Чтение онлайн

Наконец он покинул кварталы Мехры и оказался в золотых садах. Вернее, это было то, что от них осталось. Как и в остальном городе, здесь всё было вытоптано или сожжено. Оросительные каналы были разрушены, и теперь в них не осталось и капли воды. Пандусы разломаны и сровнены с землею. Деревья были повалены. А те, которым удалось устоять, уже сбросили листву и засыхали, ведь порча, следующая за демонами по пятам, уже отравила здешнюю почву. Земля, как и везде, где ступала армия Адриона, высыхала и становилась похожа на чёрную золу. Всё живое, что росло здесь ещё вчера, сегодня уже умирало.

Умирало всё живое, кроме золотых роз. Клумбы были разбиты, цветы – раздавлены. Всюду были копоть и гарь. Но тут и там блестели на солнце маленькие цветки. Одинокие, среди погибших своих собратьев, они выглядывали из-под обломков камней и клумб. Некоторые продирались сквозь уже погибшие кусты.

Сартаал не смог не восхититься их упрямством. Да, именно упрямством, хоть это качество и принято приписывать только живым существам. Прямо под своими ногами он увидел золотой блеск среди осколков камня. Он опустился на колени и помог выбраться из-под завала одинокому цветку. Демон не смог сразу оторвать от него взгляда, продолжая держать его в своих серых сморщенных ладонях.

– Удивительно. Они выживают даже на порченой земле, – раздался тихий глубокий голос у него за спиной.

Сартаал вздрогнул, выронил цветок и отскочил в сторону, словно готовясь к удару. Но он увидел перед собою Местрена – своего друга, которого считал мудрецом. Его большие птичьи лапы ступили на землю, когти впились в податливую почву. Местрен и сам опустился на колени и коснулся пальцами того цветка, который держал в руках Сартаал.

– Мне кажется, они смогут выжить везде, – проговорил он, слегка улыбаясь маленькой розе. – Выживут даже в новом мире, который настанет с победой нашей армии. В том мире, в котором будут жить одни демоны.

Местрен был белым. Полностью белым. Настолько белым, насколько белым бывает снег высоко в горах. От головы до кончиков когтей на трехпалых птичьих лапах. А лицо его было лицом обычного алтеида – мужчины средних лет, с прямыми твердыми чертами. Большие ясные глаза имели цвет чистого неба. Он был настолько не похож на демона, насколько это вообще было возможно. Местрена презирали ещё больше, чем самого Сартаала. Ведь весь его внешний вид был будто бы издёвкой над сущностью демона. Во всём Джосхару не было никого с хоть сколь-нибудь похожим обликом.

Но самое разительное отличие Местрена знали лишь немногие, которым он доверялся. Сартаал знал, что на спине его есть два крыла. Они были маленькими, короткими и тщедушными рудиментами. Но это были именно крылья! Сартаал знал наверняка, что во всём Эренхаре лишь одним райнерам дарованы крылья по рождению. Есть ещё ангелы – творения Маэлиры. И есть драконы – крылатые души. И большие никакие другие разумные существа во всём мире не имеют крыльев. Откуда взяться им у демона из Джосхару, даже сам Местрен не мог предположить.

Он обвязывал свой торс веревками, дабы прижать крылья к спине как можно плотнее. А потом укутывал свое тело в чёрный плащ с глубоким капюшоном. Он не стремился раздражать своим внешним видом других демонов. Но даже перевязанные короткие крылья становились похожи на крупный горб под его плащом. Поэтому Местрен всегда горбился, чтобы никто не догадался об истинной природе его формы.

– Как твоя книга, мой друг? – этот вопрос вывел Сартаала из задумчивого оцепенения.

– Я смог догнать нынешние события. Мне удалось многое записать, – ответил он, медленно подбирая слова. – Мне было тяжело описывать наш путь к Мехре. Хоть он и занял долгие годы, но состоял из однообразных событий: захватов и разрушений мелких городов и деревень. Поэтому мой рассказ в этом месте превратился в бесцветную хронику.

– Это хорошо. Ты делаешь большую работу, Сартаал. Я говорил тебе, что считаю, что мир должен знать историю глазами одного из нас.

Местрен поднялся на ноги и указал на одиноко стоящее дерево. Оно высохло и раскинуло свои голые потемневшие ветви в стороны, словно умирающий тянет свои руки в мольбе о спасении. Под ним стояла чудом уцелевшая лавочка. Именно к ней и направился белый демон. Сартаал поспешил за ним.

Учинённые здесь разрушения открыли с этого места прекрасный вид на сады Серенаи. За минувшие сутки ландшафт претерпел значительные изменения. Теперь он стал много привычнее для демонов. Местрен и Сартаал долго молчали, обозревая, как далеко уже забралась порча.

– Как ты думаешь, мой друг, кто будет читать твои труды в новом мире? Ведь в нём не останется никого, кроме нас самих. Нужна ли будет твоя летопись демонам, подобным нам с тобою?

Это был юмор. Местрен так шутил. Или издевался. За долгие годы знакомства и дружбы Сартаал так и не смог уловить этой тонкой грани. Ведь не было никого похожего на двух этих существ. Они вдвоём так же отличались от других демонов, как и от алтеидов. Впрочем, Сартаал знал, к чему сведётся этот разговор. Местрен всегда начинал свой разговор издалека, плавно подводя собеседника к тому, что он хочет поведать. Сартаал научился принимать эту игру и не забегать вперёд.

– Я не думал об этом, – уклончиво ответил Сартаал. – У меня есть ощущение, что кто-то её найдет. Может, через сто или даже тысячу лет. Но она непременно достанется кому-то, кто сможет её оценить.

– Интересная мысль, – Местрен сделал вид, что задумался об этом, и молчал. Тонким пальцем он водил по краю подбородка. Сартаал молчал в ответ. – Значит, мы будем продолжать писать эту летопись. И одновременно мы будем продолжать уничтожать всех, кто смог бы её оценить.

Сартаал знал, к чему клонит белый демон. Этот разговор они заводили уже несколько раз. И каждый раз Местрен начинал с новой позиции. Но всегда напрашивался только один вывод. Но он так и не был произнесён вслух. Пока.

– Я пишу историю. Но я не в силах её творить, – ответил Сартаал, и нотки раздражения всё-таки промелькнули в его голосе. – Адрион…

– Адрион не безумец, как его отец, – Местрен услышал это раздражение в его голосе и сам нетерпеливо его прервал, перескочив к самой сути их разговора. – И ты это знаешь много лучше, нежели я. Ведь именно ты воспитывал его все эти годы. Ты, как никто другой, знаешь молодого принца и можешь влиять на его решения. Велиар хочет уничтожить весь мир. Его ненависть не знает никаких границ. Он не успокоится, пока не отправит в серый мир последнюю душу. Но…

Местрен неожиданно замолчал. Он обернулся и посмотрел на огромный силуэт Алгорана, возвышающийся над городом. Он долго смотрел на него. А потом вновь обернулся к Сартаалу и заглянул ему прямо в глаза, указывая на демона обжорства.

– Когда мы дойдём до южного побережья, когда мы убьём последнего из алтеидов, кого будет жрать Алгоран? – спокойно спросил он, растягивая каждое слово. – Этот вопрос не даёт мне покоя. И я нахожу только один ответ: он будет жрать всех нас. Можно было бы вновь сшить его пасть железным тросом. Но, боюсь, теперь он слишком велик. А когда мы дойдём до юга, он станет ещё больше. Наверное, даже тогда Велиар смог бы его победить. Но я не поставил бы и дохлой мухи на то, что первый демон станет нас спасать.