я так и быть сделаю вид, что верю, но у многих на тебя зуб есть, слухов будет много.

— Хорошо, а почему бы тебе самому не стать главой Совета?

— Ох, как не хотелось бы! А тебе? За всю историю существования Совета, тот, кто убивал главу Совета, сам главой и становился. Между прочим, это поймут, у нас же такая «традиция», сам знаешь, — слово «традиция» Торис произнёс с нескрываемым отвращением, — а вот если ты не претендуешь, вот тогда часть Совета сочтут твоё поведение странным, а вторая — слабым. И те и другие захотят попробовать проверить…

— А ты сам, к какой части относишься? — волшебник хитровато подмигнул Торису.

— Витольд, — покачал головой ректор, — ты как был мальчишкой, так и остался. Дело серьёзное, а ты шутками шутишь, таких как я там заседает немного…

— Да понял я, только сразу отвечу — никаких глав Совета, даже под угрозой смерти, оно мне не надо. А с дураками я как–нибудь справлюсь, — глаза Витольда блеснули нехорошим огнём, — надоели мне вокруг идиоты, с утра я буду готов сражаться хоть со всем Советом, и из замка не выйду.

—Ладно, не кипятись, против всего Совета тебе не устоять, хотя я лично думаю, что горячих голов идти на тебя в атаку будет не так уж много.