Чтение онлайн

Наташа краем глаза увидела, как Денис быстро пошёл в свою комнату, и приблизилась к креслу:

— А теперь, когда всё сказала, оторвала свою задницу от кресла и пошла вон! — прошипела Наташа, наклоняясь к непрошеной гостье. — Что, жаба задавила, что не смогла мужика удержать рядом с собой? Запомни, мужик никогда не уходит к другой женщине! Он уходит от той, которая уже ему неинтересна. И ни один ребёнок не остановил ни одного мужчину. Ни свой, ни чужой. Поняла? И нас с Денисом Саша нашёл уже после тебя, ясно? А если ты ещё раз небрежно заговоришь о моём мужчине или о моём сыне, я тебе хирурга пластического посоветую, но не факт, что он тебе поможет после моих ногтей!

Нина с улыбкой взглянула на Наташу, но увидев её лицо, тут же вскочила и сделала шаг в сторону. В этот момент в комнате появился Дениска, что двумя руками удерживал свой горшок. Поднявшаяся гостья скривила губы, но маленький мамин защитник неожиданно подошёл к ней и перевернул содержимое горшка на замшевые сапожки застывшей Нины.

— Ты что наделал, кретин?! — Нина трясла мокрыми сапогами, ругаясь и крича что-то о неразумных малолетках, мести, совершенно не замечая, как вдруг изменилось Наташино лицо.

— А что здесь происходит? — вдруг раздался спокойный мужской голос.

— Папа, папа! — Денис бросился к входной двери. — Эта тётя пвохая, она маму обизает!

— Сейчас разберёмся, сын.

Ястребов с мальчиком на руках прошёл мимо растерявшейся Нины и нежно поцеловал Наташу в щёку:

— Здравствуй, родная. Нас сегодня чуть раньше отпустили. Как вы тут?

Он медленно повернулся, чувствуя, как на его плечи опустились женские ладони, будто Наташа пыталась напитаться его силой и спокойствием.

— Нина? Что ты тут потеряла? Или опять пришла просить денег? Я тебе давно сказал — мы больше никто друг другу, каждый сам по себе.

— Неужели вот это и есть то, к чему ты так стремился все эти годы и подталкивал меня?

— А что ты понимаешь под словом «это»? Да, если под этим ты понимаешь любовь, теплоту, семью, верность.

— Я тебе не изменяла!

— Но ты и не любила меня никогда по-настоящему. А теперь будь добра — дверь там, а нам с женой надо решить кое-какие проблемы. И запомни, если ты ещё раз появишься на пороге этого дома, я не буду столь вежливым, поняла? Прощай. Теперь навсегда!

Нина поджала губы и, резко развернувшись на каблуках, вышла в коридор, через секунду раздался грохот закрывшейся двери. Саша повернулся к Наташе и вдруг увидел, как она оседает в кресло.

— Наташ, — он пересадил Дениса на диван и схватил любимую за холодные ладошки. — Что она тебе наговорила? Чего ты испугалась?

— Нет, — с улыбкой протянула женщина, — я только сейчас поняла, Саш! И я теперь ничего не боюсь.

— Что? Что ты поняла?

— Саш, а я, кажется, беременная. И эта слабость, и тошнота. Саш, у нас будет малыш.

Ястребов молча сглотнул, опустился на колени перед сидящей улыбающейся женщиной и тихо прошептал:

— Ты знаешь, что я люблю тебя, Наташка Ястребова? Так сильно, что больно иногда. И как мне страшно иногда становится, что тогда к тебе мог поехать Серёга, а не я. Нет, я всё равно бы тебя нашёл, но мы бы с тобой потеряли столько времени. Наталь, а когда он родится?

— Наверное, в октябре, как Дениска. И будет у нас ещё один весёнок, точнее бесёнок. Ой, Саш, он же вылил свой горшок Нине на ноги, надо убрать!

— А ты невнимательна, любимая! Там ведь просто вода. А сын у нас молодец! Настоящий защитник. А его маму я обожаю.

— Саша, я… я тоже. Я тоже люблю тебя. Очень. Слышишь, люблю. Сашенька…

Денис резво сполз с дивана, подхватил перевёрнутый горшок и гордо пошёл в свою комнату. Папа назвал его настоящим защитником! А это значит, что он уже большой.

