Чтение онлайн

– Так чем же он так занят? – снова спросил озлобленный.

Фаго самодовольно усмехнулся.

– Он имел разговор со мной. Вот собственно и все. Но мы уже все обсудили, и, как я сказал, скоро он будет здесь.

– Обсудили? – взвизгнул озлобленный, – вы там обсуждаете, а мы тут ноги сбиваем? Он мог поговорить с тобой и после. Зная, что здесь ждут десятки человек, он что-то обсуждает с одним!

– Семеро одного не ждут, – зачем-то буркнул голос слева от Фаго.

– Как оказалось и тридцать ждут!

– А теперь кого мы ждём!?

– Что он теперь там делает?

– Небось со стенами имеет разговор!?

Кто знает сколько бы ещё вопросов прозвучало в этот час, если бы не появился Эрнест. Гул недовольства стал стихать. Вопросы прекратились. Но взгляды по прежнему были страшны. От одного разведчика к другому перебегали искры протеста, и Эрнест их ясно угадывал. Он оглядел кислые лица и спросил, подчеркивая каждое слово:

– Вы чем-то недовольны?

Все молчали.

– Недовольные могут убираться к чертям, я никого не держу.

– Ждали, ждали и вот дождались. Правильно говорят, кто сильно ждёт, лиха дождется, – тихо забубнел тот же голос слева от Фаго.

Эрнест стоял у дверей резиденции и терпеливо ждал, пока все недовольные «уберутся к чертям», но никто так и не надумал.

– Выходит, с этим мы разобрались? Если вы не собираетесь мне прямо высказать что имеете, то незачем являть свои скорбные физиономии. Я не раскаюсь при виде их, напротив, ваше недовольство только усугубит ваше положение. А теперь к делу. Этой ночью были убиты пятеро наших людей. На них напали вооружённые воины императора, патрулирующие улицы. Это Лев Шанталов и Леонид Ронин. Возможно они ещё не в курсе, что нам уже все известно, и тогда нам будет легче их взять. Не сегодня, так завтра. Но если они знают, дело усложняется.

– Лев и Леонид, – снова надоедливый голос слева, – это ведь одни из самых прославленных командиров императорской армии, и тут такое! Что же побудило этих героических людей на преступление? Правильно говорят, не буди лихо, пока оно тихо.

Фаго недовольно скривил губы и обернулся, но распознать владельца голоса не смог.

Вдруг озлобленный крикнул:

– Откуда им знать, что мы в курсе! Ведь они напали ночью, со спины, как крысы, и убили конечно же всех, не забыли и свидетелей! Они думают, что они вне подозрения!

– Да, – ответил Эрнест, – им не известно, что все-таки был один свидетель. Он то и поделился с нами этой информацией. Пока что вы, Павел, Влад и Альберт быстро к Главным вратам Авирана, предупредить обо всем стражников. Чтобы никто не покинул города без тщательной проверки. И чтобы о каждом подозрительном не забывали известить меня. В городе люди восставшие против власти! Против императорского наместника, а значит и императора! Это изменники и предатели и они должны быть повешены!

Трое разведчиков побежали к конюшне за лошадьми.

– Ещё группа людей, не привлекая внимания, обыщет часто посещаемые этими предателями места. Но прежде отправится к Малым вратам и предупредит обо всем там. Так же не исключено, что преступники у себя дома, мирно спят в постелях, после совершенного страшного преступления. Вы должны побывать у них дома. Точнее побывать у Ронина. К Шанталовым наведаюсь я сам.

Фаго выступил вперёд.

– Позвольте мне начальник, отправиться вместе с вами.

– Хорошо, Федаль, ты со мной. А ты Виктор иди к Леониду прямо сейчас. Возьми кого-нибудь с собой. За их домами уже наблюдают. Если они ещё не в курсе, мы их возьмём. Ты, ты, и ты, – Эрнест указал ещё на троих разведчиков, – должны обыскать все места, адреса которых я вам чуть позже предоставлю. Приказа об их поимке ещё нет, так что все должно быть тихо. Повторяю ещё раз – тихо. Остальные свободны.

Эрнест развернулся и вошёл в резиденцию. Недовольные ещё немного поворчали, прежде чем разойтись по домам. Однако поражены были все. Случилось что-то неслыханное: воины убивали разведчиков.

