Чтение онлайн

Гарри, с одной стороны, был рад, что почти не участвует в этой предсвадебной суматохе, но, с другой стороны, он осознавал, что эгоистично сваливать всю подготовку на других. С самого начала у него возникали протестующие идеи в виде, к примеру, тайной женитьбы, в присутствии Рона, Гермионы и Луны где-нибудь за сотню миль от «Норы» и от будущей тещи, которая суетилась больше всех, как и на свадьбе своего старшего сына. Миссис Уизли всегда старалась для своих детей, но иногда, казалось, брала на себя непосильный груз. Он высказал эти мысли Джинни, но та только отмахивалась, говоря: «Мне всегда было в этом плане жаль маму, я помогала ей, где могла, но она просто не может жить иначе». Идею тайной женитьбы Джинни, конечно же, не поддержала.

За два дня до конференции Гарри просматривал список гостей, все время пополнявшийся и уже порядком ему наскучивший. Он уже оставил свою мечту о тихой церемонии и вечеринке с минимальным количеством родственников и друзей, тем более что со своей стороны ему и вовсе некого было ждать. Так что он смирился с этим, но регулярное уточнение списка начинало его немного доставать.

— Джинни, — вдруг сказал он, наткнувшись на имя, — я не помню, чтобы я подписывал приглашение Снейпу.

— Верно, — ответила Джинни, которая в очередной раз разнашивала новые белые туфли, шагая в них по комнате туда и обратно. — Это я его пригласила. Не стала уж тебе напоминать.

— Я не забыл о нем, — нахмурился Гарри. — Просто не хотел нервировать как его, так и гостей.

— Ты несправедлив, — Джинни, не глядя на него, прошла мимо и села на диван напротив. — К тому же, если хочешь знать, он ничего мне не ответил, так что нет никакой гарантии, что он появится.

— Тем лучше для него, — сердито сказал Гарри, отложив список. — Он не любит сборища народу, не любит радостные события, так чего ради давить на его психику?

Ответа от Джинни на это Гарри так и не дождался. Очевидно, она хотела избежать ссоры.

За день до конференции соизволила приехать Гермиона, и подготовка пошла еще продуктивнее, правда, Рон уехал жить к родителям (до этого он почти неделю гостил у Гарри). Гермиона ничем не показывала, что ее это огорчает, хотя Гарри часто замечал у нее отсутствующий взгляд и невнимание при ответе на вопросы, задаваемые в такие моменты.

День перед конференцией запомнился ему не только в связи с приездом Гермионы. Ближе к утру ему приснился странный сон, который его заинтриговал. Ничего конкретного он из него не выявил, но он оставил у него в душе ощущение чего-то надвигающегося, хотя все, что он там видел знакомого, был предмет, напоминающий нож, окруженный дымкой и потому нечеткий в своих контурах. Гарри минут пятнадцать вспоминал, сидя на кровати, что именно он ему напоминает, а потом понял, что это, скорее всего, кинжал, а не нож. А кинжал у него ассоциировался только с одним, весьма конкретным кинжалом. Он рассказал сон Джинни, и та тоже заинтересовалась.

— Гарри, тебе ведь и раньше снились особые сны?

— Да, но раньше они всегда были точнее и как-то… многограннее, что ли. Самое странное, что я не понимаю, откуда он взялся в моем подсознании, я совсем и не думал о нем. Уже года два точно.

— В том-то и дело, что в подсознании. Там все, судя по всему, хранится вечность. Мне в том году приснился мой плюшевый медведь, которого я потеряла, когда мне было два года. Я себя-то уже не помню, какой я была, а вот медведь во сне «вспомнился».

— Может, дело и в этом, — согласился Гарри, — но почему-то мне этот сон не понравился.

— Не придавай ему такого большого значения, у тебя сегодня много дел, — посоветовала Джинни, на чем их разговор и кончился. Гарри полностью согласился со своей невестой в том, что подготовка к конференции стоит того, чтобы посвятить все свое внимание ей, не отвлекаясь на сны.

Двадцать четвертого июня Гарри проснулся раньше положенного времени на целый час и долго лежал, вслушиваясь в дыхание спящей рядом Джинни. Когда стрелки на циферблате будильника приблизились к тому моменту, как тот должен был прозвонить, Гарри отключил его, поднялся и пошел на кухню, чтобы сварить кофе. Как и ожидалось, он встретил там Луну, которая пребывала в своей неизменной апатии. Пожелав ему доброго утра, она погрузилась на все утро в очередной журнал (Гарри был несколько удивлен тем, что это был не "Придира"). С Роном они договорились встретиться у входа в Министерство, поэтому Гарри дал себе слово не опаздывать ни на минуту: Вестерс допускал пятиминутное опоздание, после чего у него случалось желание прочесть длинную лекцию о вреде отсутствия пунктуальности в нынешней молодежи. По словам Холборна, в том случае если ему удавалось это желание осуществить, новички начинали приходить на работу за полчаса.

