Эта безумная семейка
Шрифт:
Да, в итоге, мы выиграли дело. Куроносова Виталия Викторовича не только лишили лицензии, но и самого осудили. За взятки, за лжесвидетельство, за моральный ущерб, причиненный мне. Доказать его вину Варге не составило труда – стоило лишь показать видеопленку из кафе, где он передает какой-то конверт Слоникову, и другую кассету с записью с камер одного магазина, где “крокодил” точно так же подкупает и одного из свидетелей из квартиры Галины. А что можно против такого сказать? Ничего. И кто поверит, что видеосъемка смонтирована, и кто скажет, что там плохо видно, кто кому и что передает? Все хорошо видно. И свидетели из кафе и из магазина нашлись. И мало кто узнает, что среди тех самых свидетелей людей вообще не было, это только я смогла определить, потому что, по совету Сергея, одела каан-ша.
Слоникова тоже осудили, не отговорился. Правда, не надолго. Мягкое у нас законодательство, что скажешь. На нем вины, кроме лжесвидетельства, нет. Те трое, с квартиры Галины, и вовсе отделались штрафами.
Стэлла... а что ей сделается? Как только она поняла, к чему идет (и ведь действительно поняла, значит, не все мозги еще на деньги супруга прогулял), вскочила и завизжала на весь суд, обращаясь к Витьке, что, мол, как ты мог так меня обмануть?! И если бы я не знала, что “крокодил” изначально пришел от нее, может быть, и поверила. А так лишь флегматично и отстраненно подумала – а чего она в свое время не подавала документы в театральное училище? Или этот дар к ней пришел уже потом, после годов замужества.
Но это все было в самом конце, после блистательной защиты Варги, когда он разбил “противников” в пух и прав. Ну и после некоторого утомительного ожидания, когда судья раздумывал, как же решить дело. А до этого было... Много чего было. Много незнакомых людей, много слов, много скандалов... Самое смешное, что в процессе никто так и не вспомнил, с чего все началось. То есть, про Лешу. Если изначально и этого вопроса все началось, то под конец все благополучно забыли про мальчика, и уже никого не волновало, где он на самом деле, если не у меня. Даже Стэлла об этом никак не заикнулась, из чего я сделала вывод, что ей таки совершенно все равно.
После того разноса, который устроил сатир, я могла бы ничего не добавлять, и так победа была безоговорочной. Но, честно признаюсь, все-таки не удержалась. Слишком уж неосмотрительно повела себя Стэлла, когда прогнала телохранителей, чтобы покурить в гордом одиночестве, срывая злобу.
Попросив Сергея подождать меня, я якобы удалилась в дамскую комнату, а на самом деле подстерегла эту... aeth?sa* и прижала к стенке. Да, может, я и ниже ее, когда она на каблуках, но силы и сноровки у меня было больше. Схватив ее за горло и заставив подняться на цыпочки, заглянула в ее глаза снизу-вверх с тихой яростью и спросила едва слышно:
– Зачем ты это сделала? Зачем тебе мальчик?!
В ее глазах мелькнул ужас, она хотела закричать и позвать на помощь, но не могла. Единственное, что ей удалось сделать – это сдавленно выдавить из себя:
– П-просто... так...
И я отпустила ее, поняв, что была совершенно права, когда говорила, что она не стоит моих стараний. Напоследок кинув презрительный взгляд на Стэллу, которая пыталась отдышаться, ушла с той площадки. И мне было все равно, захочет она потом мне за такое обращение отомстить или нет, подаст ли она на меня снова в суд или забудет. Больше иметь с ней дел я не собиралась. Надеюсь, до нее это дойдет...
Распрощавшись с Варгой, который благодушно согласился потребовать желания как-нибудь потом, мы с Сергеем отправились туда, куда мне хотелось в тот момент больше всего. Нет, не домой. За Лешей.