Фаго остался ждать на площади. Пётр тоже бродил поблизости. Он делал тяжёлый метровый шаг и останавливался весь в своих мыслях, после чего делал ещё шаг и снова останавливался. Фаго сверлил его глазами и бормотал ругательства всякий раз, когда Пётр попадал в поле его зрения. Он хотел, чтобы Пётр ушёл. Но тот уходить не думал. Своего недавнего напарника он вовсе не замечал.

– Обдумывает исчезновение Фили, болван, – проворчал Фаго.

Сам он об этом думал мало, и вознесись Фили на небеса у него на глазах, и тогда бы он не стал думать о нем. Единственное, что его сейчас волновало – собственная участь. Планы его рухнули так неожиданно, что он до сих пор не мог опомниться. Он ненавидел Эрнеста, ненавидел Льва, Леонида, и даже пятерых убитых разведчиков. Все они были виноваты в крушении его надежд. Но вопреки всему, Фаго собирался бороться дальше. «Что-нибудь из этого, да выйдет» – решил он.

Эрнест ушёл с полчаса назад вместе с тремя разведчиками. Они должны были получить адреса заведений, которые требовалось посетить и особые указания. Фаго ждал их появления. Время шло. Разведчики задерживались. Его нетерпение росло. Вместе с ним росло раздражение. Довершала дело грузная фигура Петра, приводившая его в исступление. Терпеть дальше становилось невозможно. Он отправился к Эрнесту, чтобы поторопить его. Такие смелые решения Фаго принимал в редких случаях. Однако у кабинета начальника он оробел. За дверью шёл разговор. Значит разведчики находились все ещё там и мешать им не стоило. Фаго слишком хорошо помнил обещание Эрнеста повесить его и благоразумно вернулся на площадь. Пётр стоял на том же месте, где он его видел, когда уходил.

– Эй, – крикнул Фаго, – чего ты здесь ошиваешься!?

Пётр тупо посмотрел на него. Расставив ноги и развесив руки он походил на статую великана. С той лишь разницей, что выглядел куда глупее.

– Ну? Что застыл? Тебя спрашиваю!

– Я не ошиваюсь, – ответил Пётр, – я тут мозгами раскидываю. Думаю, куда мог подеваться Фили.

– Меньше думай! А то все мозги раскидаешь! Думать нечем станет!

Фаго повернулся спиной к Петру и продолжил свою прогулку. Он поздравил себя. «Хорошо я его, – с удовольствием размышлял он, – рот то раскрыл, тупица. Думает он. В мыслители заделался». Больше Петра для него не существовало. Правда, один раз он все же взглянул на него украдкой. Ему хотелось увидеть угрюмое лицо разведчика, чтобы вполне насладиться своей победой. Результат его порадовал. Пётр стал мрачнее. Брови его грозно сошлись на переносице. Губы так плотно сомкнулись, что побелели от напряжения. Он больше не казался задумчивым. Фаго воодушевился и больше им не интересовался. Длительное ожидание Эрнеста окупилось.

Разведчики появились спустя час. Они вышли из резиденции и бегом бросились врассыпную. Оставалось дождаться самого начальника. Заволновавшись, что ожидание может затянуться ещё на несколько часов, Фаго предпринял вторую попытку попасть в его кабинет. И снова неудача. Эрнест опять с кем-то беседовал.

– Пропади он пропадом, чертов болтун, – прошептал Фаго.

Он пожалел, что вызвался сопровождать начальника к Шанталовым. Тот мог затянуть отъезд до вечера, и он, Фаго, вынужден будет торчать на площади весь день. Стоило подумать об этом сразу. Что оставалось делать? Он потащился к лестнице. Но ушёл недалеко, когда дверь кабинета начальника распахнулась, и в коридор вышел лжеборец, чем-то явно озабоченный. Фаго знал его. Звали его Лавр. Он вместе с Назаром верховодил делами комитета Лжеборчества и ничуть не уступал своему соратнику в стремлении спалить весь город. Лавр небрежно кивнул Фаго и прошёл мимо. Немного погодя вышел и сам Эрнест. В отличии от лжеборца он был в хорошем настроении. Глаза его блестели победоносно и гордо.