Если я сломаюсь
Шрифт:
– Всё в порядке. Я уверен, ты еще не раз подумаешь, что я козел, – говорит парень, выбрасывая свой пакет, который теперь был пуст. Я чувствую, как поднимается моя бровь. – Ну, только, если ты не планировала переспать со мной и никогда больше мне не звонить, – добавляет он с понимающей улыбкой.
В этот раз моя очередь допить свой апельсиновый сок.
– Дело не только в этом. Я просто... – я сильно вздыхаю. – Ты мне нравишься, и я бы чувствовала себя более уверенно, если бы знала о тебе больше, – честно говорю я ему.
Кэл снова наклоняется над стойкой.
– Ладно, – он пожимает плечами. – Что ты хочешь знать?
– Для начала, сколько тебе лет? Эм, какую яичницу ты любишь? Какое у тебя второе имя и любимый цвет? И чем ты зарабатываешь на жизнь? – говорю я, выпаливая на одном дыхании вопросы, ответы на которые я обычно знаю, прежде чем снимаю трусики перед парнем.
– Двадцать шесть, мне нравится болтунья. У меня нет второго имени. Черный. И я осуществляю связь между отделом связей с общественностью и отделом исследований и разработок в корпорации «Крест Филд» – так же быстро выпаливает он ответы. – Теперь моя очередь. Ты всегда такая нервная после секса? – смеется Кэл, и мои глаза расширяются.
– Я не нервная. Просто я... Обычно я знаю все эти вещи перед тем, как заняться сексом, – возражаю я.
– Со сколькими парнями у тебя был секс? – спрашивает он так, будто только что спросил, какая сегодня погода.
– Почему ты спрашиваешь? – говорю я, чувствуя, как у меня срабатывает защитная реакция.
– Такое чувство, что у тебя не часто бывает секс, вот, и всё.
– В смысле?
– Ты слегка скована в этом плане, – посмеивается Кэл, не задетый злобой в моем голосе.
– Ты сейчас ведешь себя типа как придурок, – резко говорю я, и он ухмыляется.
– Я ответил на все твои вопросы, а ты не ответила ни на один, – возражает парень. – Мне кажется, что ты не позволяешь полностью узнать тебя, – добавляет он с сарказмом, и я закатываю глаза, делая глубокий вдох.
– Я спала с тремя мужчинами. И к твоему сведению, вчера у меня был секс, – последнюю часть я говорю с сарказмом.
Он наклоняется через стойку, и его глаза сужаются. Спустя мгновенье его улыбка меняется с игривой и надменной на опасно сексуальную.
– И как? – спрашивает он.
Его тон стал ниже, и он смотрит мне прямо в глаза. Моя разочарованность в нем начинает рассеиваться.
– Потрясающе, – выдыхаю я, тоже смотря ему в глаза.
После настойчивой игры в гляделки, его улыбка становится шире.
– Ну, теперь то, что я тебе нравлюсь – это нормально для тебя? – спрашивает Кэл почти снисходительным тоном.
Его широкая ухмылка смягчается. Закусив губу, в душе я спорю сама с собой, пусть эта лодка, и правда, хорошо плыла.
– Не буду врать. Я могу быть козлом. Возможно, могу вести себя и хуже, но я не несу чушь. Ты мне нравишься, и всё, что я сказал прошлой ночью – правда. Так что не надо тратить остаток дня, задаваясь вопросом, искренен ли я или нет. Я – кто угодно, но точно не лжец, – говорит он все это обыденным тоном, но у меня, словно камень упал с души.
По моему лицу мгновенно расплывается улыбка. Я кусаю большой палец, полностью осознавая всё, что сказал Кэл.
– Всё еще думаешь, что я козел? – улыбается он.
Я киваю.
– Ну, может, совсем чуть-чуть козел, – признаюсь я.
