Если движется небо
Шрифт:
Под оголтелые вопли сирены они рванули назад. В суматохе отступления Фелис каким-то образом оказалась впереди. Горячее дыхание Алана обжигало ей шею, но, как ни странно, на смену панике пришло хладнокровное отчуждённое спокойствие. Позади что-то гремело, слышались окрики и топот ног, пару раз она сама со всей дури налетела на хрупкие предметы, повалив их на пол. Эдриана нигде не было, девушка вообще не могла сказать наверняка, в какой момент он исчез, – сейчас её мысли были заняты совсем другим. Они нашли и заполучили "А-один", а значит, у Лейфа есть шанс.
– Быстрее!
К счастью, двери оказались открытыми: должно быть, замки автоматически разблокировались, когда сработал сигнал тревоги. Под несмолкающий вой сирены они вылетели в коридор – пока ещё пустой.
В первое мгновение Фелис растерялась: она совершенно не помнила дорогу.
– Шевели ногами, ты! – перехватив минора одной рукой, Алан выхватил антигравитатор, щёлкнул предохранителем.
– Алан, отпусти меня, – вмешался минор. – Тебе тяжело. Из-за меня нас настигнут.
– Заткнись, До-фа-соль, – огрызнулся Алан.
Оттолкнув с дороги парочку взволнованных альбинов, выглядевших непривычно пунцовыми в красноватом спектре аварийного освещения, он свернул в узкий проход – Фелис нипочём бы не догадалась о его существовании и бросился бежать, не преминув крикнуть, чтоб она не отставала.
– Не представляю, почему сработала аварийка, – выдохнул Алан, – но из-за неё транспортная система не работает.
– Мы, что, пойдём пешком? – ужаснулась Фелис, вспомнив, как долго они ехали в вагоне.
– Не пойдём. Побежим.
– Но...
– У тебя есть иные варианты?
Фелис промолчала.
– Держи, – Алан протянул ей антигравитатор. – Щит слабенький, но всё же лучше чем ничего.
Они бежали около часа, иногда переходя с бега на быстрый шаг, чтоб хоть немного передохнуть. Фелис держалась из последних сил: ноги не слушались, а в груди жгло так, что было больно дышать, но она и не думала жаловаться или предлагать сбавить темп. Несчастнее всех выглядел минор – как ни крути, сейчас он был для них обузой и осознавал это.
Когда добрая половина пути осталась позади, кто-то метнулся к ним из бокового прохода. Фелис вскрикнула, пытаясь в панике нащупать дрожащими пальцами крючок предохранителя, но в следующую секунду узнала Эдриана.
– Это я включил сигнал тревоги, – не без гордости сказал он. – Понял, что иначе вам будет не уйти.
– Спасибо, Эд, – Алан постарался улыбнуться.
– Да чего уж там... Проклятье, из-за этой сирены вся станция на ушах! Но другого выхода не было.
– Нам нужно в девятый ангар.
– Ясно. Я постараюсь помочь. – Он вдруг остановился на мгновение, заглянул Алану в глаза. – Надеюсь, ты знаешь что делаешь.
Через полчаса Фелис была готова рухнуть без сил прямо на холодный и грязный пол, и держалась лишь на голом энтузиазме – до нужного ангара оставалось всего ничего. Рамель ле'Фай встречала их у трапа, нервно переминаясь с ноги на ногу.
– Ну наконец-то! – воскликнула альбина, едва завидев их. – Я чуть с ума не сошла, когда завыла сирена. Модуль у вас?
– Да, да...
– Стойте!!
Они были в полусотне метров от трапа, когда в обоих торцах ангара хлопнули двери, впуская внутрь целый отряд.
– Фелис, щит! – взревел Алан – но она уже сама активировала антигравитатор. Несколько человек, бежавших в авангарде, отбросило назад.
– У него "А-один"! Не дайте им уйти!
Альбина извлекла откуда-то короткую тонкую трубочку, похожую на флейту, небрежно провела ей по воздуху – и ещё полдюжины человек рухнули без чувств. С учётом полного отсутствия каких-либо визуальных или звуковых эффектов это выглядело жутко.
– Скорее, ну же! – крикнула Рамель с отчаянием в голосе. – Ваш ангигравитационный щит – не панацея!
Двадцать метров... Десять... Пять...
Почти.
Тонкий мелодичный вскрик, оборвавшийся на высокой ноте, резанул по ушам. Алан сбился с шага, потерял равновесие – но Рамель уже ухватила его за рукав и с силой, не характерной для столь хрупкого существа, затянула в шлюз.
Издав ещё один надрывно тонкий звук, минор мешком повалился на пол. Похоже, он был серьёзно ранен.
– До-фа-соль, ты как? – Алан склонился над минором, взял за плечи. – Тебя задело? Сильно?
Фелис бросилась на помощь, но он оттолкнул её.
– Исчезни!
– Господин Рок, нам нельзя задерживаться, – вмешалась Рамель. Алан пропустил её слова мимо ушей.
– До-фа-соль, дружище, не молчи!
– Господин Рок, надо улетать! – настойчиво повторила альбина. – Нуль-переход просчитан, но кроме вас, "Лючию" не может пилотировать никто.
До-фа-соль шевельнулся, приоткрыл глаза, – видно было, каких трудов ему стоит сфокусировать взгляд. И заговорил – точнее, запел.
– Прости... Я ухожу. Не вини себя, в этом нет твоей вины.
– Что?.. – хрипло пробормотал Алан. – Ты же не...
– Алан, по кораблю стреляют на поражение! – взмолилась альбина, теряя терпение. – Нас сейчас в порошок сотрут! Вы хотите, чтобы мы все здесь остались?
Словно в подтверждение его слов корпус корабля вздрогнул и протяжно загудел.
– Лючия, код "гладиолус"! – прорычал Алан, не поворачивая головы.
Если бы Фелис не смотрела в этот момент в иллюминатор, она бы ничего не заметила. Но очертания ангара за стеклом сплющились, вытянулись – а потом всё поглотил бесцветный сумрак. Они вошли в нуль-переход.
Увидев это, Алан мгновенно утратил всяческий интерес ко всему, кроме умирающего друга.
Фелис со страхом покосилась на минора. На его теле не было никаких ран – и тем не менее он умирал. Чем они в них палили – токсином, парализатором, какими-нибудь лучами?
Рамель положила руку ей на локоть.
– Оставь их. Ему уже не помочь. Пусть попрощаются.
– Наша дружба – лучшее, что случилось в моей жизни, – голос минора слабел с каждой секундой, но в гробовой тишине, царящей на корабле, Фелис слышала его с другого края кабины. – Смею надеяться, я был хорошим... другом...