Чтение онлайн

Хантер… у нас с братом всегда были очень сложные отношения. После истории с Нинель все только ухудшилось. Но и тогда я не мог поступить иначе, союз с ее отцом, разрушил бы стаю. Сергал в желании власти слишком беспощаден, а порой и откровенно глуп, не видит, как его используют, как он подставляет родных. Хантер… сомневаюсь, что у него благородные мотивы. Но он знает информацию, может пролить свет на события, и я должен этим воспользоваться.

Ползу прочь от отцовского дома и сладкой. Увы, я не могу попадаться на глаза, меня не должны видеть в таком состоянии. Голод хочет взять контроль над разумом, кости выламывает, мышцы крутит, тело практически меня не слушает, каждая клетка пропитана огненной болью. Далеко мне не уйти, но хотя бы надо вылезти за территорию. Сомневаюсь, что меня сейчас будут искать.

 Когда прикоснулся к ней, ощутил пустоту, впитал ее боль в себя, и не задумываясь постарался отдать все, чтобы только сладкой стало легче. Чтобы ее страдания ушли, и в медовых глазах засветило солнце. Эта потребность сильнее голода, отдать ей всего себя, и плевать на последствия. Когда моя энергия перетекает в нее, чувствую блаженство, единение, словно небеса открывают тайны бытия. И в этот момент, я не ощущаю опустошения, наоборот, хочется вырвать сердце и вложить в ее руки. Все что угодно за ее улыбку. Только бы больше не ощущать выжженную пустоту внутри Мелиссы, не чувствовать, как боль разъедает ее. Жаль, что этого мало, она снова идет в логово к врагам. Беспомощность – еще одна пытка.

– Хреновы твои дела, - я даже не заметил, как Хантер подошел. Все волчьи рефлексы атрофировались.

Уже ночь? Я что потерял сознание или заснул? Оглядываюсь по сторонам, с одной стороны деревья, с другой – дорога, а я валяюсь в канаве. Как дополз, не помню.

– Сам знаю, - огрызаюсь, - Мистер очевидность.

– Не пойму, зачем ты ей всю энергию отдал? Она же не умирала? – брат наклоняется и поднимает меня на руки. – Живее и здоровее тебя была.

То еще унизительное чувство, когда тебя как беспомощного ребенка на руках тащат к машине.

– Она страдала… - в горле пересохло, такое ощущение, что в организме не осталось и капли влаги.

– А ты прям огурчик, - усаживает меня на переднее сиденье машины. Пристегивает. – Долбаный спасатель.

Садится за руль. Кидает мне на колени бутылку виски и минералку.

– Тебе не понять…

– Ага, как же, - массирует руками виски, бросает на меня уставший взгляд. – Я не хочу, чтоб ты помер, Лиам,- и это, наверное, самые теплые слова из его уст, за всю жизнь брата.

– Так не собираюсь, - усмехаюсь, и с трудом открываю минералку.

Дела плохи раз волк не может справиться с пластиковой крышкой.

– Ты в западне, - заводит машину. – Питаться не можешь, а голод тебя сожжет.

– Твои предложения? – залпом выпиваю бутылку минералки.

– Для начала надо, чтоб ты хоть немного оклемался, - давит на газ, то и дело бросает на меня косые взгляды.

Неужели переживает? Хантер? Из всех моих братьев, он, наверное, единственный, о ком я бы подумал что-то хорошее. И он всегда был в связке с отцом. Поддерживал его во всем. Без колебаний согласился на брак. Прекрасно зная, что такой союз поработит стаю.

– В бордель меня повезешь?

– Есть идея лучше.

Отключаюсь. Я настолько обессилен, что даже не могу продолжить разговор. Прихожу в себя, когда брат вытягивает меня из машины. Сквозь приоткрытые веки вижу, как заносит в дом.

Как только оказываемся внутри, мои глаза лезут из орбит. В майке и шортах нас встречает огромный широкоплечий оборотень. Он улыбается, сверкнув металлическим клыком.

– Приплыли, Лиам, - качает головой.

– Что? Как ты тут оказался, Майлз? – у меня от удивления голос прорезается.

Никак не ожидал увидеть волка, с которым бок о бок провел пять лет, в доме у Хантера. И по всей видимости, он тут уже успел освоиться. Что-то я упускаю.

Когда меня изгнали, Майлз предложил мне кров. Показал другую жизнь. Окончательно раскрыл глаза на проделки отца. Нет. После этого я не перестал любить отца. И до сих пор благодарен ему за жизнь. Но окончательно понял, что Сергал несет в себе зло, для стаи и семьи. Мне его жаль, он даже не отдает себе в этом отчет. Я, как ни странно, не желаю ему зла, но хочу отгородить стаю, от его безумства.

Майлз стал моим учителем. Научил, как правильно управлять энергией. Дал знания, и раскрыл мой разум. Он родной брат моей матери, и глубоко опечален происходящим. Своих детей у него нет, и вся любовь направлена была на нас. До тех пор, пока пятнадцать лет назад Сергал не изгнал его.

Но это лишь пошло на пользу дяде, он поднялся в волчьем мире до таких высот, до которых Сергалу никогда не долететь. Но он пытается, и все его попытки подняться, оборачиваются тем, что он закапывает себя и близких все глубже.

Майлз инкуб, как и я. И именно он понимает нашу природу. Он помог обуздать демонов, научиться контролировать голод. Он вытянул наружу мои человеческие качества, и заткнул пасть монстру, который контролировал меня всю мою сознательную жизнь.

Но Хантер и Майлз вместе – это нонсенс. Это два враждующих лагеря.

– Приехал спасать ваши шкурки, - подмигивает. – Сам-то, похоже, облажался.

– Ему как-то можно помочь? – Хантер укладывает меня не диван.

– Продлить агонию можно, - присаживается рядом со мной на корточки.

– Ты хочешь сказать…

– Он больше не сможет существовать один. Хантер, его больше нет, - кладет руку мне на плечо.

– Что ты несешь?

– И он счастливчик, единственный, о ком слыхал на нашем веку. Были случаи в прошлом, но это было так давно, что со временем я решил, что это легенды, - поднимается, идет в другой конец комнаты. Извлекает оттуда глиняный сосуд. – На племяш, глотни.

– Ты можешь говорить нормально? – брат смотрит на меня, и в глазах столько отчаяния.

Закрадывается осознание, а я ведь его совсем не знаю. Как легко в этом мире принять врага за друга и наоборот. И даже собственные братья и сестры, оказались загадочными фигурами в масках. Где эта правда?

– Веди девку. Распутную, желательно.

– Я не буду! – мотаю головой. От одной мысли, что могу прикоснуться к кому-то кроме Мелиссы, меня скручивает от рвотных позывов.

– Ясно, что не будешь. И не сможешь больше никогда, - Майлз ухмыляется и сверкает металлическим клыком. – Но накормить тебя надо. Иначе дорогу не перенесешь.

– Какую еще дорогу? – я словно нахожусь в какой-то иной реальности, и ни хрена не понимаю, что происходит.

– Ты пей, пей, сперва, - прикладывает мне к губам сосуд. Послушно делаю несколько глотков обжигающей и горькой жидкости.