Рон, как и следовало ожидать, не выспался и поэтому был немногословен и хмур. Гарри не терпелось увидеть участников конференции, которые съезжались чуть ли не со всей Европы, а потому он не стал настаивать даже на краткой беседе. По прибытии в штаб–квартиру они тут же получили задание патрулировать восьмой уровень, где и должна была состояться конференция. Остальные Охотники были отчасти заняты в Министерстве, отчасти в других районах Лондона: видимо, Вестерс не хотел рисковать и оставлять наиболее опасные артефакты без надзора. Гарри и Рон были в итоге чрезвычайно довольны тем, что им дали возможность провести этот день в Министерстве, хотя, как выразился Вестерс, "беседовать с умными людьми" им разрешалось разве что наедине с собой. Гарри это нисколько не обескуражило, зато Рон, страдавший перепадами настроения, несколько скис.

К полудню начали прибывать волшебники. Гарри и Рон должны были сначала сопровождать Вестерса, который, в свою очередь, обеспечивал безопасность Министра. Помимо них, в свите Кингсли оказались Стеффинс и Холборн, чему друзья были искренне рады. Впрочем, их радужное настроение постепенно увяло, поскольку Министр должен был стоять в атриуме и приветствовать гостей три с половиной часа, сама же конференция должна была начаться в четыре, а закончиться в десять банкетом. Во сколько же должен был закончиться сам банкет — знал, вероятно, только Мерлин, поэтому Гарри и Рон, простояв для разминки больше трех часов в атриуме, уже согласны были поменяться местами с теми, кого Вестерс отправил на объекты. К четырем все стало несколько проще: поток волшебников всех возрастов и национальностей начал редеть, а сами участники шли гораздо быстрее. Вестерса, а также Стеффинса и Холборна это, скорее, напрягало, поскольку они не успевали, как следует, всматриваться в лица проходящих мимо людей. Гарри, с непривычки, подолгу отключался от своего задания, так как в глубине души был уверен в том, что так ничего подозрительного не выявишь, если только ты не Вестерс. Рон рядом с ним, похоже, начинал считать овец.

Внезапно Гарри как-то встрепенулся, его взгляд задержался на человеке в длинной черной мантии с высоким воротником, который мельком взглянул на него и тотчас отвернулся. Это был Снейп. Гарри никак не ждал встретить его здесь и сейчас и начал судорожно соображать, стоит ли подходить к нему на конференции либо после нее. Он смотрел, как Снейп поздоровался с Кингсли, обменялся с ним парой фраз и прошел дальше резким, быстрым шагом. Гарри посмотрел на своего начальника и с интересом обнаружил, что он провожает взглядом мастера зелий, но что именно говорил при этом взгляд Вестерса — Гарри не понял.

Далее все происходящее стало еще более скучным для Гарри и его друга, но, по крайней мере, более подвижным: они вышагивали перед огромными дубовыми дверьми, ведущими в конференц–зал, находившийся слева от атриума, в конце длинного коридора, и время от времени сообщали Вестерсу по специально выданному им прибору, что все в порядке. Иногда Гарри казалось, что они с Роном думают об одном и том же: о девятом уровне. Однако Вестерс, еще накануне прочитавший эти мысли, строго их предупредил: "Мое расположение к вам не в последнюю очередь зависит от вашего умения выполнять приказы. Ваши намерения я вижу хорошо, но мне придется напомнить вам, что учеба и тайные от учителей похождения закончились. Девятый уровень будет охраняться, но не вами, у вас есть свое задание. Мне бы очень не хотелось разочароваться в вас в первый же месяц, поэтому прошу вас не совершать опрометчивых поступков". Гарри так и подмывало нарушить приказ, несмотря на полное осознание правоты всего, что им пытался внушить их начальник. Еще ему вспомнились далекие, как детство, школьные годы в Хогвартсе, и он пришел к выводу, что, вероятно, они тогда и сами не понимали, насколько трудными подростками они были, и как учителям приходилось за них переживать.

Конференция была в полном разгаре, когда Стеффинс и Холборн сменили их. Гарри подумал было, что теперь они пойдут в зал вместо них, и почувствовал себя неуютно, вспомнив о Снейпе, но Стеффинс сказал, чтобы они немного отдохнули, а потом вновь приходили на место. На вопрос Гарри о том, когда же они сами пойдут есть и отдыхать, Стеффинс лишь слегка растянул губы в подобии улыбки и сказал, чтобы они не беспокоились, мол, они потерпят, а Министра есть кому охранять.

На восьмом уровне, рядом с атриумом, также находился небольшой буфет, где новоиспеченные Охотники смогли отдохнуть и сытно пообедать.