***

Дарья Николаевна закрыла журнал и вздохнула, любуясь кустом цветущей сирени под окном. Как быстро пронеслась весна… Вот уже и лето через неделю. Она усмехнулась, вспоминая свадебный бум в их маленьком городке. Правда, не только свадьбы отгремели тогда, но и скандалы. Нина, бывшая жена Саши Ястребова, долго пыталась внушить всем, что Наташа это просто прихоть и временное увлечение, пока не получила отповедь от самой Татьяны Владимировны, бывшей свекрови, после чего исчезла из жизни Ястребовых в неизвестном направлении. Так все думали, а Нина вдруг дала интервью какому-то гламурному журналу, где наговорила гадостей про всю свою бывшую семью. Но только не учла, что жёлтая пресса уже давно не имеет такого веса, как раньше. В результате грандиозная пиар-акция осталась незамеченной, а вот места работы в Художественном музее она лишилась. Но и это ещё не всё. Механик Егор Грозовой, что отвечал за «первого», решил помочь Марине с воспитанием ребёнка погибшего Андрея Грачёва, даже просил разрешения у Грачёва-старшего воспитать его внука, в результате все узнали об афере с беременностью, которой не было. Даже спокойная Марьяна Журавлёва, тётя Елены, не выдержала и наорала на несостоявшуюся мамашу. Марина ещё долго что-то пыталась доказать, выдумывая несуществующие детали их с Андреем романа, но в итоге уехала в Двуреченск, и больше никто о ней не слышал.

Дарья опять вздохнула и услыхала глухой голос доктора Шлихта:

— Что ты, Дарья Николаевна, всё вздыхаешь и вздыхаешь? Смотри, как за окном солнышко светит, пациентов тяжёлых у нас нет, а если появляются — выскакивают, как те пингвины из океана. Что случилось, что тебя вдруг на «охи-вздохи» потянуло?

— Ой, Фридрих Иванович, тяжко мне что-то. Понимаешь, вот уже больше двух месяцев прошло после свадьбы Димы и Лены, я всё жду, жду, когда же мне скажут, что я скоро бабкой стану, а в ответ тишина.

— Ну ты даёшь, Дарья Николаевна! Это что за сроки — два месяца? Люди иногда годами этого чуда ждут, а потом — бац! — получите и распишитесь.

— Ты, Фридрих Иванович, не всё знаешь. Дима мне не родной сын. Вера, сестра моя, узнала о своём диагнозе, уже когда беременная Димкой была. Ей тогда химию проводить нельзя было, а от аборта она сама отказалась. Вот и получилось, что сына родила, а сама вскоре сгорела, как свеча. А я так и не смогла Саше моему ещё одного малыша родить.

— Печально всё это, но к Дмитрию-то с Еленой это каким боком?

— А вдруг они тоже…

— Ты глупостей-то не говори! Помнишь, как нас учили? Наши мысли материальны! Сейчас всякого надумаешь, а потом оно вылезет где-нибудь! Время их не пришло ещё! Это только Лидия наша как кролик, не успела чихнуть — уже тошнит. И слава Богу, будет чем старшим Грачёвым, Марьяне с Сергеем заняться. Кстати, о времени. Посмотри на них — ведь сколько всего случилось, через что пройти пришлось, а в итоге? Пусть в пятьдесят, а смогли стать счастливыми. Так и у твоих всё хорошо будет. Вот поедут к Ленкиным родителям, отдохнут, в Париже погуляют, а там, говорят, атмосфера благоприятная. Глядишь, привезут тебе карапуза.

— Ой, Фридрих Иванович, твои бы слова да Богу в душу. А может, ты и прав? Возможно, там сможет отпустить их прошлое, потускнеют воспоминания, и они станут счастливыми? Хорошо хоть эта бесстыдная официантка Маша отсюда убралась! Тьфу, как вспомню, как она к Диме явилась в чём мать родила! Повезло, что я тогда дома была, а Леночка на работе задержалась.

Шлихт закрыл последнюю написанную историю болезни и с улыбкой сказал:

— Главное, не дави на них. И всё образуется. Всё на этом свете вовремя приходит, а если не случается — значит, так должно быть. Ты вот что мне скажи: Дубова ты уволила, Лида в декрет через несколько месяцев уйдёт, где врачей брать будем, а?