Снова с довольной улыбкой он встает и идет ко мне. Наконец-то я выдыхаю и поворачиваюсь к нему на своем барном стуле.
Парень раздвигает мои ноги, от чего полотенце слегка приподнимается, открывая бедра, и становится между ними.
– Хорошо. Потому что я, правда, такой. И все еще думаю, что ты слегка нервная, – говорит он, поднося свои губы к моим, а руки – к узлу на моем полотенце.
Я игриво толкаю его в грудь. Кэл смотрит мне в глаза, все еще улыбаясь.
– Ты не спрашивал, – ругаю я его, дразня.
– Можно снять с тебя полотенце? – шепчет он мне на ухо.
Прикусив губу, я весело смотрю на него.
– Нет, – довольная, я качаю головой.
Он смотрит в потолок, притворяясь расстроенным. Когда его лицо оказывается возле моего уха, он целует мою кожу под мочкой и направляется к шее, целуя её так нежно, что у меня ненамеренно закрываются глаза.
– Пожалуйста, – снова говорит Кэл, пока его пальцы пробегают между моих бедер и один проскальзывает в меня, а его большой палец начинает ласкать самую чувствительную часть моего тела. Я не могу удержаться, и у меня вырывается стон. Я немного отклоняюсь от него и медленно развязываю узелок, позволяя полотенцу упасть. Он облизывает свои губы.
– Лучше тебе привыкнуть к этому, – говорит Кэл, обвивая руками мою голую спину.
– Привыкнуть к чему? – спрашиваю я, обнимая ногами его талию.
Думаю, мне должно стать еще больнее.
– Быть в моем доме обнаженной. Мне вроде как это нравится.
Я обвиваю руками его шею и притягиваю для поцелуя.
«Мне вроде как тоже это нравится».
Глава 17
10 мая 2011 года
Я проснулась. Ещё рано, ведь я поспала совсем немного. События вчерашнего вечера поглощают все мои мысли, наряду с Кэлом, который сейчас ворочается на кровати из стороны в сторону. А ведь она была такой удобной, когда я была подростком, теперь она стала слишком тесной для женщины с её мужем под метр девяносто. Даже если бы он лежал спокойно, я сомневаюсь, что смогла бы поспать. В моей голове роится миллион мыслей. Я продолжаю обдумывать те вещи, с которыми уже смирилась, и всё, что я прощала. Но углубляюсь в эти мысли, несмотря на здравый смысл. Я смотрю на него, и, кажется, Кэл, наконец, успокоился и отдыхает. Я проверяю дважды, убеждаясь, что он уснул, и как можно тише вылезаю из постели. Взяв его телефон с комода, я на цыпочках выхожу из комнаты и закрываю за собой дверь.
За все время нашего брака, я никогда не нарушала личное пространство Кэла. Ни разу. Но всё когда-нибудь случается впервые. Это абсолютно подтверждено. Мне нужны ответы, и нужны прямо сейчас. Если мне придется ради них лезть, куда не надо, то так тому и быть. Я нажимаю на кнопку включения, и, конечно, телефон защищен паролем. Пройдя на носочках мимо спальни Рейвен, я спускаюсь вниз по лестнице, нахожу беспроводной домашний телефон и набираю номер Кэла. Когда его телефон зазвонил, я отвечаю, включив громкоговоритель, и мне удается залезть в список его контактов.
Мне всего лишь нужен номер жены Декстера. Допустим, если бы я не выбросила свой собственный телефон с балкона, прежде чем уйти из дома, мне бы не пришлось этого делать, но это не важно. Меня искушает возможность просмотреть историю звонков. После небольших колебаний я сдаюсь, и когда пролистываю, то понимаю, что её почистили. Я закатываю глаза. «Ему ведь незачем очищать историю звонков, если он не скрывает что-то? Но я же выяснила это раньше, не так ли?» Я вздыхаю и беру со стола ручку, выписывая номер Хелен на листке бумаги.