Чтение онлайн

Да молва не зовет тебя миньоном»

(№ 2388). (Марциал III 73 [Марциал 1994, с.95])

«Бетик Галл, почему так лезешь ты в женскую пропасть?

Твой приноровлен язык чресла лизать у мужчин.

Уд твой зачем у тебя черепком обрезан самосским,

Ежели милы тебе женские так передки?

Голову надо б твою оскопить: будь снизу ты Галлом,

Все же Кибелу в обман вводишь: губами ты муж»

(№ 2389). (Марциал III 81 [Марциал 1994, с.96])

«Стёртей нет ничего плащей Гедила:

Ни ушка у коринфской вазы старой,

Ни побитой спины у мула в ранах,

Ни бугров на Фламиньевой дороге,

Ни камней, что блестят на побережье,

Ни мотыг в виноградниках этрусских,

Ни засаленной тоги мертвых нищих,

Ни колес у извозчика-лентяя,

Ни боков у бизона, дранных стойлом,

Ни клыков у свирепых старых вепрей.

Есть, однако, одно (он сам не спорит):

Гузно [ culus] стёртей гораздо у Гедила.

(№ 2390). (Марциал IX 57 [Марциал 1994, с.240])

«Что болтает твоя, Гонгилий, шлюха [ moecha]?

Не любовница, нет! – А кто ж? – Язык твой»

(№ 2391). (Марциал III 84 [Марциал 1994, с.97])

«Хоть ты женоподобней, чем скопец дряблый,

Да и слабей еще гораздо, чем Аттис,

По ком Кибелы оскопленный галл воет,

Ты о законах зрелищ, о рядах судишь,

Трабеях, смотрах в Иды, пряжках и цензах,

На бедняков рукой лощеной ты кажешь.

А вправе ль ты сидеть со всадником вместе,

Не знаю, Дидим, но с мужьями не вправе»

(№ 2392). (Марциал V 41 [Марциал 1994, с.138])

«Ванну зачем ты грязнишь, Зоил, свой зад подмывая?

Чтоб еще хуже ее выпачкать, голову сунь»

(№ 2393). (Марциал II 42 [Марциал 1994, с.66])

«Властью верховной священный закон преследует блудных

Бабников. Нынче, Зоил, радуйся: ты ни при чем!»

(№ 2394). (Марциал VI 91 [Марциал 1994, с.171])

«Чтоб доказать, Каллистрат, что вполне ты со мной откровенен,

Ты все время твердишь мне о пороке своем [ percisum te].

Но откровенен не так, Каллистрат, ты, как хочешь казаться:

Тот, кто такое болтать может, о худшем молчит»

(№ 2395). (Марциал XII 35 [Марциал 1994, с.322])

«Замуж пошел Каллистрат бородатый за ражего Афра,

Весь соблюдая обряд девы, вступающей в брак.

Факел несли перед ним, лицо закрыли фатою

И не забыли пропеть песен, Талассий, тебе.

Было и вено дано. Неужели тебе не довольно

Этого, Рим? Или ждешь, чтоб он еще и родил?»

(№ 2396). (Марциал XII 42 [Марциал 1994, с.323])

« Общее все у друзей». Но как понимаешь ты, Кандид, [в оригинале по-гречески]

То, о чем ночью и днем ты, пустомеля, кричишь?

…

Челядь могла бы твоя с илионским поспорить миньоном [ cinaedo],

Мне же Ганимедом моим служит моя же рука.

И от таких-то богатств ничего старинному другу

Не уделив, говоришь: « Общее все у друзей»

(№ 2397). (Марциал II 43 [Марциал 1994, с.66])

«Тот, кто и ночью и днем появляется всюду на креслах

Женских, кто в Городе всём каждому очень знаком,

Кто напомажен всегда и намазан, кто пурпуром блещет,

Томен, но грудью широк, голени чьи без волос,

Кто за супругой твоей волочится всегда неотвязно,

Этот не страшен тебе, Кандид: не портит он жен [ non futuit]»

(№ 2398). (Марциал XII 38 [Марциал 1994, с.323])

«Всякий раз, Кантар, когда ты в каморку под вывеской входишь,

Коль приглянулись тебе мальчик иль девочка там, -

Мало тебе занавеску спустить, на замок запереться:

Надобно строже еще тайну свою сохранить.

Ты затыкаешь везде малейшие щелки и дырки,

Что пробуравить могла в стенке шалунья-игла.

Нет никого, кто бы так стыдлив был и так волновался,

Если обычною он занят любовной игрой.

[ qui vel pedicat, Canthare, vel futuit.]

(№ 2399). (Марциал XI 45 [Марциал 1994, с.297])

«Плачьте о вашем грехе, по всему вы плачьте Лукрину,

Вы, о Наяды, и пусть слышит Фетида ваш вопль!

Байской похищен волной, погиб среди озера мальчик

Евтих, который твоим, Кастрик, наперсником был.

Был он печалей твоих соучастником, сладкой утехой,

И, как Алексий, певцу нашему дорог он был.

Или в зеркальной воде тебя резвая Нимфа нагого

Видела и отдала Гила Алкиду назад?

Или же Гермафродит был женственной презрен богиней

И безразлично, какой был хищенья внезапного повод,

Пусть и земля и вода ласковы будут к тебе!»

(№ 2400). (Марциал VI 68 [Марциал 1994, с.166])

«Не назвал, Коракин, тебя я бабой [ cinaedum]:

Не настолько я смел и опрометчив,

Да и нет у меня охоты к сплетням.

Коль назвал, Коракин, тебя я бабой,

Из бутыли пусть Понтии я выпью,

Пусть Метилия кубок осушу я:

Я клянусь желваком тебе сирийским,

Берекинтским безумием клянусь я!

А сказал я ведь то, что всем известно,

Что и сам отрицать ведь ты не станешь:

И назвал, Коракин, тебя я гнусным [ cunnilingum]»

(№ 2401). (Марциал IV 43 [Марциал 1994, с.113])

«Ты приглашаешь к столу только тех, с кем ты моешься, Котта,

И доставляют тебе гостя лишь бани одни.

Что ж ты ни разу меня не позвал, удивлялся я, Котта?

Знаю теперь: нагишом я не по вкусу тебе»

(№ 2402). (Марциал I 23 [Марциал 1994, с.32])