Чтение онлайн

«Вы сможете спасти маму?» Эти слова вновь и вновь звенели в голове у доктора. Он должен, он сможет... Движения хирурга были напряжены до предела, но сохраняли максимальную точность.

«Как свободно и легко!» Марии снилось, что она вместе с другими какими-то красивыми невиданными птицами парит высоко над землей. Ощущение легкости и полной свободы было непередаваемым, наверное, это называлось абсолютным счастьем. Все земные заботы и хлопоты оставлены где-то далеко-далеко, не существует никаких желаний, целей, мыслей, вообще сравнить это состояние с какими-то известными человеческими чувствами не представлялось возможным, и вдруг... Вдруг Маша поняла, что не сможет больше продолжать этот волшебный полет, она начинает ощущать тяжесть своего тела и леденящий душу страх, от сознания безысходности и неизвестности она внезапно стремительно летит вниз, несколько птиц с испугом и сожалением оглядываются на нее и, взмахнув на прощание крыльями, устремляются вдаль. Она остается одна, и даже падение наводит на Марию меньший ужас, чем сознание полного одиночества. Ей сложно понять, как долго длится состояние падения: мгновение или целую вечность, уже внизу видна черная бездна, и в этот момент кто-то подхватывает ее и медленно-медленно тащит вверх, время как будто бы замирает, кажется, одно неловкое движение, и они вместе опять полетят вниз с удвоенной силой. Она неожиданно понимает, что она обязательно должна что-то делать, она должна помогать, но как?! «Я ведь уже не одна, не одна! Значит, все будет хорошо, значит, мы спасемся, иначе и быть не может, главное – верить!» Черная бездна отдаляется все дальше и дальше...

– Роман! – Федор Иванович снял шапку. – Роман, мы победили, слышишь? – Ассистент обнял своего шефа и почувствовал громкое учащенное биение его сердца.

– Спасибо вам. – Садовский обвел глазами свою верную незаменимую команду.

– Роман Викторович, все будет хорошо, – один за другим стали успокаивать его коллеги.

– Федор, ты не мог бы забрать к себе сегодня домой одного мальчонку? – обратился к другу Садовский. – Я... понимаешь, мне необходимо быть в реанимации, когда она очнется.

– Что за вопрос? Познакомлю его со своими пацанами, моя Лида будет только рада, он может жить у нас сколько надо. Сын? – кивнул он в сторону больной.

– Сын. Парень намучился сильно, ты уж с ним там помягче, а через пару дней я его заберу к себе, все подготовлю и заберу...

– Ну и правильно, пошли знакомиться.

– Иди, я сейчас догоню! – Роман откинул со лба Марии мокрую прядь волос. Ему показалось, что она слегка улыбается во сне. «Она должна быть счастливой, должна...»

В коридоре к Садовскому подбежал Ян.

– Все в порядке, малыш! – Добрые глаза доктора искрились радостью.

– Спасибо! – Ян чувством обнял мужчину, отчего у того к горлу подступил комок. «Это ж кем надо быть, чтобы бросить такого мальчугана?!»

– Ян, ты пару дней поживешь у дяди Федора, а я побуду с мамой, потом мы переедем ко мне, договорились?

– Договорились, только я тоже хочу поскорее увидеть ее.

– Сегодня к ней нельзя, и она еще будет спать, а завтра ты ее навестишь, наберись побольше сил, хорошо?

– Хорошо. – Мальчик послушно побрел за Федором Ивановичем, потом еще раз обернулся и произнес: – Если мама сегодня проснется, передайте, что я ее очень-очень люблю!

– Я, кажется, тоже, – еле слышно прошептал Роман и направился в реанимацию.

За окном стоял месяц май. Через приоткрытую форточку в палату проникал свежий воздух с пьянящим ароматом сладковатой сирени. Мария медленно открыла глаза и тут же зажмурилась от яркого света. Быстро опустив жалюзи, Садовский аккуратно накрыл своей ладонью тонкие пальцы Марии. Почувствовав тепло, они слегка зашевелились, и Маша вновь приоткрыла глаза.

– Тсс! Тебе еще нельзя разговаривать, но это ненадолго, совсем скоро ты поправишься!

Рома, Ромка! Как же она сразу не узнала эти смешливые голубые глаза! Но как, почему она здесь? А Ян?

Словно прочитав ее мысли, Садовский опять заговорил:

– Ни о чем не волнуйся, Ян живет у меня, твоя операция прошла успешно, и сейчас нужно немного времени, чтобы ты пришла в себя. У тебя замечательный сын, мы с ним уже успели подружиться. Завтра ты его увидишь! – Мягкий бархатный голос доктора сразу успокоил Марию. – Я приехал навестить свою тетушку, и по счастливой случайности оказалось, что ты лежишь с ней в одной больнице. С согласия Яна я перевез тебя в Москву. – Роман ласково усмехнулся. – Теперь твоя главная задача – набираться сил и думать только о хорошем, обещаешь?

