Эта любовь причиняет боль
Шрифт:
Я собираюсь устроить его боссу резкий разговор о том, как обращаться с пленниками, потому что этот парень поступает неправильно.
Поскольку я не могу двигаться или делать что-либо еще, я просто лежу и не наслаждаюсь этой ухабистой задницей. Кажется, прошла целая вечность, прежде чем я, наконец, почувствовала, что машина замедляется.
Как только мы полностью останавливаемся, я лежу и жду, когда откроется багажник, но ничего не происходит. Что ж, он не торопится, чтобы вернуться сюда! — с досадой думаю я.
Пятнадцать минут спустя я наконец слышу шаги, приближающиеся к багажнику машины. Я знаю, что пятнадцать, потому что я посчитала, больше нечего делать, когда тебе некуда идти. Я с нетерпением жду, когда откроется багажник, и когда он откроется, Шрам с лицом людоеда окажется там. Он вытаскивает меня из багажника, тоже не осторожно, и как только мои ноги касаются земли, я отрываюсь от него и бросаюсь бежать.
Я не знаю, куда я иду, все, что я знаю, это то, что мне нужно выбраться отсюда. Я не делаю и пяти шагов, как меня снова швыряет телом на землю, и ветер выбивает из меня. Дерьмо! Неужели этот идиот не знает, какой он, черт возьми, тяжелый?
— Думал, тебе будет так легко?
— Ты не думаешь, что тебе следует слезть с меня?! Я кричу на него, когда гнев захлестывает меня. — Ты гребаный ублюдок!! Ты же понимаешь, что это похищение? За это дерьмо можно сесть в тюрьму!
— Я не тот, о ком тебе стоит беспокоиться, дорогая… На твоем месте я бы сейчас больше беспокоился о себе, — говорит он, ухмыляясь мне.
Я бросаю на него самый злобный взгляд, какой только могу, но по сравнению с ним я далеко не такая устрашающая. Он встает и поднимает меня на ноги, сжимая мои руки за спиной, которые он крепко держит. Это, вероятно, оставит синяк позже, но на самом деле, это меньше всего меня беспокоит прямо сейчас.
— Зачем мне беспокоиться о себе?
— Ты не готова к тому аду, в который только что попала. Если ты думаешь, что я плохой, просто подожди, пока не встретишься с ним, — радостно говорит он. Ну и тебе тоже, Шрам!
Я очень устала от того, что люди чертовски расплывчаты. Сначала эта дурацкая записка, а теперь этот ублюдок. Они оба называли кого-то ОН и ЕГО… Я могу только предположить, что они говорят об одном и том же человеке, или это два разных человека?
Мой мозг болит от одной мысли о том, сколько людей может преследовать меня, и я не могу быть уверена, за какое событие им нужно отомстить. У меня скоро будет еще один сеанс эмоций любви/ненависти в моей жизни. Просто, когда все наконец-то наладилось… Я вздыхаю, я даже не собираюсь идти по этому пути прямо сейчас.
Я оглядываюсь, и мои нервы напрягаются, пока я тщетно пытаюсь освободиться от его хватки. Не работает, потому что это все равно, что пытаться бороться со стальной лентой, которая туго обмотала тебя.
Я смотрю туда, куда он ведет нас, и прямо перед нами вырисовывается
чертовски большой особняк. Его размеры впечатляют, если я так скажу. Хотя меня бесит не это… нет! Тот факт, что мы находимся практически в чертовой дыре, заставляет моего урода вести войну внутри меня.
На много миль от того, что я вижу, нет ничего, кроме деревьев. Это напоминает мне о доме и особняке, в котором у Никко была вечеринка в честь Хэллоуина. Мысль о Никко, проникающем в мой разум, вызывает у меня боль в груди, и мне внезапно становится тесно. Прошло всего две недели, а кажется, что прошла целая жизнь с тех пор, как его не было.
Я скучаю по его глупым банальным шуткам и просто очень скучаю по нему. Но с другой стороны, какого хрена богатые люди имеют особняки рядом с лесом и в милях от цивилизации? Я знаю, что спрашивал об этом раньше, но этот вопрос нужно задать во второй раз.
В окружении леса никогда не бывает ничего хорошего, и я основываю это наблюдение на личном опыте: мой старый дом и особняк Никко… в обоих местах это оказалось дерьмовым шоу. Я сглатываю, потому что у меня такое чувство, что это место, где моя жизнь станет худшей из всех, что когда-либо были прежде. Назовите это интуицией, но мой желудок уже начинает нервно биться в конвульсиях, и раньше такого никогда не было.
— Какого хрена ты хочешь от меня? Я на мели, как будто у меня нет денег или чего-то ценного, чтобы дать тебе или тому, с кем я должна встретиться!
Он просто хихикает, и когда он говорит, это звучит так тяжело и полно отвращения, я предполагаю, что он хочет, чтобы он мог раздавить меня, как жука прямо сейчас. Ну, я хотел бы сделать то же самое и с тобой, хрен!
— Ты серьезно думаешь, что мой босс пойдет на все эти проблемы из-за денег? Ему не нужны деньги от таких, как ты, когда у него на банковском счету миллиарды, и, кроме того, не похоже, что у тебя есть хоть цент. Он с удовольствием рассказывает мне. Ну, блин, не надо втирать это только потому, что я бедная. Это просто грубо! И у меня есть деньги на мое имя, думаю я про себя.
— Откуда мне знать, чем твой босс занимается в свободное время? Не похоже, что я знаю, кто любой из вас! А если он не хочет денег, то какого хрена я вообще здесь?
— Скоро… ты будешь знать все, что тебе нужно знать, когда он будет готов.
Ох, опять это дурацкое слово ОН слово. Я очень устала от того, что не знаю, кто ОН такой.
— Я чертовски ненавижу загадки, ты, хреновина!
— И я ненавижу крикливых сучек, но мы здесь, в компании друг друга… и тебе повезло, что босс сказал не причинять тебе слишком много боли, потому что я бы уже вырубил тебя, но если ты продолжишь меня злить, я могу просто вырубить тебя и сказать ему, что ты пыталась сбежать, — рычит он… да, верно, рычит. Как какая-то собака, и это не сексуальное рычание, это больше похоже на умирающего медведя.
— Что… Тебе нравится быть чьим-то стервой мальчиком или что-то в этом роде? Поэтому ты похитил меня? Потому что твой босс — слабак, который не мог сделать это сам, а ты был той стервой, которую он подослал вместо него? Оглядываясь назад, я действительно должен был держать рот на замке, но молчание — мой основной защитный механизм.
Он хватает меня за горло. — Если ты не заткнешься, малышка, я вырублю тебя нахер.
— Прямо как маленькая сучка с киской, да?
Как только последние слова слетают с моих губ, мое лицо излучает боль как раз перед тем, как я получаю еще один удар, и я чувствую вкус крови, которая скапливается у меня во рту. Я смотрю на него и выплевываю его в его сторону, и он попадает ему в лицо.
Неверный ход, потому что сейчас он по-королевски взбешен, и следующий удар, который приходит мне на ум, вырубает меня.
Когда я прихожу в себя, я лежу на матрасе, который лежит на полу. Ох, он такой тонкий и пахнет. Я чувствую себя грязной, просто лежа на нем. Я чувствую, как моя кожа начинает чесаться, на самом деле, я знаю, что на мне ничего нет, но я не могу избавиться от ощущения, что я испачкана.
Сколько людей спали на этом матрасе или даже в этой комнате? Ладно, это вопрос, на который мне даже не нужен ответ.