Чтение онлайн

— Что мы теперь будем делать?

— Драться за каждый дом, как на настоящей войне, — невесело усмехнулся Вестерс. — Тут все свои, поэтому скажу открыто: надежда ничтожно мала, особенно если учесть, как мало нас, знающих, как с этим бороться.

— Волшебники других стран наверняка тоже мобилизуются, — возразила Гермиона, вставшая рядом с Гарри. — Там достаточно магических знаний, не стоит их недооценивать.

— Видите ли, мисс Грейнджер, зараза распространится быстрее, чем они ожидают. Конечно, мы уже предупредили о катастрофе, кого смогли, но все не так просто.

— Да, но ведь мы можем и закрыть Врата за это время.

Все переглянулись.

— Что? — неуверенно спросила Гермиона. — Способа… нет?

— Один есть, — помолчав, ответил Вестерс. — Только, скажу сразу, это крайняя мера.

— А разве ситуация недостаточно критическая? — Гермиона возвысила голос чуть ли не на октаву, и Ермон возмущенно заерзал на стуле. — Сколько еще ждать, пока небо на голову рухнет? Мы не трусы, если речь идет об этом…

— Не об этом, и в вашей смелости я не сомневался, — мягко перебил ее глава Первого Отдела. — Вы лично, к примеру, этим способом воспользоваться не сможете.

— Это почему?

— Потому что нужно нейтрализовать причину того, что Врата оказались открыты. Вы знаете, как это сделать?

— Я… — Гермиона испуганно взглянула на Гарри и умолкла.

— То есть, — медленно произнес он, — надо войти туда?

Все напряглись, подчеркнуто не глядя друг на друга. Только Вестерс внимательно смотрел на Гарри.

— Это еще не все, — сказал он. — Нужно найти его…

— И убить? — не выдержав, ахнула Гермиона.

— Нет, все немного сложнее. Надо уговорить его вернуться. Ни больше, ни меньше. И кто из вас в состоянии это сделать?

Опять наступила тишина. Джинни кусала губы, не сводя глаз с мужа. Гарри чувствовал ее отчаянный взгляд, но не мог сказать ей, что все будет хорошо. Мир установил законы, которые требовали жертв. И вновь они требовали, чтобы он отдал свою жизнь.

— Никто не просит тебя об этом, Гарри, — твердо сказал Вестерс.

— Я понимаю, — чужим голосом ответил юноша. — Меня об этом не надо просить, это я сплоховал, я упустил его в свое время, мне и расхлебывать.

— Нам надо будет обсудить детали, — вздохнул его начальник.

Гарри отыскал Джинни в их комнате наверху, где она сидела на кровати, обхватив себя руками. Он сел рядом, но она даже не подняла головы.

— Я не могу, — прошептала она. — Не могу.

— Если не я, то никто.

— Ага, как обычно. — Она задрожала.

— Слушай, я и сам не ожидал, что все случится так быстро. Вестерс дал мне кое–какие рекомендации, надеюсь, они помогут…

Джинни посмотрела на него в упор.

— Да ты хоть понимаешь, куда тебе предстоит войти? Рекомендации, указания… Ты еще скажи, что ты научился повелевать скиантами, привидениями и прочей нечистью!

— Нет, не скажу. Пойми, мы здесь сидим, как на вулкане, или даже хуже. Я не знаю, что я здесь найду, когда вернусь. Может, одни развалины? И ваши тела… Или этот вихрь разрастется до неведомых размеров и поглотит весь земной шар, превратится в черную дыру или просто взорвется ко всем чертям! Времени там для меня не будет, пространства, в принципе, тоже, все будет зависеть, сказал Вестерс, от индивидуального восприятия. Здорово, правда? Особенно если учесть, что наши со Снейпом образы восприятия запросто могут… хм, не совпасть.

— Но у вас есть общий ориентир.

— То есть?

— Брось, а то ты не знаешь, зачем он вдруг возомнил себя Повелителем Тьмы и Потустороннего Мира одновременно?

Гарри знал. Догадка пришла к нему внезапно, пока с ним разговаривал Вестерс. Он никак не мог забыть кинжал, налившийся энергией призраков. Этот кинжал однажды спас Снейпа от смерти, и Гарри привык думать, что это произошло по тому же принципу, по которому он получил защиту от своей матери. Разумеется, для самого Гарри это был не пустячный сувенир ко дню рождения надоевшего ему своими душевными метаниями профессора. А если принять во внимание магический потенциал этого кинжала, о котором Гарри тогда не подозревал, становится понятным, каким образом артефакт вобрал в себя силу, которая могущественнее любого заклинания. Однако теперь все заклинания остались в прошлом, теперь или что-то есть, или ничего нет. Гарри чувствовал себя опустошенным до крайней степени, и оттого поход за Врата терял для него всякий смысл. Страха пока не было.

— Как ты туда войдешь? — спросила Джинни, отвлекая его от мыслей.

— Так же, как Снейп. Вестерс сказал, что это, в общем-то, самая легкая часть задания, можно сказать, наипростейшая.

— И потом куда?

— По обстоятельствам. Он считает, мы услышим друг друга.

— А если нет? Ты сможешь вернуться обратно?

— Я так думаю, что смогу. Только Врата все равно останутся открытыми.

Джинни боролась с желанием заплакать. Гарри усиленно отгонял от себя желание все бросить и остаться с ней до самого конца. С одной стороны, это было трусливо, с другой — исполнено смысла для них обоих.

— Пора, — тихо сказал он, поднимаясь.

— Да, — кивнула Джинни и встала вслед за ним. Ее все еще колотила дрожь.

— Позаботься о Роне, хорошо? Не знаю, почему, но за него мне очень тревожно.

— Из-за Гермионы. Я тоже за него боюсь. Он прямо-таки рвется в бой, забывая о том, что у него осталось столько родных. Думаю, кстати, что они тоже скоро прибудут сюда, Фред и Джордж точно не откажутся от того, чтобы принять участие в таких событиях.

— С ними вас будет легче, — попытался улыбнуться Гарри.

— Это точно. — У Джинни улыбка тоже не получилась, но, вспомнив о братьях и родителях, она стала более собранной. — Нужно послать за Андромедой и Тедди.

— Безусловно, но их надо получше укрыть, Тедди не должен оставаться без бабушки.

— Да, конечно.

Они вышли из комнаты и стали медленно спускаться в гостиную. Каждая ступенька отдавалась болью в сердце.

Внизу их уже ждали. Сначала Гарри показалось, что его знобит, но потом он понял, что это дрожит земля — еще слегка, но неведомый гул уже поднимался из глубин растревоженной земной тверди, медлить было нельзя.

Гарри по очереди пожал руки всем аврорам и Вестерсу, Рону, долго стоял, обнявшись, с Гермионой и Луной и под конец зарылся лицом в густые, сладко пахнущие волосы жены. Выйдя из дома, он первым делом вытащил мантию–невидимку и, бегло осмотрев, перекинул ее через плечо. Трансгрессировать он не решался из-за повышенной концентрации враждебной энергии, пешком было не так уж и далеко. Только отойдя на двадцать метров от дома, он понял, что никто так и не сказал ему ни слова.

«И это к лучшему», — сказал себе Гарри.