Мария благодарно прикрыла глаза.

Прошло около месяца. Дела Марии шли на поправку на удивление быстро. Садовский с Яном старались не оставлять ее одну. Проснувшись, Мария увидела свежий букет из алых роз и счастливо улыбнулась. «Все-таки как странно устроена человеческая жизнь, ведь еще совсем недавно казалось, что выхода нет, жить совершенно бессмысленно и глупо, еще совсем недавно я ненавидела бывшего мужа, бывшего начальника, бывшего... Павла». Впервые за все время Мария вдруг с удивлением обнаружила, что может совершенно спокойно, практически без эмоций вспоминать о человеке, который некогда был смыслом ее жизни. Впервые она смогла трезво поразмыслить о том, что послужило причиной их расставания, могло ли все сложиться по-другому. Их отношения с Павлом изначально складывались на обмане, невозможно, просто невозможно быть счастливым человеком, причиняя боль другим людям. Теперь Мария поняла это наверняка. Она вдруг ощутила, как вместе с опухолью Роману удалось удалить у нее накопившуюся за это время желчь, обиду, недоверие к людям. Ей как будто вживили новые, совершенно незнакомые до этого момента чувства. Оказывается, можно просто наслаждаться жизнью. Жить ради того, чтобы... жить! Найти силы бороться с тем, что можешь победить, смириться с тем, что нельзя преодолеть, а главное – научиться мудрости отличать одно от другого. Это неправда, что не существует любви, дружбы, преданности, просто чтобы оценить и понять это, нужно остановиться на мгновение и оглянуться назад. Нужно иметь в себе силы остановиться не только когда тебе плохо и дальше идти тяжело, но и тогда, когда ты легко паришь над этим миром. А если ты самоуверенно спешишь шагать по жизни, иногда больно наступая на судьбы других, твоя собственная судьба сама поставит тебя на место и силой заставит еще раз пройти все сначала! Только второй круг не будет таким легким, тебе придется заплатить, заплатить болью, страданиями, потерей близких людей.

Роман опустился к Марии на больничную койку и легонько коснулся ее лица.

– Доброе утро! Сегодня ты выглядишь гораздо лучше, через пару деньков мы с тобой и Яном пойдем дышать воздухом! Кстати, он забегал, пока ты спала.

– Спасибо, Рома! Ты так много сделал для нас, я не знаю, смогу ли...

Роман бережно приложил палец к ее губам:

– Тсс! Ты ничего не говори, ладно? Ты у нас сейчас должна набираться сил и слушаться врача, понятно? – Мария с благодарностью улыбнулась. – Кстати, Ян проговорился мне о том, куда ты последнее время мечтала поехать, поэтому в твоих интересах побыстрее выздороветь! – Совсем легонечко щелкнув Марию по носу, Роман заговорщицки подмигнул. – А сейчас, выполняйте указание врача и засыпайте! – С этими словами он встал с постели и прикрыл за собой дверь.

Несмотря на советы своего доктора, уснуть Мария не смогла. Ее мысли были заняты Садовским. Как много для нее сделал этот человек! Как трогательно он заботился о ней и ее ребенке все это время! А Ян! Он смотрит на Романа большими преданными глазами и слушается его с полуслова. То и дело Маша слышала от своего сына: «Роман думает, Роман сказал, Роман сделал...» Мария вспомнила, как она попыталась сделать сыну замечание:

– Ян, вообще-то у дяди Романа есть отчество.

– Маш, мы с Яном сами разберемся, нам так удобней, правда? – Садовский подмигнул ребенку.

– Правда, мам, это наши мужские дела, – с достоинством отозвался ее ребенок.

Мария тогда еле сдержалась, чтобы не прыснуть со смеху. С легкой руки Романа Ян стал ходить в бассейн, ее тихий мальчик всерьез увлекся восточными единоборствами. Как у Садовского хватало времени для того, чтобы всюду возить ее ребенка, она не представляла.

– Мария Антоновна! – Женский голос заставил Машу открыть глаза. Перед ней стояла медсестра с приготовленной капельницей. – Извините, вам просто пора по времени вводить лекарство. – Девушка в белом халате виновато улыбалась.

– Да, конечно, Наденька. – И пациентка принялась освобождать руку, приподнимая рукав мягкого нежно-розового халата.

– Мария Антоновна, к вам опять пришел сын, он ждет в кабинете Романа Викторовича, мне его позвать?

– Ян! Пожалуйста, позовите. – По лицу Марии пробежала счастливая улыбка. – Я уже так сильно успела по нему соскучиться.

Через несколько минут дверь палаты бесшумно отворилась, и в нее просунулась смешная мордочка белого плюшевого медвежонка, а затем и две головы. Роман с Яном, слегка дурачась, пытались одновременно пролезть в узкий дверной проем. Мария шутливо покачала головой: