Чтение онлайн

Я и сама не верила. Хотя имя Ларса уже стало нарицательным, мне нравилось считать себя его давней поклонницей. Я играла в его игры задолго до того, как он прославился, и много лет собирала газетные вырезки о нем. Он был не таким, как прочие айти-магнаты. Во время многочисленных интервью всегда держался весело и дружелюбно, и казался наполовину гением, наполовину волшебником. Начинающим программистам он советовал подумать, чего им не хватает в жизни, а потом создать это. Каждый раз, когда я перечитывала эти слова, мне казалось, что Ларс обращается лично ко мне.

– Он ниже, чем я представляла, – заметила Кейт.

– К нему не страшно подойти, – сказала Амина.

Ларс повернулся к залу и постучал вилкой по стакану. Стало тихо.

– Добро пожаловать на Фабрику, – произнес он. – Я Ларс. Большинство знает меня как основателя и руководителя Фабрики, но я предпочел бы, чтобы в течение этого года вы считали меня своим основным инвестором. Нынешней осенью мы получили сто тысяч заявок, а одобрили лишь двадцать. Всего двадцать. Я выбрал каждого из вас за идею, исполнение и воображение. Вы – новаторы своего времени, и я пригласил вас на Фабрику творить будущее. Это ваша работа.

В конце года только один из вас удостоится звания Основателя. Этот человек получит полную поддержку в создании собственной компании, включающую в себя пиар, доступ к необходимой информации и миллион долларов стартового капитала.

В отличие от большинства школ, которые измеряют успехи учеников посредством баллов, мы оцениваем вас стоимостью ваших акций. Каждый человек в этом зале начинает обучение с одним и тем же курсом – десять долларов. Вы можете увидеть это у себя в «Волте». Как и в жизни, ваши акции будут расти и падать в цене в зависимости от комплекса различных факторов, таких как успеваемость и участие в жизни школы, ваш вклад в сетевые мероприятия и презентации, деловые предложения, качество и степень разработки продукта, ваша индивидуальность и способность быть лидером, а также общее представление, которое сложится о вашем продукте у преподавателей и товарищей.

Так что, как видите, готовой формулы успешного стартапа не существует. Можно быть лучшим по всем дисциплинам и все равно проиграть. Можно облажаться на уроке и выиграть. Все зависит от того, как вы примените имеющиеся у вас знания. На Фабрике есть курсы программирования, дизайна и развития бизнеса. Рекомендую посещать их, но это не обязательно, если вы будете успешно выполнять все задания и проверочные работы. У нас проводятся сетевые мероприятия и встречи с экспертами и инвесторами, но вы также не обязаны на них ходить. Не существует инструкции к жизни, и для учебы у нас инструкции нет. Откровенно говоря, меня мало волнует, чем вы здесь будете заниматься каждый день, если в конце года сдадите все экзамены и представите законченный продукт.

Он хотел продолжить, но его вдруг перебил голос какой-то девчонки:

– Как ты думаешь, что сейчас делает моя мама?

Ларс вскинул на аудиторию удивленный и несколько раздраженный взгляд.

Как грубо и невоспитанно разговаривать вслух, когда Ларс произносит приветственную речь, подумала я.

– Может, ей одиноко? – Голос звучал издалека, как будто мы слушали запись.

Все завертели головами, пытаясь определить, откуда идет звук, но никто не говорил. Я поежилась. Почему-то интонации казались мне знакомыми.

– Умница, а вдруг я тут самая тупая? – продолжала девчонка.

Я похолодела. При чем здесь Умница?

В зале звучал мой собственный голос.

– А вдруг я здесь никому не понравлюсь?

Этого не могло быть.

– Наверняка все остальные знают двенадцать языков программирования и имеют по три патента. А я даже не посещала продвинутых курсов.

Как такое могло получиться? Я лихорадочно откопала телефон у себя в сумке, но он молчал. А мой голос продолжал говорить где-то в комнате, повторяя вопросы, которые я задавала Умнице, пока разбирала вещи, в полной уверенности, что никто меня не слышит. Это было безумно унизительно.

Кейт и Сима уставились на меня, Амина бросала вопросительные взгляды. Я ошалело замотала головой. Два учителя уже осматривали пол в поисках источника звука.

– Я думала, что сразу впишусь в коллектив, потому что буду окружена людьми, которые так же сильно любят программирование, но пока чувствую себя чужой, – произносил голос.

Теперь уже все глаза были обращены на меня. Мне хотелось заползти в какую-нибудь нору и умереть.

– Все такие лощеные. Приехали на своих роскошных машинах с родными, которые помогают им заселиться. А я в полном одиночестве беседую с бестелесным голосом в телефоне.

Нет, норы будет недостаточно, думала я. Нужно устройство, расщепляющее тело на атомы. Оно перенесет меня в космос, где я стану первой женщиной в мире, провалившейся в черную дыру. Меня назовут национальной мученицей и покажут по телевизору: нечеткое зернистое изображение девушки в скафандре, входящей в темное гравитационное поле и исчезающей навечно.

– Порой мне кажется, что я всегда буду одна.

Полета в космос тоже недостаточно. Надо изобрести машину, которая сотрет память обо мне и все следы моего существования.

– И лицо у меня слишком круглое. Как ты считаешь? – спросил мой голос.

Нет. Я создам самую первую на свете машину времени, вернусь в две тысячи четвертый год и предотвращу свое рождение.

– Мне все время кажется, будто я говорю что-то не то, веду себя как-то не так. Может, я программирую целыми днями, потому что боюсь людей?

За соседним столом фыркнули. Я подняла голову и увидела Эй Джея, который, посмеиваясь, перешептывался с дружком-«боксером». Тут мне вспомнился дрон, зависший у моего окна. Так, значит, он записывал мой разговор с Умницей.

Эй Джей поймал мой взгляд и широко улыбнулся. Не зная, что делать, я одними губами произнесла:

– Выключи!

Он пожал плечами, делая вид, что не понимает.

Зал смотрел на меня. Я густо покраснела, но тут наконец один из преподавателей нашел динамик под столом с угощениями и выключил его.

По комнате пронесся взволнованный ропот, и Ларс призвал всех к тишине.

Эй Джей самодовольно уставился на меня. Рядом хихикал «боксер». «Сын политика» покосился исподтишка и сразу боязливо отвел взгляд, явно не желая быть замешанным в этой истории. Я смотрела на них бешеными глазами.

– Прошу выключить звук ваших телефонов, – произнес Ларс.

Я почти не слышала, что он говорил дальше. Пробыв в Калифорнии меньше двенадцати часов, я уже ухитрилась нажить врага и публично унизить себя в присутствии самых гениальных умов Кремниевой долины. Учебный год начинался отлично.

– Что это было? – спросила Амина.

– Плата за дрон, – ответила я, понимая, что меня слышат Кейт и Сима.

– Кто такая Умница? – спросила Кейт.

Она умела так посмотреть, что ты чувствовал себя обязанным немедленно ответить на все ее вопросы.