Чтение онлайн

Наряду с этим продолжается издание полного собрания сочинений братьев Стругацких, начинается реализация проекта «Миры Кира Булычева». Можно упомянуть и о собрании сочинений Стивена Кинга, а также о серии «ужастиков», среди которых попадаются добротные НФ-романы.

Что же касается личных предпочтений… Перефразируя известный анекдот: я не читатель, я издатель. Столько приходится читать самотека и заказанных нами рукописей, что глаз уже оценивает все профессионально, а не личностно, чтение любого текста превращается в работу.

— Чему сейчас отданы предпочтения издателей — российской или зарубежной фантастике?

— Мне кажется, что сейчас наступило некое равновесие; суммарный баланс приблизительно 50 на 50. Естественно, в каких-то издательствах больше выпускают отечественных авторов, в каких-то зарубежных, но в целом соотношение такое. Мы, например, в месяц выпускаем 15 книг по всем нашим сериям.

— Ваше издательство и вы как редактор получили немало премий в области фантастики. Влияет ли такой «послужной список» на удельный вес фантастической литературы в общих издательских планах?

— Трудно сказать, как это влияет на издательские планы. Без сомнения, очень приятно, когда работу издательства и твой труд высоко оценивают, но в конечном счете все решает читатель. Будет возрастать спрос на фантастику, будем печатать больше. Если рынок насытится, неизбежно сокращение выпуска книг. Разумеется, есть авторы, спрос на которых не уменьшается, а возрастает. Если судить по книгам нашего издательства, то это Асприн, Буджолд, Симмонс, Кук, Джордан и еще несколько имен, а из отечественных фантастов список популярности возглавляет Лукьяненко, за ним идет Васильев…

— Могли бы вы назвать удачные и неудачные, с вашей личной точки зрения, издательские проекты?

— Считаю большой удачей то, что мы «открыли» и подарили российскому читателю таких авторов, как Буджолд, Симмонс и Сапковский. А неудачей… То, что мы не сумели «раскрутить» такие великолепные книги, как «Эфиоп» Штерна, «Трудно стать богом» Рыбакова и «Посмотри в глаза чудовищ» Лазарчука и Успенского.

— Иногда приходится слышать, что будущего у российской фантастики нет, поскольку нет будущего у России…

— Я так не считаю! Во-первых, фантастику мы печатали и будем печатать. Во-вторых, говоря словами одного моего знакомого писателя: куда мы денемся из подводной лодки?

Будем жить — будет и фантастика. А будет фантастика — будет и Россия!

— Начинающие авторы часто жалуются, что им практически невозможно пробиться к читателю. Ведет ли ваше издательство какую-либо систематическую работу с начинающими писателями, или предпочитаете сотрудничать с маститыми фантастами?

— Мы очень внимательно отслеживаем так называемый самотек. Поток рукописей гигантский, а благодаря электронной почте — просто Ниагара! При этом закон Старджона продолжает действовать: 90 % всего приходящего — полное барахло, оставшиеся 10 % по крайней мере можно рассмотреть, а вот 10 % из этих десяти — это удача! Впрочем, молодым авторам на нас грех жаловаться, многие из них именно у нас начали печататься. Систематическая же работа с авторами не ведется, у нас нет семинаров или литературных кружков, это нам не по силам да и не по профилю… Кстати, наш адрес, по которому можно присылать рукописи: 129085, Москва, Звездный бульвар, д. 21, 6 этаж, ком. 618, «АСТ».

— Считаете ли вы, что наша фантастика сейчас окончательно превратилась в развлекательное чтиво и больше не несет в себе социальной сверхзадачи, в отличие, например, от НФ 70 — 80-х?

— Вопрос поставлен не очень корректно. Изменилась вообще роль литературы в нашей жизни. Раньше художественная литература была чрезмерно идеологизирована: поэт в России был больше чем поэт… Сейчас все приходит в норму, и литература занимает подобающее ей место. К сожалению, в гуще переходных процессов имеют место и «перегибы». Так, в загоне сейчас серьезная литература, она еле теплится в толстых журналах. А в современной российской фантастике сейчас, действительно, есть некоторое преобладание развлекательного над социальным. Но со временем будет и социальная фантастика, и юмористическая, и чисто прогностическая. Правда, в новых пропорциях и в новом качестве. В помянутые годы достаточно было написать памфлет — и составить себе имя социального фантаста. Сейчас иные времена…

— Чтобы бы вы пожелали читателям фантастики?

— Не забывать о фантастике, оставаться ее верными поклонниками. Что радует — молодежь сейчас снова возвращается к фантастике.

Сергей АНТОНОВ

2-ГЕРОЙ-2

Москва: АРМАДА, 1990. — 443 с.

(Серия «Фантастический боевик»). 10 000 экз. (п)

===================================================================================

Когда спастись от коварных спецслужб вам помогает корабельный домовой, вы в киберспейсе. Когда главу предваряет цитата из совместного романа Даниэля Дефо и Анта Скаландиса, вы имеете дело с пародией. Дальнейшее, как ни странно, зависит от того, насколько серьезно сам автор относится к написанному. Итак, перед нами продолжение романа «Врата испуганного бога». На просторах галактики затяжная война Неизвестно с Кем обещает перерасти в новую, активную фазу. Бои и интриги идут в реальном пространстве (космогония и технология выписаны с массой тех необязательных и вкусных подробностей, которые, собственно, и делают книгу книгой) и в пространстве виртуальном. Впрочем, впоследствии героев и читателей ждет одно неприятное открытие, но пусть оно лучше окажется финальным сюрпризом.

Блестящий тактик и стратег, генерал Хелен Джей Ларкин — обожаемая своими крутыми ребятами Мама Ларкин, — наконец-то получила возможность разгромить неведомого врага. И тут-то ее настигают наемные убийцы, подосланные зловещим шефом Комитета Галактической Безопасности Иосифом Сухоручко. Война — «необременительная, локальная и в высшей степени консолидирующая» — оказывается выгодна нынешнему правительству; этакий канализатор агрессии и импульс для развития технологии. Недаром мир Антонова за всю историю своего галактического существования знавал лишь один крупный внутренний мятеж. Предвидя свою участь, Мама Ларкин снаряжает на последнюю битву Одинокого Героя — вернее, героя, единого в двух лицах… И оставляет сладкую парочку действовать на свой страх и риск, поскольку, как нам уже известно, «герой должен быть один». Иными словами — герой, за спиной у которого стоят зрители, готовые в любую минуту предложить помощь, уже не герой…

Простые лихие парни против зловещего Сухоручко? Не так все просто. Война оказывается выгодна и противной стороне — возможно, враждующая цивилизация собственноручно подкинула человечеству новые технологии, позволившие освоить галактику. И, возможно, именно она, вступив в сговор с нынешним правительством, уничтожила великолепную Маму Ларкин… Пафос подвига и злодеяния все время опрокидывается, как это свойственно нашему постмодернистскому времени, но для настоящего постмодернизма «Двойной герой» подозрительно этичен. Подвиг, руководимый здравым смыслом, уже не подвиг, заявляет автор устами Мамы Ларкин, подвиг движется только Любовью. Героев Антонова спасает любовь (в космическом смысле) и чувство юмора — по автору, залог сохранения личности.