Пока мы ехали, я с удивлением заметила через окно маршрутки, что в город таки пришла весна. Шла четвертая неделя марта, а я только сейчас обратила на это внимание. Все как-то времени не было. Впрочем, все это уже позади. Глянув украдкой на Сергея, я мысленно исправила – почти все. Оборотни от меня никуда не девались, даже несмотря на присутствие Вожака в городе. Что уж говорить о самом Вожаке. А вот одного вампира видно не было... и я никак не могла к этому привыкнуть. Порой он мне даже снился.
Ох, сны мои... Это вообще отдельный разговор. Не знаю, что сказалось на них, но порой было страшно засыпать. И не потому, что снились кошмары, хотя они тоже иногда заглядывали. Просто во сне являлась такая психоделика, что иногда я просыпалась и не могла понять, где я и кто я. Порой мне снились не то оборотни, не то волки, а иногда кто-нибудь из семьи, и обычно все они являлись в каких-нибудь странных ситуациях, которых не может быть в реальности. Например, в одном из моих снов обнаружилось, что моя младшая сестра на самом деле кентавр, а до этого успешно притворялась человеком. Но самый страшный и частый сон, который меня посещал – как Лион становится Сергеем или наоборот. Порой меня даже в реальности мучит вопрос – а не мог ли мой знакомый вампир притвориться оборотнем, чтобы... чтобы что? Понравится мне? И на этой мысли я осекалась и ругала себя за слишком больную фантазию.
Так вот. Весна. Начал таять снег, обнажая грязь, мусор и прочие “радости” большого города. На улице расползалась слякоть, которая ночью замерзала льдом так, что утром можно было устраивать соревнования среди конькобежцев. Все это я замечала отстранено, под нос иногда ругаясь на самых разных духов. Но только сейчас мои глаза увидели, какое волшебное небо над головой. Весеннее, приветливое, почти теплое. И в воздухе пахнет скорейшим потеплением. И все вокруг неожиданно показалось таким волшебным, живым, словно весь мир вместе со мной сбросил с плеч тяжкий груз и теперь только выжидал момента, чтобы ожить полностью, чтобы радоваться и ликовать. Просто фантастика!
– Серый, ты это видишь? – заворожено прошептала я, не сводя взгляда с неба. Оборотень, который успел немного задремать, открыл глаза и тоже посмотрел. Улыбнувшись, он так же тихо отозвался:
– Вижу. И видел. Если бы ты пошла в это полнолуние с нами, ты бы тоже заметила.
Состроив в ответ нарочито грустную мордашку, я с детской обидной заявила:
– Ну ты же отказался меня покатать, вот я и не пошла...
– А кто бы согласился, если бы к нему обратились со словами: “Покатай меня, большая черепаха”? Ты вообще, откуда это взяла? Не говори, что сама придумала, а то мне будет страшно.
Я тихо засмеялась, прижавшись лбом к его плечу.
– Конечно, не сама. В мультике одном видела.
– И с каких пор ты смотришь мультики? – с любопытством поинтересовался Сергей, ласково прикусив мое ушко, раз уж оно оказалось в такой соблазнительной близости.
– С тех самых, как кое-кто будит ни свет ни заря с требованиями завтрака, а потом на весь день уходит по таинственным делам, оставляя меня в гордом одиночестве мучаться бессонницей... Ай! – Я подняла возмущенный взгляд на Волка. – Ты чего щепаешься?
– Всего лишь чтобы предотвратить наглую клевету. Когда это я тебя будил? Сама просыпаешься, а потом любезно готовишь завтрак нам обоим.
– А почему я, заядлая сова, просыпаюсь так рано, ты никогда не задумывался? Все оттого, что мне без тебя холодно, да-да. Так что, ты причина моих ранних пробуждений.
– Так, может, мне, вместо себя, грелку подкладывать?
Для порядка ненадолго задумавшись, я философски заявила:
– Думаю, если ты найдешь грелку, которая будет обнимать меня точно так же, как ты, ты меня будешь к ней ревновать...